Фандом: Гарри Поттер. Заключительная часть серии про Грязного Гарри. Не пора ли возрождать Волдеморта?
Добавить в моё избранное
204 мин, 52 сек 8597
Очень успешно.
Формулу любви сыскали!
Пифагор решил вопрос.
За любовь в ответе… нос!
От зазноб житья не будет,
Коли нос размером с пудинг.
Чем носатее герой,
Тем опаснее настрой.
Гарри, Мальчик-наш-Носатый,
Ты сердца гребешь лопатой!
Гренжер, Визли, Лавгуд, Чан…
Берегись-ка, Дон Жуан!
— Отвали, Пивз! — огрызнулся Мальчик-Который-С-Носом.
— Вот так всегда поступают со свободой слова, собраний и искусства! Мы, вольные барды, всеми притесняемы, потому что говорим правду, — посетовал Пивз, отлетая от Гарри подальше на безопасное расстояние.
— Прокляну, — лениво сказал Гарри.
— Проклинай, вражина! Проклинай всех, кто смеет указывать на неудобные вещи. Но критике рот не заткнешь! Ты гуляешь с девицей Диггори, Снейп, гуляешь, гуляешь, гуляешь…
Гарри взмахнул палочкой, и рот Пивза намертво залепила большая жвачка.
— И лучше не утешайся, полтергейст ты наш поэтический, будто пострадал за правду. Скорее за бездарные стихи. Хорошие я бы еще простил, но твои… Аффтар, выпей йаду.
Воистину не зря Распределяющая Шляпа прочила Гарри на Слизерин: он знал, как ужалить побольнее. Горе-поэт Пивз, оскорбленный до глубины души, бросил в Гарри водяную бомбочку и растворился в потолке.
Гарри молча перенаправил бомбу в ближайшее окно, где она и взорвалась (и почему-то над головой Гермионы, если он узнал голос той, в кого эта бомба попала. Как Гермиона там оказалась? Подглядывала за ним, что ли?)
— Гарри, не обращай внимания, — сказала Чжоу, и это было первое ее выступление с тех пор, как в этом коридоре их застиг Пивз.
А еще врали, что коридор необитаемый и туда редко кто заходит. Ну-ну. Когда не надо, даже в самые безлюдные места обязательно ввалится толпа!
За последнюю неделю Гарри открыл новый закон Хогвартса: когда ему нужно было уединенное место, чтобы пообщаться с Чжоу, такого в Хогвартсе не находилось. Всегда кто-нибудь мешал. Как нарочно. Магия замка…
— Я и не обращаю, — соврал Гарри.
Соврал на все сто процентов. Еще как обращал. Чертовски неприятная ситуация получилась, и неудобная, и Пивз попал в точку. Да и не только Пивз. Гарри казалось, что в магическом мире только отшельник Волдеморт еще не в курсе, что он гуляет с девицей Чжоу…
И это весьма противно. На совести Гарри скреблись кошки из-за Гермионы: он поступил с ней очень нехорошо. Гермиона была его другом с первой минуты, Гермиона подвергалась вместе с ним смертельной опасности, участвовала во всех его опасных авантюрах. Гермиона спасла ему жизнь. И вот благодарность…
Гарри не привык предавать друзей. Это было противно.
Да еще выяснилось, что он перешел дорогу Седрику Диггори, который тоже не сделал ему ничего плохого. В награду Гарри увел у него девушку. Гарри был уверен, что Чжоу достают по поводу Седрика не меньше, чем его. И что Чжоу это очень больно.
Седрик был близким другом Чжоу, как они с Гермионой… Ну надо же, как всё-таки они с Чжоу похожи! Всё одинаково…
А общественности делать больше нечего. Волдеморта обсуждать неинтересно и страшно, беглых преступников из Азкабана ловить наскучило, коррупцию в Министерстве магии устранять тяжело… Лучше поговорить о личной жизни знаменитости. Мальчик-Который-Выжил опять совершил нечто интересное: он влюбился. У него любовный треугольник. Все забросили дела и стали чесать языками. Все сразу вспомнили, что у Чжоу есть Седрик, а у Гарри — Гермиона. Отравить бы их всех, да в Азкабан не хочется.
— Гарри, — запинаясь, начала Чжоу, — я должна тебе сказать… Тебе, наверное, уже разболтали, что я дружу с Седриком…
— Для меня это неважно, — сказал Гарри, — если неважно для тебя.
И понял, что сказал что-то не то.
— Мне очень жаль, что так получилось, и совсем неприятно вышло с Седриком, — жалобно призналась Чжоу. — Я его очень люблю, он мой лучший друг, и эти сплетни его просто бесят. Чего только люди не придумают. То Макгонагалл женили на Дамблдоре, то Филча на Пинс, теперь им всё мало. До нас добрались. Мы с Седриком так дружили, а теперь… мы поссорились. Насовсем. Мы больше не разговариваем.
— Мы с Гермионой тоже, — утешил Гарри.
— Да что они все вообразили! «Дон Жуан»! А я кто — донна Анна? А Грейнджер — Командор?
Гарри представил Гермиону, непреклонную, как статуя Командора, и рассмеялся. Вполусмех. Всё-таки смеяться над своей лучшей подругой неприлично.
Однако, Чжоу абсолютно права в следующем: какой из него Дон Жуан?!
Гарри для приличия посмотрел на свое отражение в блестящих рыцарских доспехах.
Хорош ловелас! Носатый, патлатый, бледный и тощий. Внешность — красавец писаный. Вместо боггарта детей пугать можно.
