Незабываемая ночь

Мисс Хардбрум же не сочла необходимым даже откликнуться на это предложение. Она просто сделала свой обычный чай и удалилась на свое привычное место у камина.

Имоджен невольно задавалась вопросом, возможно ли поменять хоть одну привычку у ее коллег. Они, казалось, настолько свыклись с этими привычками, которые проявлялись в большинстве вещей, что даже не замечали их.

Имоджен заняла свое привычное место и приготовилась ждать остальных. Вскоре в дверь вошла мисс Хардбрум. Она буквально влетела в комнату, стремительно направляясь к своему месту, как обычно делала. Имоджен смотрела не нее, не в первый раз задаваясь вопросом, знает ли ее коллега, как можно пересечь комнату, не привлекая к себе внимания. Если можно было не заметить присутствия мисс Бэт, то того же никак нельзя было сказать о Констанс. Она всегда была на виду, где бы не находилась, и мисс Дрилл было интересно, как ей это удается. И дело было даже не в ее росте. Было что-то такое в ее движениях, что заставляло других уделять ей максимум внимания. Ко всему прочему Констанс постоянно сопровождал вездесущий звон ключей, висящих на ее талии. Имоджен не помнила, чтобы ее коллега хоть раз использовала какой-либо из них. Мисс Дрилл спрашивала себя, действительно ли они что-то отпирают, или же Констанс носила их в качестве своей своеобразной марки в школе.

Будто бы почувствовав, что за ней наблюдают, Констанс повернула голову в сторону Имоджен.

— Вы что-то хотели?

Имоджен покачала головой.

— Я просто… — она отчаянно думала, что же можно было такое сказать, чтоб оправдать такое пристальное внимание со своей стороны. — Просто хотела поинтересоваться, что вы думаете о предстоящем родительском собрании? Мисс Кэкл говорила, что некоторые из наших учениц должны будут продемонстрировать, как они варят зелья.

При упоминании родительского собрания, мисс Хардбрум хмыкнула, отставила чашку чая, и в упор посмотрела на Имоджен.

— Мисс Кэкл может, конечно, и не понимать, что никто не должен вмешиваться в экономику, дисциплину и привычный уклад школы. Но когда вечером сюда прибудет целая толпа родителей, я не собираюсь разрешать девочкам выставлять мои уроки, как какой-то балаган. Зельеварение — это серьезная наука, и я не готова превратить дело, которому посвятила всю свою жизнь, в беззаботное развлечение, на которое могут смотреть родители наших учениц!

Имоджен вполне ожидала от Констанс негативной реакции в ответ на свои слова.

— Никто не пытается превратить ваши уроки в шоу, — запротестовала она. — Мы просто подумали, что родителям было бы интересно получить возможность увидеть на практике работу своих детей.

— Ах, вы думали, что это будет «интересно»! Ну, а я так не думаю! — Констанс сложила руки на груди и сверху вниз уставилась на Имоджен. — Приготовление зелий — это не зрелищный вид спорта. Это никогда не было общественным развлечением, и пока я остаюсь в этой школе, никогда не будет! Может быть подобное и допускалось в тех школах, где вы преподавали ранее, но школа Кэкл — школа для ведьм, и мы не будем заставлять наших учениц строить из себя клоунов. Навыки, которые они получают здесь, могут однажды спасти им жизнь.

Имоджен хотела что-то ответить на выпад Констанс, но была в некотором недоумении от ее слов.

— Я знаю, что вы здесь не так давно, — слова Констанс прозвучали более спокойно, чем предыдущая речь, — и я понимаю, что вы, может, все еще хотите оправдать свое присутствие здесь, внося всевозможные предложения. Но я хотела бы, чтоб вы поняли, что школа Кэкл отличается от других школ, и наши девочки не такие, как другие дети, поэтому мы и не склонны ничего менять. И хотя родительские собрания и проводятся во всех других школах, им явно не место здесь.

Имоджен сидела с полуоткрытым ртом, изо всех сил пытаясь сдержать рвущийся наружу гнев.

— Оправдать мое присутствие… С какой стати я должна чувствовать необходимость оправдывать свое присутствие здесь?

Констанс смахнула невидимую пылинку со своего платья.

— Я думаю, это очевидно.

Имоджен поднялась на ноги и уставилась на Констанс, сдерживаясь из последних сил.

— А теперь слушайте сюда! Я имею такое же право находится здесь, как и вы, и мои уроки являются такими же важными, как и ваши!

— И все же вы единственная, кто чувствует необходимость стоять там и орать на меня, будто обычная торговка рыбой. Я бы сказала, что это несомненный признак неуверенности, — отрезала Констанс.

Начинающаяся ссора была прервана появлением мисс Бэт. Она вошла в комнату, что-то тихо напевая себе под нос.

— Добрый день, — просияла она, глядя на женщин и совершенно не обращая внимания на грозную атмосферу, витающую в воздухе, и направилась к своему стулу, на котором лежало ее вязание.

— Прошу прощения, — слегка кивнула Констанс и, развернувшись на каблуках, стремительно вышла из комнаты, громко захлопнув за собой дверь.