Фандом: Гарри Поттер. Да здравствует наш суд — самый гуманный суд в мире. Лорд Волдеморт сдался в аврорат, Визенгамот предъявил ему обвинения и теперь Лорд выстраивает линию защиты вместе со своими адвокатами.
Добавить в моё избранное
4 мин, 53 сек 17513
— Может, все спишем на Империо? — устало спросил Люциус, подпирая стену в комнате для свиданий в аврорате.
— И кто, по-твоему, мог наложить это Империо? — раздраженно поинтересовался Рудольфус. Этот вопрос Малфой задал в пятый раз за прошедшие три часа.
— Вон, Мальсибер мог. Он у нас мастер, — отвесил сомнительный комплимент Долохов.
Ойген грозно на него посмотрел. Выразить возмущение иным способом он не мог — схлопотал Силенцио от Лестрейнджа через полчаса после начала встречи. Зато теперь он отвлекал всех, строя смешные гримасы.
— Не прокатит, — покачал головой Руди. — Давайте лучше еще раз пройдемся по всем пунктам обвинения.
Все собравшиеся зашуршали листками. Малфой отлип от стены и присел к столу, раскладывая пергаменты, которые до этого держал в руках. Долохов вытянул вперед ноги — он сидел на полу, и его часть документов живописно была разложена вокруг него. Мальсибер занял место у стены за спиной Люциуса и изобразил пантомиму «Лорд Малфой в аврорате». Эйвери поверх очков посмотрел на приятеля из своего угла, куда в самом начале оттащил стул, и вздохнул. Сделав все эти приготовления, они дружно уставились на своего подзащитного.
Лорд в стомиллионный раз мысленно проклял Снейпа, сварившего то зелье, из-за которого он и оказался в этой ситуации. А ведь пронырливый зельевар клялся, что зелье должно вернуть Лорду внешность, а вместо этого вон что вышло. В отместку Волдеморт так и не рассказал Северусу, что волосы все-таки выросли, но не там, где надо.
— Начинайте, — махнул он рукой своим бывшим Упивающимся смертью, а ныне адвокатам.
— Убийство Хепзибы Смит, — менторским тоном начал Рудольфус. — У них ничего нет, дело старое, преступник тогда был найден и посажен в Азкабан. Не представляю, на что они надеются. Вы, самое главное, перед слушанием никаких зелий не пейте, мой Лорд.
Лорд страдальчески поморщился. Мальсибер переместился за его спину и изобразил, как Лорд пьет зелье и идет сдаваться в Азкабан. Со стороны Долохова послышалось тихое фырканье.
— Проведение темных ритуалов, — откликнулся со своего места Эйвери. — Доказательств создания хоркруксов у них нет, самих хоркруксов — тоже быть не должно, если медальон не всплывет. А вот ритуал возрождения — это уже проблема. Против вас будет Поттер свидетельствовать.
— Так на Питера можно повесить. Лорд там вообще ни при чем, — хохотнул со своего места Долохов и передернул плечами под взглядами, которые тут же обратились к нему. — Что я такого сказал?
— Ради разнообразия, Антонин, ты сказал действительно умную вещь, — медленно проговорил Лестрейндж. — Мало ли кого Петтигрю собирался возрождать на том кладбище… Вот ему за это и отвечать. Поехали дальше.
— Убийство Поттеров — тут особо без вариантов, — Люциус покачал головой. — Может, тоже на Петтигрю спишем?
— В крайнем случае. Какие еще варианты? — Лестрейндж внимательно делал пометки на листе. Вообще из всех присутствующих только он был хоть немного знаком с адвокатской практикой, но один справиться не мог, а Лорду рассчитывать было больше не на кого.
— Подкупить не получилось, угрожать бессмысленно, если бы у кого-то из присутствующих была дочь, то можно было бы велеть ей соблазнить Поттера и не допустить его в зал суда, или выведать у него грязные тайны, а потом шантажировать, а так… — Малфой развел руками.
— Может, Белла? — внес предложение Долохов.
Руди поморщился — рана от недавнего развода так и не зажила. Мальсибер опять весьма натурально изобразил пантомиму «Встреча Гарри Поттера и Беллатрикс Блэк» в двух лицах.
— С этим разберемся. Старших Поттеров, действительно, можно будет повесить на Питера, а от младшего Поттера Авада отскочила, так что на Азкабан не тянет. Долохов, что у тебя?
— Вообще бред какой-то. Они предъявляют, что Лорд держал целую кучу людей под Империо на протяжении многих лет, — прочитал Антонин, не замечая со своего места Люциуса и Рудольфуса, делающих ему страшные глаза. Эйвери печально вздохнул, Мальсибер жестами показал повешение.
— Та-а-ак, — тихо проговорил Лорд, поднимаясь из-за стола. — Кого я там под Империусом держал?
Он плавно скользнул к Долохову и вырвал листок у него из рук. В списке жертв Империуса предсказуемо нашлись все свежеиспеченные адвокаты. Сильно захотелось наложить на всех Круциатус. Особенно на Люциуса — ясно же, что идея принадлежит ему. Но беспалочковый Круциатус Лорду так и не дался. Да и применять непростительные в стенах Министерства глупо. И вообще, если бы не эти показания, все здесь присутствующие оказались бы в Азкабане, и защищать Лорда было бы некому. Успокоившись, Лорд вернулся на свое место, но не удержался и кинул на Люциуса грозный взгляд. Потом подумал и развернул свой стул так, чтобы Малфой не попадал в его поле зрения.
