Три галлеона

Как же всё надоело!

Занятый мыслями и размышлениями о своей сложной судьбе парень покинул комнату, завернул за поворот и тут же налетел на Филча.

— Что это вы тут разгуливаете, мистер Малфой?

— А это запрещено?

— Вот сейчас и спросим у профессора Слизнорта.

— Причём тут он? — возмутился Драко и тут же вспомнил, что зельевар проводит собрания «клуба одарённых придурков», а сегодня у них что-то наподобие праздничного приёма и этаж должны были перекрыть. Драко мысленно обругал себя. Знал же, что путь закрыт, всё эта Грейнджер, засевшая в мыслях.

Гермиона стояла около стола и наливала себе пунш. Гарри что-то рассказывал ей и Джинни. Возня и шум послышались откуда-то сбоку. Все столпились в центре зала, друзья тоже подошли. Слизнорт подслеповато щурился на вновь прибывших.

— Убери от меня руки, грязный сквиб!

Сердце девушки сжалось, она бросила быстрый взгляд на Гарри, тот нахмурился.

— Что тут происходит? — Слизнорт подошёл к Филчу.

— Этот студент ошивался поблизости, я его схватил и привёл к вам, — Филч был как всегда непреклонен, за годы работы он привык ко всяким оскорблениям, а уж из его цепких пальцев не вырвался бы никто. — Он в списке приглашённых?

Слизнорт оглядел присутствующих, он явно был растерян и не знал, как реагировать, беспомощно взирая по сторонам. Тишина повисла в зале. Студенты с любопытством ждали исхода происшествия.

— Я так понимаю, он здесь не по адресу, — прогнусавил Филч. — Что ж, мне как раз нужен человек для уборки туалета на третьем этаже. Уже неделя прошла, как там засорились три раковины.

Малфой вздрогнул. Его глаза наполнились смесью гнева и недоумения. Некоторые студенты, естественно, не слизеринцы, уже начали посмеиваться.

— Это я его пригласила, профессор, — Гермиона не поняла, как фраза сорвалась с её языка. Сказав это, она сама удивилась, широко распахнутые глаза были тому подтверждением. Но отступать было поздно, слова слышали все, поэтому она повернулась и посмотрела на учителя, избегая взглядов на студентов, в особенности на одного паршивого нарушителя.

— Я думал, мисс Грейнджер, вы придёте с Уолленби? — по-прежнему не понимая, что происходит, спросил Слизнорт.

— Рон в Больничном крыле и я пригласила Малфоя, — слова застревали в горле, как будто не хотели произноситься. Однако профессор, очевидно, не заметил ничего странного в словах девушки, поэтому кивнул с улыбкой.

— Вот и отлично, мистер Филч, отпустите студента и мы продолжим наш праздник, — сказав это, Слизнорт тут же пошёл за едой на дальнем столе. Завхоз зло фыркнул, Драко выдрал руку и презрительно на него посмотрел. Филч ушёл, все вернулись к своим делам. Гарри и Джинни подошли ближе к Гермионе, которая стояла напротив Малфоя, глядя на него без отрыва. Он тоже смотрел только на неё, отмечая в голове, как она хорошо выглядит. Он запоминал этот образ, впитывал каждый сантиметр, потому что знал, что это видение: Грейнджер в платье, не покинет его теперь никогда.

Тихая музыка донеслась до сознания, становясь громче по мере возвращения в реальный мир. Драко сделал пару шагов к гриффиндорке.

— В качестве компенсации за вмешательство могу ли я пригласить даму на танец? — с лёгкой усмешкой попросил Малфой.

— Не думаю, что это хорошая идея, — мигом вступился Гарри. Гермиона повернула на него голову. Он пожал плечами.

— С чего ты взял, что танец с тобой будет достойной компенсацией за спасение от наказания у Филча? — тон девушки был таким, что всем вокруг сразу стало ясно: она разберётся сама.

— Гарри, не хочешь со мной потанцевать? — тут же спросила Джинни и, не дожидаясь ответа, утащила парня в гущу танцующих пар, пресекая его попытки задержаться около Гермионы и Малфоя.

— Грейнджер, вечно рвёшься всех спасать, — в голосе чувствовалась усмешка, а дыхание уже обжигало лицо. Малфой невесомо взял девушку одной рукой за талию, а второй за руку. Тёплые прикосновения заставили на миг закрыть глаза и просто глубоко вздохнуть, чтобы его запах попал в самые глубины лёгких и остался там надолго, желательно навсегда. Сейчас, стоя так рядом с ним, больше всего на свете хотелось послать к чёрту все обиды и сомнения. Она могла мечтать только о том, чтобы время остановилось, чтобы вот так замереть с ним в танце, окутанная его руками и запахом. Однако голова периодически напоминала о случае в Большом зале, о споре и его словах о том, что он пожиратель.

— Я не знаю, как так вышло, — ровным голосом, насколько ей это удалось, сказала Гермиона. Драко усмехнулся.

— Да уж, дела обстоят всё хуже и хуже, — этот голос около уха заставлял девушку погружаться в воспоминания, от которых она усердно отгораживалась, когда мозг был включен. — Подумать только, чистокровный Малфой должен выбирать между сквибом и грязнокровкой…