Фандом: Сверхъестественное. Очередная охота выводит Винчестеров на Кали. И на Габриэля.
Добавить в моё избранное
298 мин, 47 сек 16061
— Но она ведь тебя не любит, — ляпнул Сэм и тут же опустил глаза. Он абсолютно непроходимый идиот.
— Какая разница? — как ни в чем ни бывало улыбнулся Габриэль, снисходительно поглядывая на Сэма. — Да, она любит меня меньше чем себя. Ну что же, нас все равно давно связывает отнюдь не пламенная страсть, иначе это я был бы рядом с ней, а не этот напыщенный Бальдур. Хотя я знаю, что сказать, чтобы ты меня понял. Дино, кстати, понял это еще тогда, — Сэм поднял взгляд. Габриэль смотрел на него почти ласково, как смотрят обычно на маленьких детей. — Она моя семья, Сэм.
Сэм замер. Это и вправду все меняло. Не просто любовница или возлюбленная. Семья.
— Я понял. Расскажи-ка мне тогда о проклятье. Ты был знаком с ним раньше?
— А то. Древнее проклятье, которое придумали на заре человечества. Призванное ограждать чистых и непорочных ангелочков от чувственных удовольствий, — Габриэль многозначительно повел бровями.
— Чего?!
— Того. Насылается ангелом на грешницу, посмевшую заняться низменным сексом с его братцем. Беспроигрышный вариант — грешница тянет из ангела силы, и тот в идеале должен отпустить ее руку, тем самым дав ей умереть и вернуться к службе. В моем случае наслал заклятье Люцифер. А наложил он его, соответственно, на Кали. Может, он так продолжал мстить мне, может, это такой изощренный план убийства мерзкой язычницы — я не знаю, чувак.
— Как его снять?
— А ты сразу к сути, да? Как убить, как снять… Снять можно. Отказавшись от своей благодати и взяв в жены презренную грешницу, а потом прожив с ней остаток жизни, как обычный человек. Таким образом порочная связь перестает быть таковой и проклятье снимается.
— Эм… а ты… посчитал этот вариант неприемлемым?
— Сэм, ау! — Габриэль пощелкал пальцами перед лицом Сэма. — Она языческая богиня, а не обычный человек! И она замужем! Я может и мог бы, да толку от того ноль. Связь с женатой языческой богиней ну никак нельзя привести к счастливому финалу по христианским канонам.
— Ее муж Шива, да? И он жив? — Сэм напрягся, вспоминая мифы.
— Да, он жив, вы еще его не прихлопнули, охотнички.
— Развод?
— Какой развод, окстись!
— Вот же задница…
— Вот да, иначе и не скажешь. Хотя нет, Кастиэль придумал слово для таких случаев! Сэм, смирись, я в полной попажопе! — Габриэль всплеснул руками. Сэм не выдержал и рассмеялся. Обстановка в бункере явно разрядилась.
— Ну, а если убить Шиву? Или Люцифера? Что-то из этого поможет?
— Убить мужа той, кого спасаю, кстати, нормального чувака, или родного брата, который и так был намного сильней меня, даже без этой гири на шее. Да еще и гуляет в теле Кастиэля, который вроде как ни в чем не виноват. У тебя охрененный набор вариантов. Забей, Сэм. Даже ее муженек абсолютно ничем не смог помочь. Правда, для него она — одно из самых странных воплощений его жены, так что он давно за нее не держится. Но я тоже искал решение годами, и не нашел. Мне повезло, что она богиня, иначе у меня было бы намного меньше времени. Но все подходит к концу. Рано или поздно она начнет высасывать меня досуха, и тогда мне придется выбрать — умереть с ней или отпустить ее. Я думаю, осталось всего две-три недели.
— Ты же отпустишь ее, Гейб? — Сэм пристально смотрел в лицо Гейба. — Если ничего не получится?
Габриэль сжал плечо Кали — не напоказ, но для того, чтобы было проще выдавить из себя слова.
— Да, я отпущу ее. Но не минутой раньше, чем придется, — твердо произнес он.
Сэму теперь стало понятно поведение Габриэля. Все эти годы он видел две цели — сделать все, чтобы спасти Кали, и по пути не умереть самому. Из-за этого он не обращался ни к кому за помощью (не считая, видимо, Шивы) и оказался загнан в ловушку собственной же беспомощности.
— Габриэль, возможно, мы все же сможем помочь. Тут в бункере здоровенный архив хранителей знаний, и…
Дальше они увлеклись разговорами о тайном ордене, в котором теперь состояли братья Винчестеры, и возможностью отыскать дополнительную информацию о проклятье. Габриэль живо интересовался всем загадочным, и тайный орден таких масштабов искренне его восхитил. Сэм же был только рад выложить ему накопленную информацию об ордене — Дин был не особо внимательным слушателем, если только дело не касалось охоты напрямую.
За разговорами, осмотрами, обсуждениями еще два дня прошли быстро. Сэм переселил Гейба в другую комнату и предоставлял все необходимое, так как Гейб совершенно отказался от использования ангельских сил, а с собой у него не было даже запасной одежды. «Так у меня и Кали будет больше времени» — пояснил он. Они ели вместе и вместе же занимались поиском информации. Сэм даже не постеснялся предложить помощь Габриэлю в принятии душа, но тот в шутливой манере отказался.«Это сложно, когда мы вдвоем, а втроем мне уже будет совсем неловко» — посмеялся он.
