Сказать «нет»

— Ладно, — повторил Сэм, поморщился, торопливо добавил, — пока.

На этом он поспешил положить трубку, пока еще больше не опозорился. По телефону с Гейбом было безумно неловко разговаривать. Когда он был рядом, то занимал собой все пространство, захватывал все внимание Сэма, а его взгляды, жесты, эмоции дополняли речь, придавая окраску всему, что бы тот не сказал. По телефону же… Сэм слышал только голос, и одновременно этого было и мало, и слишком много. Как будто что бы он не сказал, эти слова будут слишком серьезными, слишком прямыми, недвусмысленными, а Сэм не хотел такой серьезности. Как будто боялся ее.

Это было странно, учитывая, что именно этого он от Гейба и требовал.

Сэм отбросил эти мысли в сторону и перешел к вопросу, чем же теперь заняться, если уж пункт «Еще раз ублажить ангела» откладывался на неопределенное время. Мысли о брате снова полезли ему в голову, но он не собирался стоять над душой у Дина, если тот прямо попросил этого не делать.

Вспомнив, что совершенно забросил свои тренировки, он решил посетить специально оборудованный для этого зал бункера. Подразумевалось, что хранители знаний синие чулки, и арсенал зала был более чем беден, но он привык подтягиваться на любой подходящей трубе и качать пресс, задвинув ноги под тумбочку в номере отеля, так что и такой зал его радовал.

Он продуктивно прозанимался целых три часа и под конец был выжат, как лимон, и голоден, как вендиго. Приняв душ, Сэм радостно выполз на кухню, все столы и полки которой были теперь набиты различной едой. Решив, что сегодня можно сделать себе поблажку, он прихватил копченых ребрышек из запасов Габриэля и настрогал простой, но сытный салат. Еда была потрясающей, и Сэму вдруг стало жаль, что он один. Необычное чувство. Он не был похож на Дина, и обычно вполне спокойно удовлетворял свою потребность в общении с помощью нескольких фейковых аккаунтов в социальных сетях.

Но сегодня было не так. Сегодня он был близок с Гейбом — интимно, но не только в физическом плане, и просто невозможно было смириться, что тот просто так взял и куда-то ушел. Именно сейчас. И Дин, запертый в своей заботливо обустроенной комнате, надирающийся — Сэм знал это — из-за Амары, маячил где-то на краю сознания.

Они жили вместе долгие годы, и все равно оставались одиноки.

Через полчаса он завалился в комнату Дина в пижаме, с подушкой, одеялом и книжкой под мышкой.

— Просто. Смирись, — сказал он брату, который осоловело пытался сфокусировать на нем свой взгляд, лежа на полу перед кроватью. Дин был уже близко к отрубу, и от него четко разило чем-то более крепким, чем пиво.

— Сэмми?

— Никого тут нет. Тебе снится, — доверительно поведал Сэм, поднимая того с пола за руку, — давай, ложись.

— Сэм, еще рано же, — заныл брат, тем не менее послушно ложась. Когда Сэм сел на кровать рядом, он обхватил его за талию и уперся головой в бок.

— Дин? — Сэму было непривычно видеть Дина в таком состоянии. Оно было не буйным, а скорей плаксивым. Он аккуратно прилег рядом, сжав плечо Дина, стараясь продемонстрировать свою поддержку, как мог.

— Хочу, чтобы ничего не было… чтобы меня не было, — забормотал Дин. — Никчемный брат, никчемный сын, никчемный друг, никчемный охотник, никчемный человек, — не спеша перечислял он, делая четкий акцент на первых словах. — Вся жизнь полное говно. Амара поможет, Сэм.

Он поднял голову и умоляюще посмотрел в глаза Сэма.

— Я тоже совершал ошибки, ты же помнишь? — он подумал, что Дин не так пьян, как казалось вначале.

— Ты хороший, — нелогично ответил Дин, ложась обратно и закрывая глаза. — Хороший брат.

— Хороший брат не хочет, чтобы ты ушел к Амаре. Он хочет, чтобы ты был рядом. Ты мне все равно нужен, Дин. Не закрывайся, хорошо? — он сжал плечо Дина, отчаянно надеясь, что тот запомнит что-либо из этих слов на завтра. Но тот уже закрыл глаза, устраиваясь на подушке. Сэм укрыл его, взял с пола принесенные подушку и одеяло. Еще пару часов почитал, позволяя Дину все также прижиматься к себе, пока буквы не стали расплываться перед глазами. Потом он выключил лампу и, отодвинув слегка брата, заснул.

Гейб вернулся к полуночи и сразу направился к спальне Сэма, но по дороге чисто автоматически задержал свой взгляд на двери Дина. Подумал и решил заглянуть — Дин и вправду выглядел сегодня не очень. Дверь была не заперта, так что он немного ее приоткрыл, заглядывая внутрь.

Братья спали под разными одеялами, и оба были одеты, но то, как они спали, было намного интимнее того, как спали вчера Гейб и Сэм. Ночью они не касались друг друга нарочно, не решаясь пока на собственнические жесты. Он вообще полночи пролежал к Сэму спиной, боясь помешать. Дин же и Сэм лежали лицом друг к другу, при этом Сэм закинул свою руку на Дина, как будто защищая и оберегая, а Дин уткнулся лбом брату в грудь.

Габриэль почувствовал, как к горлу поднялась горечь.