Фандом: Гарри Поттер. Ремус отправился с Русланом, Мастером Леса, расследовать нападения на пегасов. Гарри Поттер с новыми друзьями попал в начальную школу. Они изучают магию Природы, и, конечно, всеми силами пытаются помочь расследованию. Тем более, что жена Руслана в опасности, и только любимый может её спасти. Сириус давно и прочно определился в своих чувствах. Но кому они, в общем-то, интересны?
Добавить в моё избранное
108 мин, 0 сек 18162
— И не слыхала ничего подобного, и не видала… Чур меня! Страсти рассказываете. У нас тут мирное местечко, все друг друга знаем. Какие оборотни, какие убийства?
— Вы признаете, что сказали всю правду? Готовы подписаться под своими показаниями? Знаете, что может быть за дачу заведомо ложных показаний?
— Печатными только, так пойдет? Дак зачем мне врать, я и так скоро на тот свет пойду, ответ держать буду. Ну всё, милок, мне работать пора, молодых отвлекай, тем-то это в радость.
Майор помрачнел и почесал затылок. Все жители деревни отрицали существование оборотней. Остался последний дом, дом главного подозреваемого — в убийстве и ранении пегасов, в смерти собственной двухлетней дочери полгода назад и в незарегистрированном оборотничестве.
Но, как говорил ему опыт, семьи обычно покрывают даже самых страшных преступников. Так что он уже не надеялся на успех.
Оставалась надежда на Ремуса Люпина, зарегистрированного оборотня-верфольфа, который был нанят месяц назад лесничим в качестве телохранителя. И, судя по мнению лесничего, совершенно не зря.
При приближении к дому наставника послышался стук. Молодой человек двадцати пяти лет лихо работал топором, под его кожей перекатывались мускулы, а сам он напевал рождественскую песенку, явно довольный собой.
— Привет, Ремус, — протянул Руслан руку для приветствия.
Ремус перестал петь, и, пожав руку, продолжил колоть дрова.
— Товарищ Люпин, расскажите, пожалуйста, что произошло в полнолуние, — снова продолжил свой опрос майор Степаненко.
— Ты им рассказал, да? — вдохнул Ремус, осуждающе поглядывая на Руслана. — А я предупреждал, между прочим.
— О чем?
— О том, что я — оборотень. Нет, дверь нараспашку, сам в одном помещении со мной… чудом выжил ты, Руслан. С огнём играешь.
— Что? — не понял второй милицейский, молоденький паренек с огромными, лохматыми бровями.
— Ну представьте, господа, — обратился Ремус к стражам правопорядка, — вас нанимают в телохранители, говорят, что вернут вас домой до полнолуния, но ни возвращения домой, ни аконитового зелья вам не предлагают. Более того, на просьбу запереть, чтобы вы ненароком кого-либо не ранили, отвечают отказом, а во время самого полнолуния оказываются рядом, никак даже не предупредив жителей деревни. Нехорошо, Руслан, нехорошо.
— Да, товарищ Руслан, что же это вы, — согласился паренек с бровями, с опаской поглядывая на лесничего.
— Хорошо, что я себя еле сдержал, да Руслан меня неплохо магией приложил. Вот и лечился, три дня отходил. А ты теперь, получается, арестовывать меня явился? Даже троих человек с собой взял. Еще все маги, наверняка…
— Я не маг, — поправил Ремуса Степаненко. — И всё-таки, товарищ Люпин, мы пришли сюда не за этим.
— А за чем? — удивился Ремус. — Пегаса медведь загрыз, с тех пор нападений не было.
— Товарищ, прекратите, пожалуйста, стучать! Голова уже разболелось, — возмутился третий милицейский, чуть полноватый мужчина с роскошными усами.
— Я вам мешаю? Простите, меня попросили дрова нарубить, а я всё равно ничего не делаю. Сказали бы сразу, что же вы.
Ремус отставил топор в сторону, и, сложив руки на груди, внимательно посмотрел на гостей.
— Я вас слушаю.
— Товарищ Люпин, — хмуро произнес майор. — Поступило заявление, что в этой деревне проживают незарегистрированные оборотни.
— Я зарегистрирован, — прервал майора Ремус.
— Мы знаем! Не перебивайте, пожалуйста. Также было заявление, что в полнолуние они на вас напали. По законам Союза Советских Социалистических Республик, незарегистрированные оборотни должны отправиться в колонию на поселение. При сопротивлении разрешены любые действия, как огнестрельным оружием, так и магией, вплоть до уничтожения. Незарегистрированные оборотни опасны для общества! Поэтому, если у вас есть сведения о каких-либо незарегистрированных оборотнях, вы обязаны нам их сообщить. Напоминаю, что за дачу ложных показаний в нашей стране — уголовное наказание. Неужели вы согласны на подобное?
— Хотите честно, да? — разозлился Ремус. — Из-за того, что мой так называемый работодатель не предоставил мне аконитовое зелье, ночью в полнолуние я не имел возможности полностью сохранить разум, и, следовательно, не могу судить с точностью, что там было. В другое время, когда я был полностью в сознании и адекватен, я не видел оборотней. Также я готов подтвердить под веритасерумом и другими специфическими зельями, что я ни разу не видел процесса превращения медведей в людей и наоборот. Еще что-нибудь рассказать?
