Три галлеона

Его просто раздражало, что утром за завтраком, когда он появился, её глаза не засветились от радости при его виде, не сказали ему, что она всё помнит.

Дальше работа продолжалась в нормальном русле, лишь изредка класс оглашали нервные оскорбления. В конце урока профессор Снейп огорошил студентов новым идиотизмом.

— Сегодня вечером мне будет нужна ваша помощь, мистер Малфой и мисс Грейнджер, — класс застыл в немом молчании. У Гермионы от неожиданности из рук выпал пенал и ударился об стол. Этот звук, казалось, оглушил всё вокруг.

Малфой опустил голову не в силах даже смотреть на этого «предателя». Волна переругиваний накрыла класс, когда Снейп его покинул. Гриффиндор вещал о том, что это всё жутко противно и Снейп просто издевается, Слизерин же отвечал, что для их студента слишком унизительно проводить столько времени с грязнокровкой.

Сами Драко и Гермиона молчали. Чуть позже наедине со своими Малфой выслушал очередную речь о том, как ему фартит в жизни, а также о том, что скорее бы он завершил спор иначе «друзья» растрезвонят на всю гостиную Слизерина о таком позорном провале.

Гермиона на все сочувствия однокурсников отвечала лёгким кивком. В глубине души она совсем не злилась на профессора, потому что лишь наедине с Малфоем она могла вести себя по-настоящему, не строя вечную добродетель: послать к чертям, если хочется, наслать безобидное заклинаньице, если уж очень достал. Это обстоятельство злило, но в то же время не настолько, чтобы призвать все силы и пойти к декану Слизерина и отпроситься. Гарри и Рон намеревались дежурить за дверью, чтобы на первые признаки оскорблений влететь в кабинет и начистить наглецу физиономию, даже если оскорбления будут совершенно не с его стороны. Гермиона лишь улыбнулась, представив выражение этой самой начищаемой физиономии. Дааа, протянул бы он, ещё никогда Гриффиндор меня так не доставал…

Ровно в 6 вечера Драко и Грейнджер встретились у кабинета профессора Снейпа. Разумеется, не было никакой договорённости, просто так получилось.

— Я думал, ты не решишься придти, — не зная, что сказать, проговорил Драко. Без мантии, в джинсах и свитере крупной вязки, где при желании можно было бы разглядеть тело девушки, она выглядела привлекательно. Однако всё портили её брови, сдвинутые как у той красной птицы из мира магглов, которая убивает свиней.

— Держи карман шире, Малфой, — отозвалась Гермиона. — Пропустить вечер с тобой и профессором Снейпом я была просто не в силах.

Это фраза позабавила Малфоя, он слегка улыбнулся, представив, если бы старуха Макгонагалл попросила его помочь с чем-нибудь и выбрала бы ему в пару Поттера или Уизли. Вот был бы маразм!

— Если мы быстро освободимся, не хочешь прогуляться? — Малфою показалось, что это против воли сказал его рот. Он даже испугаться не успел и уставился взглядом куда-то вперёд, чувствуя кожей, как застыла Грейнджер. Что-либо ответить она не успела, дверь распахнулась и перед ними предстал профессор Снейп во всём своём тёмном величии.

— Так и будете жаться за дверью или всё-таки войдёте и начнём работать, — все вопросы профессора имели такую двоякую интонацию. Он совершенно не спрашивал, просто ставил перед фактом и всё.

— Здравствуйте, профессор, — с готовностью сказала Гермиона. — Я хотела войти, но мистер Малфой пристал ко мне с глупыми вопросами относительно чар мнимой видимости. Он не знает, на что следует делать основной упор.

Протараторив свою фразу, девушка скользнула в кабинет. Малфой так и застыл с открытым ртом от наглости, которой набралась эта девчонка. Снейп, очевидно, не посчитал слова гриффиндорки иронией, поэтому строго посмотрел на Малфоя и процедил сквозь зубы:

— Упор нужно делать на концентрацию мыслей и на внимание к деталям, мистер Малфой.

Сказав это, профессор развернулся и зашагал к своему столу. Малфой был снова взбешён, его ноздри раздувались как у быка при виде красной тряпки. Он медленно прошёл к столу и сел, намеренно подальше от Грейнджер.

Судя по участи, которую Снейп уготовил двум несчастным, ему было просто необходимо над кем-то поиздеваться. Он дал студентам две стопки пергаментов, высотой в метр, объяснив, что это какие-то курсовые второкурсников, которые нужно перечитать и оценить.

— Простите, сэр, но разве мы можем быть компетентны в этом? — Гермиона просто не могла удержаться от вопроса, поэтому проигнорировала тот факт, что профессор разогревал какое-то зелье, по цвету напоминающее снадобье от головной боли.

— Мисс Грейнджер, если вас слишком коробит выказанное мной доверие, то дверь в той стороне, — махнул рукой профессор. — А очки, которых вы лишитесь за чрезмерно длинный язык, вы можете посмотреть в холле, в часах сейчас изрядно поубавиться рубинов.

Гермиона так и заткнулась, опустив голову и зло раздувая ноздри. Выдавив извинения, она принялась за работу.