— Какая разница? — как ни в чем ни бывало улыбнулся Габриэль, снисходительно поглядывая на Сэма. — Да, она любит меня меньше чем себя. Ну что же, нас все равно давно связывает отнюдь не пламенная страсть, иначе это я был бы рядом с ней, а не этот напыщенный Бальдур. Хотя я знаю, что сказать, чтобы ты меня понял. Дино, кстати, понял это еще тогда, — Сэм поднял взгляд. Габриэль смотрел на него почти ласково, как смотрят обычно на маленьких детей. — Она моя семья, Сэм.
Сэм замер. Это и вправду все меняло. Не просто любовница или возлюбленная. Семья.
— Я понял. Расскажи-ка мне тогда о проклятье. Ты был знаком с ним раньше?
— А то. Древнее проклятье, которое придумали на заре человечества. Призванное ограждать чистых и непорочных ангелочков от чувственных удовольствий, — Габриэль многозначительно повел бровями.
— Чего?!
— Того. Насылается ангелом на грешницу, посмевшую заняться низменным сексом с его братцем. Беспроигрышный вариант — грешница тянет из ангела силы, и тот в идеале должен отпустить ее руку, тем самым дав ей умереть и вернуться к службе. В моем случае наслал заклятье Люцифер. А наложил он его, соответственно, на Кали. Может, он так продолжал мстить мне, может, это такой изощренный план убийства мерзкой язычницы — я не знаю, чувак.
— Как его снять?
— А ты сразу к сути, да? Как убить, как снять… Снять можно. Отказавшись от своей благодати и взяв в жены презренную грешницу, а потом прожив с ней остаток жизни, как обычный человек. Таким образом порочная связь перестает быть таковой и проклятье снимается.
— Эм… а ты… посчитал этот вариант неприемлемым?
— Сэм, ау! — Габриэль пощелкал пальцами перед лицом Сэма. — Она языческая богиня, а не обычный человек! И она замужем! Я может и мог бы, да толку от того ноль. Связь с женатой языческой богиней ну никак нельзя привести к счастливому финалу по христианским канонам.
— Ее муж Шива, да? И он жив? — Сэм напрягся, вспоминая мифы.
— Да, он жив, вы еще его не прихлопнули, охотнички.
— Развод?
— Какой развод, окстись!
— Вот же задница…
— Вот да, иначе и не скажешь. Хотя нет, Кастиэль придумал слово для таких случаев! Сэм, смирись, я в полной попажопе! — Габриэль всплеснул руками. Сэм не выдержал и рассмеялся. Обстановка в бункере явно разрядилась.
— Ну, а если убить Шиву? Или Люцифера? Что-то из этого поможет?
— Убить мужа той, кого спасаю, кстати, нормального чувака, или родного брата, который и так был намного сильней меня, даже без этой гири на шее. Да еще и гуляет в теле Кастиэля, который вроде как ни в чем не виноват. У тебя охрененный набор вариантов. Забей, Сэм. Даже ее муженек абсолютно ничем не смог помочь. Правда, для него она — одно из самых странных воплощений его жены, так что он давно за нее не держится. Но я тоже искал решение годами, и не нашел. Мне повезло, что она богиня, иначе у меня было бы намного меньше времени. Но все подходит к концу. Рано или поздно она начнет высасывать меня досуха, и тогда мне придется выбрать — умереть с ней или отпустить ее. Я думаю, осталось всего две-три недели.
— Ты же отпустишь ее, Гейб? — Сэм пристально смотрел в лицо Гейба. — Если ничего не получится?
Габриэль сжал плечо Кали — не напоказ, но для того, чтобы было проще выдавить из себя слова.
— Да, я отпущу ее. Но не минутой раньше, чем придется, — твердо произнес он.
Сэму теперь стало понятно поведение Габриэля. Все эти годы он видел две цели — сделать все, чтобы спасти Кали, и по пути не умереть самому. Из-за этого он не обращался ни к кому за помощью (не считая, видимо, Шивы) и оказался загнан в ловушку собственной же беспомощности.
— Габриэль, возможно, мы все же сможем помочь. Тут в бункере здоровенный архив хранителей знаний, и…
Дальше они увлеклись разговорами о тайном ордене, в котором теперь состояли братья Винчестеры, и возможностью отыскать дополнительную информацию о проклятье. Габриэль живо интересовался всем загадочным, и тайный орден таких масштабов искренне его восхитил. Сэм же был только рад выложить ему накопленную информацию об ордене — Дин был не особо внимательным слушателем, если только дело не касалось охоты напрямую.
За разговорами, осмотрами, обсуждениями еще два дня прошли быстро. Сэм переселил Гейба в другую комнату и предоставлял все необходимое, так как Гейб совершенно отказался от использования ангельских сил, а с собой у него не было даже запасной одежды. «Так у меня и Кали будет больше времени» — пояснил он. Они ели вместе и вместе же занимались поиском информации. Сэм даже не постеснялся предложить помощь Габриэлю в принятии душа, но тот в шутливой манере отказался.«Это сложно, когда мы вдвоем, а втроем мне уже будет совсем неловко» — посмеялся он.
Страница 6 из 80
