Незабываемая ночь

Мод улыбнулась.

— Дай-ка сюда книгу. Давай посмотрим, что тут можно сделать.

— Это просто ужасно! — жаловалась утром Энид своим подругам, сидя за завтраком. — Я получила письмо от родителей, и они очень заинтересовались этим родительским собранием. Они думают, что это «отличная идея»! — Энид пальцем сделала кавычки в воздухе.

— Что же тут ужасного? — спросила Мод, медленно перемешивая кашу в тарелке перед собой. — Я бы хотела, чтобы мои родители нашли время приехать.

— Да, но твои родители не притащили бы с собой своевольного семилетнего братца!

— А-а, — Мод поморщилась, стараясь заставить ложку стоять в каше. — Так тебе не удалось убедить их, что брата не пустят?

— Очевидно, нет.

— Что же ты им сказала? — поинтересовалась Мод. Она была в курсе, что Энид крайне не желает, чтоб ее родители привезли на собрание ее младшего брата, и у нее даже был план, но та никогда не делилась подробностями.

— Я сказала моим родителям, что Х-Б ест маленьких мальчиков или превращает их в жаб.

Милдред издала смешок и долю секунды спустя хмурая мисс Хардбрум материализовалась рядом с ней. Легкомыслие, с каким девочки вели себя за столом, было одной из тех вещей, которые она терпеть не могла.

— Что же такого забавного ты нашла в утренней каше? — холодно спросила она. — Может, ты увидела особый комок, напоминающий нечто забавное? Или наконец-то доделала задание по зельеварению, которое я дала еще на прошлой неделе и наконец-то шутя сварила зелье смеха?

— Нет, мисс Хардбрум… То есть, да, мисс Хардбрум. — Милдред начала заикаться. Х-Б всегда могла заставить ее чувствовать себя не в своей тарелке. — Я хочу сказать, что мне все-таки удалось закончить зелье смеха. — Милли подняла глаза на учительницу и с трудом сглотнула. — Оно находится в моей комнате.

— Надо же! А я была уверена, что оно в твоей тарелке!

— Простите за этот смех, мисс. Просто Энид сказала кое-что забавное… — Милдред почувствовала, как ее сердце упало, едва только она закончила фразу. Она, конечно, не хотела втравливать Энид в неприятности, но Х-Б, с ее вечно недовольным видом просто заставила ее так сказать.

Мисс Хардбрум обратила свое внимание на Энид.

— И что же ты такого сказала, что вызвало у Милдред этот истеричный смех?

— Ничего такого, — быстро ответила Энид.

Учительница снова переключилась на Милдред.

— Милдред, я два года имею несчастье знать тебя и не могу припомнить ни одного инцидента без твоего участия! Ты смеялась над неудачей твоей одноклассницы, когда та пела песню «Жабий глаз», и смеялась на прошлую пасху над Верховным волшебником, когда порыв ветра зашвырнул его мантию ему на голову.

Мисс Хардбрум оглядела каждую девочку, сидящую за столом, будто проверяя, не смеется ли еще кто-то. Она заметила, что Джадо изо всех сил пытается сохранить серьезное выражение лица.

— Джадо Велли, если ты не уберешь эту улыбку со своего лица, то будешь писать строчки до конца дня!

Убедившись, что Джадо передумала веселиться, она снова вернулась к Милдред.

— Мне стоит продолжать?

— Не стоит, — ответила Милдред таким серьезным тоном, на какой была способна. Образ Верховного волшебника с мантией на голове прочно засел в ее мозгу, и она никак не могла избавиться от него.

— Тогда, может, ты сделаешь мне одолжение и расскажешь, что же было причиной твоего смеха пару минут назад.

Милдред огляделась в поисках вдохновения.

— Я просто… ну… это было…

Мисс Хардбрум закатила глаза и подняла руку.

— Вижу, тебе сложно вспомнить причину. Возможно, тебе было бы полезно потратить час вечернего времени, сидя в лаборатории за написанием двухсот строчек «Я не должна громко смеяться, находясь в школьных помещениях».

Констанс снова оглядела остальную группу девочек.

— Желает ли кто-то присоединиться к Милдред? Нет? Хорошо. А теперь я не хочу слышать ни звука от любой из вас!

Удовлетворенная тем, что порядок был восстановлен, она сложила руки на груди и исчезла.

— Спасибо, Милли, — язвительно сказала Энид. — Ты чуть не подставила меня!

— Прости, — виновато сказала Милдред.

— Но тебя же не наказали, — заметила Мод.

— Это да, — согласилась Энид. — Но нам стоит быть поосторожнее. Я думаю, Х-Б ищет какой-нибудь предлог, чтобы отменить родительское собрание.

— Почему ты думаешь, что она против этого? — спросила Руби. — Ведь это ее шанс рассказать родителям именно то, что она о нас думает.

— Верно, — кивнула Энид. — Но ведь в это время в школе не будет порядка и спокойствия, не так ли? Тут будут и ученики, и родители.

— И в школе будет много мужчин, — напомнила Милдред. — Интересно, что она собирается сделать с нашими папами?

— Превратить в жаб?