Цветы жизни

Цветы Жизни

Минерва МакГонагалл смотрела на стоящих перед ней представителей отнюдь не святой троицы хогвартских бузотеров: Поттер, Уизли, Малфой, — и не знала, что ей с ними делать. Обычные меры наказания в виде отработок и снятия баллов оказались неэффективными. Баллы эти трое успевали заработать на уроках, а отработки за шесть лет учебы начали воспринимать как обыденность.

По одиночке это были вполне спокойные и даже милые дети. Играли в квиддич, общались с сокурсниками, пели в школьном хоре. Но стоило всем троим столкнуться где-нибудь вне занятий, как начинался конец света. Оскорбления, драки, дуэли. Хуже всего, что из-за их столкновений в Больничное крыло часто попадали случайные ученики.

Лили Поттер интеллектом пошла в мать. Как и Гермиона, она любила читать и считалась на своем потоке одной из умнейших и способных учениц. Но от отца ей достался талант притягивать к себе и окружающим различного рода неприятности. МакГонагалл уже со счета сбилась, сколько раз парни назначали из-за нее друг другу дуэли. Джеймс Поттер по праву гордился бы внучкой. Потому что даже ему не приходило в голову устраивать гонки на метлах над Черным озером. И это, к слову, была одной из самых безобидных выходок Лили.

Вивиан Уизли. Первая Уизли за многие годы, которая попала не в Гриффиндор. Распределяющая Шляпа, не задумываясь, отправила ее в Слизерин. Но это ей не помешало быть участником забав, которые были не хуже тех, что устраивали ее кузены, когда еще учились в Хогвартсе. Молли еще до ее поступления утверждала, что Вивиан не похожа на остальных ее внуков и что она спокойный и рассудительный ребенок. Если она такой и была, то, к большому сожалению Минервы, все эти ее качества остались за пределами школы. Они с Лили просто на дух друг друга не переносили, и каждая их выходка была направлена на установление превосходства. МакГонагалл не могла понять, откуда у девочек такая взаимная неприязнь, учитывая то, как дружили в школе их родители.

Скорпиус Малфой. В отличие от отца, он унаследовал от дедушки талант к интригам и способность выходить сухим из различных неприятностей. МакГонагалл иногда жалела, что Скорпиусу не досталась и семейная нелюбовь к Уизли. Как в Хогвартс-Экспрессе он познакомился с Вивиан, так продолжал с ней дружить. При этом был готов драться с каждым, кто по его мнению обижал ее. МакГонагалл с ужасом представляла реакцию Артура и Люциуса, когда Скорпиус объявит о своей помолвке с Вивиан. А что это произойдет в ближайшем будущем, Минерва не сомневалась.

— Директор, мы можем идти? — вкрадчивым голосом спросила Вивиан, видя, что директриса задумалась и не обращает на них внимания.

— Нет, мисс Уизли. Я с вами еще не закончила, — сказала МакГонагалл, вставая из-за стола и подходя к окну. — За шесть лет профессора устали от ваших выходок и предложили мне запретить вам троим играть в квиддич.

Увидев растерянность на лицах «нарушителей спокойствия», Минерва поняла, что смогла найти у них слабую точку, и продолжила:

— Но я решила дать вам еще один шанс. Однако, один подобный проступок, и вы не успеете оглянуться, как будете наблюдать за игрой с трибун. Вы меня поняли?

— Да, директор, — за всех ответил Скорпиус.

— Тогда можете быть свободны, — обьявила МакГонагалл.

Троица побыстрее покинула кабинет директрисы, опасаясь, что она передумает

— Восхищаюсь тобой, Минерва, — сказал Дамблдор со своего портрета. — Запрети им играть сейчас, и ты лишилась бы рычага воздействия. А так они будут вести себя поспокойней.

— Сомневаюсь, что их надолго хватит. К тому же в следующем году в школу поступают твой тезка с младшим ребенком Рона. Даже не знаю, что мне делать.

Снейп со своего портрета усмехнулся и сказал:

— Дети — это цветы жизни, на могилах их педагогов. Терпите, коллега.