За спиной Лорда Мальсибер состроил обиженную рожицу.
— И кто, по-твоему, мог наложить это Империо? — раздраженно поинтересовался Рудольфус. Этот вопрос Малфой задал в пятый раз за прошедшие три часа.
— Вон, Мальсибер мог. Он у нас мастер, — отвесил сомнительный комплимент Долохов.
Ойген грозно на него посмотрел. Выразить возмущение иным способом он не мог — схлопотал Силенцио от Лестрейнджа через полчаса после начала встречи. Зато теперь он отвлекал всех, строя смешные гримасы.
— Не прокатит, — покачал головой Руди. — Давайте лучше еще раз пройдемся по всем пунктам обвинения.
Все собравшиеся зашуршали листками. Малфой отлип от стены и присел к столу, раскладывая пергаменты, которые до этого держал в руках. Долохов вытянул вперед ноги — он сидел на полу, и его часть документов живописно была разложена вокруг него. Мальсибер занял место у стены за спиной Люциуса и изобразил пантомиму «Лорд Малфой в аврорате». Эйвери поверх очков посмотрел на приятеля из своего угла, куда в самом начале оттащил стул, и вздохнул. Сделав все эти приготовления, они дружно уставились на своего подзащитного.
Лорд в стомиллионный раз мысленно проклял Снейпа, сварившего то зелье, из-за которого он и оказался в этой ситуации. А ведь пронырливый зельевар клялся, что зелье должно вернуть Лорду внешность, а вместо этого вон что вышло. В отместку Волдеморт так и не рассказал Северусу, что волосы все-таки выросли, но не там, где надо.
— Начинайте, — махнул он рукой своим бывшим Упивающимся смертью, а ныне адвокатам.
— Убийство Хепзибы Смит, — менторским тоном начал Рудольфус. — У них ничего нет, дело старое, преступник тогда был найден и посажен в Азкабан. Не представляю, на что они надеются. Вы, самое главное, перед слушанием никаких зелий не пейте, мой Лорд.
Лорд страдальчески поморщился. Мальсибер переместился за его спину и изобразил, как Лорд пьет зелье и идет сдаваться в Азкабан. Со стороны Долохова послышалось тихое фырканье.
— Проведение темных ритуалов, — откликнулся со своего места Эйвери. — Доказательств создания хоркруксов у них нет, самих хоркруксов — тоже быть не должно, если медальон не всплывет. А вот ритуал возрождения — это уже проблема. Против вас будет Поттер свидетельствовать.
— Так на Питера можно повесить. Лорд там вообще ни при чем, — хохотнул со своего места Долохов и передернул плечами под взглядами, которые тут же обратились к нему. — Что я такого сказал?
— Ради разнообразия, Антонин, ты сказал действительно умную вещь, — медленно проговорил Лестрейндж. — Мало ли кого Петтигрю собирался возрождать на том кладбище… Вот ему за это и отвечать. Поехали дальше.
— Убийство Поттеров — тут особо без вариантов, — Люциус покачал головой. — Может, тоже на Петтигрю спишем?
— В крайнем случае. Какие еще варианты? — Лестрейндж внимательно делал пометки на листе. Вообще из всех присутствующих только он был хоть немного знаком с адвокатской практикой, но один справиться не мог, а Лорду рассчитывать было больше не на кого.
— Подкупить не получилось, угрожать бессмысленно, если бы у кого-то из присутствующих была дочь, то можно было бы велеть ей соблазнить Поттера и не допустить его в зал суда, или выведать у него грязные тайны, а потом шантажировать, а так… — Малфой развел руками.
— Может, Белла? — внес предложение Долохов.
Руди поморщился — рана от недавнего развода так и не зажила. Мальсибер опять весьма натурально изобразил пантомиму «Встреча Гарри Поттера и Беллатрикс Блэк» в двух лицах.
— С этим разберемся. Старших Поттеров, действительно, можно будет повесить на Питера, а от младшего Поттера Авада отскочила, так что на Азкабан не тянет. Долохов, что у тебя?
— Вообще бред какой-то. Они предъявляют, что Лорд держал целую кучу людей под Империо на протяжении многих лет, — прочитал Антонин, не замечая со своего места Люциуса и Рудольфуса, делающих ему страшные глаза. Эйвери печально вздохнул, Мальсибер жестами показал повешение.
— Та-а-ак, — тихо проговорил Лорд, поднимаясь из-за стола. — Кого я там под Империусом держал?
Он плавно скользнул к Долохову и вырвал листок у него из рук. В списке жертв Империуса предсказуемо нашлись все свежеиспеченные адвокаты. Сильно захотелось наложить на всех Круциатус. Особенно на Люциуса — ясно же, что идея принадлежит ему. Но беспалочковый Круциатус Лорду так и не дался. Да и применять непростительные в стенах Министерства глупо. И вообще, если бы не эти показания, все здесь присутствующие оказались бы в Азкабане, и защищать Лорда было бы некому. Успокоившись, Лорд вернулся на свое место, но не удержался и кинул на Люциуса грозный взгляд. Потом подумал и развернул свой стул так, чтобы Малфой не попадал в его поле зрения.
За спиной Лорда Мальсибер состроил обиженную рожицу.
Страница 1 из 2