Глава 9. Закон любовного треугольника
— Греки в суть всегда вникали:Формулу любви сыскали!
Пифагор решил вопрос.
За любовь в ответе… нос!
От зазноб житья не будет,
Коли нос размером с пудинг.
Чем носатее герой,
Тем опаснее настрой.
Гарри, Мальчик-наш-Носатый,
Ты сердца гребешь лопатой!
Гренжер, Визли, Лавгуд, Чан…
Берегись-ка, Дон Жуан!
— Отвали, Пивз! — огрызнулся Мальчик-Который-С-Носом.
— Вот так всегда поступают со свободой слова, собраний и искусства! Мы, вольные барды, всеми притесняемы, потому что говорим правду, — посетовал Пивз, отлетая от Гарри подальше на безопасное расстояние.
— Прокляну, — лениво сказал Гарри.
— Проклинай, вражина! Проклинай всех, кто смеет указывать на неудобные вещи. Но критике рот не заткнешь! Ты гуляешь с девицей Диггори, Снейп, гуляешь, гуляешь, гуляешь…
Гарри взмахнул палочкой, и рот Пивза намертво залепила большая жвачка.
— И лучше не утешайся, полтергейст ты наш поэтический, будто пострадал за правду. Скорее за бездарные стихи. Хорошие я бы еще простил, но твои… Аффтар, выпей йаду.
Воистину не зря Распределяющая Шляпа прочила Гарри на Слизерин: он знал, как ужалить побольнее. Горе-поэт Пивз, оскорбленный до глубины души, бросил в Гарри водяную бомбочку и растворился в потолке.
Гарри молча перенаправил бомбу в ближайшее окно, где она и взорвалась (и почему-то над головой Гермионы, если он узнал голос той, в кого эта бомба попала. Как Гермиона там оказалась? Подглядывала за ним, что ли?)
— Гарри, не обращай внимания, — сказала Чжоу, и это было первое ее выступление с тех пор, как в этом коридоре их застиг Пивз.
А еще врали, что коридор необитаемый и туда редко кто заходит. Ну-ну. Когда не надо, даже в самые безлюдные места обязательно ввалится толпа!
За последнюю неделю Гарри открыл новый закон Хогвартса: когда ему нужно было уединенное место, чтобы пообщаться с Чжоу, такого в Хогвартсе не находилось. Всегда кто-нибудь мешал. Как нарочно. Магия замка…
— Я и не обращаю, — соврал Гарри.
Соврал на все сто процентов. Еще как обращал. Чертовски неприятная ситуация получилась, и неудобная, и Пивз попал в точку. Да и не только Пивз. Гарри казалось, что в магическом мире только отшельник Волдеморт еще не в курсе, что он гуляет с девицей Чжоу…
И это весьма противно. На совести Гарри скреблись кошки из-за Гермионы: он поступил с ней очень нехорошо. Гермиона была его другом с первой минуты, Гермиона подвергалась вместе с ним смертельной опасности, участвовала во всех его опасных авантюрах. Гермиона спасла ему жизнь. И вот благодарность…
Гарри не привык предавать друзей. Это было противно.
Да еще выяснилось, что он перешел дорогу Седрику Диггори, который тоже не сделал ему ничего плохого. В награду Гарри увел у него девушку. Гарри был уверен, что Чжоу достают по поводу Седрика не меньше, чем его. И что Чжоу это очень больно.
Седрик был близким другом Чжоу, как они с Гермионой… Ну надо же, как всё-таки они с Чжоу похожи! Всё одинаково…
А общественности делать больше нечего. Волдеморта обсуждать неинтересно и страшно, беглых преступников из Азкабана ловить наскучило, коррупцию в Министерстве магии устранять тяжело… Лучше поговорить о личной жизни знаменитости. Мальчик-Который-Выжил опять совершил нечто интересное: он влюбился. У него любовный треугольник. Все забросили дела и стали чесать языками. Все сразу вспомнили, что у Чжоу есть Седрик, а у Гарри — Гермиона. Отравить бы их всех, да в Азкабан не хочется.
— Гарри, — запинаясь, начала Чжоу, — я должна тебе сказать… Тебе, наверное, уже разболтали, что я дружу с Седриком…
— Для меня это неважно, — сказал Гарри, — если неважно для тебя.
И понял, что сказал что-то не то.
— Мне очень жаль, что так получилось, и совсем неприятно вышло с Седриком, — жалобно призналась Чжоу. — Я его очень люблю, он мой лучший друг, и эти сплетни его просто бесят. Чего только люди не придумают. То Макгонагалл женили на Дамблдоре, то Филча на Пинс, теперь им всё мало. До нас добрались. Мы с Седриком так дружили, а теперь… мы поссорились. Насовсем. Мы больше не разговариваем.
— Мы с Гермионой тоже, — утешил Гарри.
— Да что они все вообразили! «Дон Жуан»! А я кто — донна Анна? А Грейнджер — Командор?
Гарри представил Гермиону, непреклонную, как статуя Командора, и рассмеялся. Вполусмех. Всё-таки смеяться над своей лучшей подругой неприлично.
Однако, Чжоу абсолютно права в следующем: какой из него Дон Жуан?!
Гарри для приличия посмотрел на свое отражение в блестящих рыцарских доспехах.
Хорош ловелас! Носатый, патлатый, бледный и тощий. Внешность — красавец писаный. Вместо боггарта детей пугать можно.
Страница 27 из 59
