Сказать «нет»

Гейб продолжал шептать ему комплименты, как-то незаметно переходя от игривому к серьезному, и через какое-то время Сэм понял, что сильно возбужден и абсолютно не удовлетворен тем, что есть. Он хотел сказать это вслух, но даже сам своих слов не разобрал. Благо, Габриэль все равно его понял.

— Я и сам больше не могу. Ты чертовски желанен сейчас.

Гейб убрал пальцы и сместился выше, подложив под Сэма первую попавшуюся подушку и приставив смазанный член к растянутому входу.

— Хочу тебя видеть.

Как и раньше сам Гейб, Сэм выполнил просьбу. Он смотрел в глаза Гейба и старался выдержать ровный ритм дыхания, потому что все равно было больно. И потому что Гейб просил об этом.

— Дыши, Сэмми, только дыши. Будет лучше, обязательно, но нужно дышать, — Гейб подавался немного назад и снова вперед. Это длилось и длилось, и Сэм уже не верил, что станет лучше, потому что становилось только хуже. Когда Гейб снова взял в руку его поникший член, он застонал от облегчения, потому что в сочетании с тем, что происходило ниже, прикосновения воспринимались ярче. Гейб перестал двигаться, мастурбируя ему, стараясь, чтобы возбуждение Сэма вернулось в полную силу. Сэм видел, как у того стекает пот по лбу от напряжения, как волосы липнут к щеке. Он хотел бы его поцеловать, но в этой позе это было невозможно.

— Двигайся уже, — Сэм отпустил свои ноги и завел их за спину Гейбу, руками притягивая его еще ближе. Гейб охнул, потому что Сэм сам насадился на него.

— Держись, малыш, — он оперся руками по обе стороны от Сэма и стал медленно двигаться. Сэм шипел сквозь зубы, путаясь в удовольствии, смешанном с неприятными ощущениями. Никому, никогда он не смог бы довериться так, как сейчас Габриэлю. Он цеплялся за его плечи, не желая терять контакта, хотя понимал, что ему так неудобно. Но Габриэлю, на самом деле, было уже все равно. Он стал двигаться с оттяжкой, почти выходя из Сэма и снова входя на всю длину, и весь мир для него сосредоточился только на тех местах, где они чувствовали друг друга.

Он кончил слишком быстро для себя, выйдя в последний момент из Сэма. Когда он обхватил член Сэма рукой, то понял, что он даже не до конца поднят. Он почувствовал себя отвратительным любовником.

— Гейб, не надо, — Сэм остановил его руку. — Не так.

— А как хочешь? Черт, все, что захочешь, лишь бы тебе было хорошо.

Сэм притянул Гейба наверх, наконец-то целуя. Он увлекся, и поцелуй растянулся на добрые минуты. Наконец он оторвался и заговорил, глядя в растерянные глаза Гейба:

— Я понял, что в этом находят другие мужчины, только под конец. Так что предлагаю тебе отработать вторым раундом, если, конечно, тебя хватит, а то ты только хвастаться горазд.

Гейб удивленно поднял брови.

— Шутки шутишь? Конечно, хватит. Но тебя я, наверное, порвал нахрен, — он потянулся рукой ко лбу Сэма, желая узнать, сильно ли навредил.

— Никаких ангельских штучек, — Сэм отодвинул руку. — Все в порядке. Поверь на слово.

Гейб вместо ответа добавил на член порцию смазки и начал снова легонько толкаться внутрь Сэма. Он не был до конца возбужден, но вид Сэма под ним заводил с пол-оборота. Сэм не выглядел как человек, которому больно, он больше не зажимался и не зажмуривался. Гейб снова подхватил его ноги, заставляя Сэма почти прижать их к груди, и постарался двигаться так, чтобы Сэму было наверняка приятно. Стон, наконец вырвавшийся из губ Сэма, отпустил все сомнения, и Гейб наконец начал толкаться часто и жестко, намеренно задевая уже известное ему чувствительное место внутри и в этот раз не забывая ласкать Сэма снаружи. Это был уже совсем другой секс, не такой скованный, как в первый раз, и Габриэль всей душой теперь отдавался Сэму, его телу и его голосу, поставив своей целью заставить того стонать без перерыва. Под конец он мог бы собой гордиться, если бы не был слишком занят, кончая и до судорог сжимая ноги Сэма, стараясь не отпустить ненароком себя в полную силу — он просто сломал бы Сэму что-нибудь. Сэм излился почти сразу за ним.

Гейб вышел и отодвинулся от Сэма, дав ему наконец выпрямить ноги. Сам же, опираясь на подкашивающуюся руку, дотянулся до пола около кровати, нащупывая кувшин с водой, благодаря себя за то, что имел привычку наполнять его на кухне. Тем же манером нашел салфетки.

Они молча попили воды прямо из кувшина, расплескав половину на себя, и вытерлись, насколько хватило сил и желания. Гейб хотел что-то сказать, но потом, взглянув на лицо Сэма, передумал. Что бы он не сказал, взгляд Сэма выражал больше. Он подтянул Габриэля к себе, накрывая их ноги простыней — в бункере все еще было не жарко.

В этот момент Гейб окончательно решил, что, если ничего не придумает, то постарается убить Кастиэля вместе с Люцифером. Дин и тут был прав — теперь эта идея не выглядела жуткой. Ему был дорог Кастиэль, наивный, молодой ангел, с которым он когда-то беседовал о сбежавшем Боге, но тот сам завел себя в ловушку.