Три галлеона

Тео, в тот момент я почти бессознательно начал загораживать сознание, мне показалось, что он копается у меня в голове.

— И что, он увидел что-нибудь про вас с Грейнджер? — нетерпеливо выкрикнул Нотт и тут же прикусил язык под пристальным взглядом серых глаз.

— Больше ни слова о Грейнджер, — тихо, слишком тихо, чтобы услышать, но слишком громко, чтобы увериться самому. В тот самый момент, стоя перед Волдемортом, Драко молил Мерлина лишь об одном: чтобы его убили прямо здесь, в подземельях. В эту самую минуту он понял, что не хотел быть Пожирателем, не хотел так сильно, что готов был закричать, вцепиться в эту змеиную физиономию, лишь бы не стать как они, не носить этот уродливый знак. Но Лорд отступил и спросил только о том, что Драко может ему рассказать о деле, порученном ещё пару месяцев назад.

— Я нашёл решение, Мой Лорд, — во рту моментально стало сухо. — У меня есть план и по возвращении в школу я постараюсь его осуществить.

— Старание это хорошо, мой мальчик, — прошипел Волдеморт. — Люциус, у тебя замечательный сын. Идея со Шкафом мне нравится.

Драко еле слышно сглотнул, Лорд всё-таки прочитал его мысли. Очевидно, парню удалось спрятать сокровенное, раз Лорд им доволен. Люциус подобострастно поклонился, хотя сейчас, видя Волдеморта, людей вокруг, Драко понял, что нет тут никакого восхищения, разве что у парочки приспешников, всех остальных держит страх, первобытный страх перед жестокостью и силой. Понял, что то, к чему он стремился с детства, не больше чем просто ложь, глупая картинка, чёртова секта.

— Подойди ближе! — голос вывел из замешательства, Драко вздрогнул. Странная волна подчинения прошла по всему телу. Он знает, что я не хочу, кричало подсознание, и словно утвердительный ответ на эти мысли ехидный оскал Тёмного Лорда. Выхода не было и Драко смирился.

Выслушав рассказ друга, Тео поморщился.

— Думаешь, он знал, что ты против? — снова тон как у психотерапевта, значит вид тот ещё, верно растолковал Малфой.

— Конечно, знал, — лёгкий кивок. — Отец говорил, что метка не болит, если получаешь её по желанию. А у меня рука то гляди отвалится.

— И что теперь будет? — Нотт хмурился, переваривал, не знал, как себя вести. Теперь Малфой вроде как выше статусом, хотя Тео был рад, что его персону обошли стороной, когда вербовали новых приспешников. Он боялся, что отец сойдёт с ума, а мать прыгнет с башни, если узнают, как бы повёл себя он, окажись перед выбором: с меткой или без. Нотт представил, как Волдеморт капается в его голове и видит только бесконечные комбинации со средним пальцем. Интересно, это было бы заклинание или он отдал бы Тео Нагайне, чтобы не пачкаться?

— Я знаю, как выполнить задание, — проговорил Драко и Тео внимательно на него посмотрел. — Я починю Исчезательный шкаф. А дальше…

— Неужели ты сдался, — совсем не вопрос, просто полная безысходности фраза.

— Я никогда и не воевал…

Первый учебный день в новом семестре Гермиона ещё никогда не ждала так сильно, как в этом году. Она жутко соскучилась по серым глазам, по этой «кому она вообще может понравиться» ухмылке. Она была раздосадована и обижена, что он не писал ей, но соскучилась настолько, что была готова бежать и встречать Хогвартс-экспресс, если бы эмоциональные порывы взяли верх над разумом.

За завтраком в Большом зале Малфой ни разу не взглянул в её сторону. Гермиона ждала разговора после завтрака, но ни малейшим видом слизеринец не намекнул, что собирается с ней разговаривать. Гермиона постоянно искала его взгляд, но он был обращён на всех кроме неё. Казалось, он готов был смотреть даже на Поттера и Уизли по очереди, лишь бы не встречаться глазами с гриффиндоркой.

Так прошла неделя, вид Грейнджер становился всё растеряннее и растеряннее.

— Она постоянно смотрит на тебя, — в один из дней второй недели игнора сказал Нотт.

— Я заметил, — голос Драко в последнее время был похож на голос любимого декана.

— И что? Даже не поговоришь с ней? — Тео крутился вокруг, постоянно заглядывая в глаза.

— О чём я должен с ней говорить! — выпалил Драко, излучая злость, злость на себя и на обстоятельства. Конечно, он заметил, как она смотрит, как ходит рядом в надежде, что он намекнёт только ей понятным жестом, что они увидятся позже. Он видел, как с каждым днём её всё больше переполняет смятение, она выглядит такой уставшей и запутавшейся, что хочется подойти и обнять, просто без слов. Почувствовать биение её сердца, чтобы в следующую секунду уйти навсегда. Но он знал, что если позволит себе эту маленькую слабость, то уже не сможет отказаться от неё, не сможет завершить начатое.

— Скажи ей хотя бы, что между вами всё кончено, — не унимался Тео, очевидно, пытавшийся достучаться до друга уже не в первый раз. — Жутко бесит видеть её такой.

— Слушай, Нотт, — Драко с ног до головы оглядел парня, глаза сузились и рот исказила ехидная усмешка.