— Спасибо, не надо. Товарищи, пройдемте в дом. Там находится главный подозреваемый и его семья. А вам, товарищ Люпин, спасибо за сотрудничество, — последние слова, сказанные майором, были наполнены сарказмом.
— Вы признаете, что сказали всю правду? Готовы подписаться под своими показаниями? Знаете, что может быть за дачу заведомо ложных показаний?
— Печатными только, так пойдет? Дак зачем мне врать, я и так скоро на тот свет пойду, ответ держать буду. Ну всё, милок, мне работать пора, молодых отвлекай, тем-то это в радость.
Майор помрачнел и почесал затылок. Все жители деревни отрицали существование оборотней. Остался последний дом, дом главного подозреваемого — в убийстве и ранении пегасов, в смерти собственной двухлетней дочери полгода назад и в незарегистрированном оборотничестве.
Но, как говорил ему опыт, семьи обычно покрывают даже самых страшных преступников. Так что он уже не надеялся на успех.
Оставалась надежда на Ремуса Люпина, зарегистрированного оборотня-верфольфа, который был нанят месяц назад лесничим в качестве телохранителя. И, судя по мнению лесничего, совершенно не зря.
При приближении к дому наставника послышался стук. Молодой человек двадцати пяти лет лихо работал топором, под его кожей перекатывались мускулы, а сам он напевал рождественскую песенку, явно довольный собой.
— Привет, Ремус, — протянул Руслан руку для приветствия.
Ремус перестал петь, и, пожав руку, продолжил колоть дрова.
— Товарищ Люпин, расскажите, пожалуйста, что произошло в полнолуние, — снова продолжил свой опрос майор Степаненко.
— Ты им рассказал, да? — вдохнул Ремус, осуждающе поглядывая на Руслана. — А я предупреждал, между прочим.
— О чем?
— О том, что я — оборотень. Нет, дверь нараспашку, сам в одном помещении со мной… чудом выжил ты, Руслан. С огнём играешь.
— Что? — не понял второй милицейский, молоденький паренек с огромными, лохматыми бровями.
— Ну представьте, господа, — обратился Ремус к стражам правопорядка, — вас нанимают в телохранители, говорят, что вернут вас домой до полнолуния, но ни возвращения домой, ни аконитового зелья вам не предлагают. Более того, на просьбу запереть, чтобы вы ненароком кого-либо не ранили, отвечают отказом, а во время самого полнолуния оказываются рядом, никак даже не предупредив жителей деревни. Нехорошо, Руслан, нехорошо.
— Да, товарищ Руслан, что же это вы, — согласился паренек с бровями, с опаской поглядывая на лесничего.
— Хорошо, что я себя еле сдержал, да Руслан меня неплохо магией приложил. Вот и лечился, три дня отходил. А ты теперь, получается, арестовывать меня явился? Даже троих человек с собой взял. Еще все маги, наверняка…
— Я не маг, — поправил Ремуса Степаненко. — И всё-таки, товарищ Люпин, мы пришли сюда не за этим.
— А за чем? — удивился Ремус. — Пегаса медведь загрыз, с тех пор нападений не было.
— Товарищ, прекратите, пожалуйста, стучать! Голова уже разболелось, — возмутился третий милицейский, чуть полноватый мужчина с роскошными усами.
— Я вам мешаю? Простите, меня попросили дрова нарубить, а я всё равно ничего не делаю. Сказали бы сразу, что же вы.
Ремус отставил топор в сторону, и, сложив руки на груди, внимательно посмотрел на гостей.
— Я вас слушаю.
— Товарищ Люпин, — хмуро произнес майор. — Поступило заявление, что в этой деревне проживают незарегистрированные оборотни.
— Я зарегистрирован, — прервал майора Ремус.
— Мы знаем! Не перебивайте, пожалуйста. Также было заявление, что в полнолуние они на вас напали. По законам Союза Советских Социалистических Республик, незарегистрированные оборотни должны отправиться в колонию на поселение. При сопротивлении разрешены любые действия, как огнестрельным оружием, так и магией, вплоть до уничтожения. Незарегистрированные оборотни опасны для общества! Поэтому, если у вас есть сведения о каких-либо незарегистрированных оборотнях, вы обязаны нам их сообщить. Напоминаю, что за дачу ложных показаний в нашей стране — уголовное наказание. Неужели вы согласны на подобное?
— Хотите честно, да? — разозлился Ремус. — Из-за того, что мой так называемый работодатель не предоставил мне аконитовое зелье, ночью в полнолуние я не имел возможности полностью сохранить разум, и, следовательно, не могу судить с точностью, что там было. В другое время, когда я был полностью в сознании и адекватен, я не видел оборотней. Также я готов подтвердить под веритасерумом и другими специфическими зельями, что я ни разу не видел процесса превращения медведей в людей и наоборот. Еще что-нибудь рассказать?
— Спасибо, не надо. Товарищи, пройдемте в дом. Там находится главный подозреваемый и его семья. А вам, товарищ Люпин, спасибо за сотрудничество, — последние слова, сказанные майором, были наполнены сарказмом.
Страница 23 из 31
