Dreamer

Большой зал наполнился аплодисментами, и Оливер внезапно вспомнил, как ему рукоплескали на чемпионате мира.

Тогда он был очень счастлив — почти так же, как сейчас.

— Итак, ребята. Вам следует забыть о том, что метла — неживой предмет. Вспомните о своих домашних питомцах и о том, как вам приходится о них заботиться. Ваша метла должна стать для вас частью тела, продолжением ваших ног и рук, если, конечно, вы хотите добиться успеха в полёте.

Поверьте, метла почувствует ваше отношение, и если вы отнесётесь к ней хорошо, то она непременно ответит вам взаимностью.

Внезапно Оливер услышал чей-то смешок:

— Ну конечно, очередная пафосная речь от преподавателя-гриффиндорца, — вздёрнув нос, произнёс кто-то… как же его звали? А, Крейг Миллер.

— Факультет не имеет значения, — спокойно произнёс Оливер.

— Что же тогда имеет значение, профессор?

— Взаимоуважение, — с невозмутимой улыбкой ответил он.

— А скажите, профессор, летаете вы тоже как дерево?

Несмотря на многочисленные смешки, он продолжил урок, стараясь не упасть в грязь лицом и заработать уважение своих учеников — так бы поступил любой спортсмен, не привыкший сдаваться.

«Кажется, я пропустил парочку мячей в свои ворота», — уныло подумал он.

Да, его работа оказалась не так проста, как ему казалось вначале.

После того, как урок был закончен, Оливер решил прогуляться. Дул осенний промозглый ветер, да и солнце скрылось за тучами. В общем, поводов для радости было мало, а спустя шаг стало еще меньше, потому что Оливер на кого-то налетел.

— Извините, профессор Хагрид, — поспешно извинился он.

— Да ничего, профессор Вуд, — подмигнул ему тот.

— Никакой я не профессор, — уныло пробормотал Оливер.

— Урок не задался? — сочувственно поинтересовался профессор Хагрид.

Что он вел? А, уход за магическими существами. Что ж, ему, по крайней мере, не приходится возиться с первокурсниками.

— Это, пожалуй, мягко сказано. Я, наверное, слишком молод, чтобы научить их чему-то.

— Туточки дело не в возрасте, — профессор Хагрид потёр переносицу.

— А в чём же?

Оливер внезапно понял, что ему совершенно необходимо с кем-то поговорить.

Десять минут спустя они подошли к профессорской хижине, мирно беседуя.

Зайдя внутрь, Оливер изумился:

— Да у вас тут всё неплохо устроено, профессор Хагрид.

— Зови меня просто Хагрид, — добродушно улыбнулся тот, и Оливер подумал, что Хагрид один из тех простых людей, у кого за душой всегда найдется доброе слово.

— Хорошо, — Оливер не смог удержаться от ответной улыбки.

Чуть позже Хагрид поставил чайник и поставил на стол тарелку с шоколадными кексами:

— Угощайся, мои фирменные, — сказал он.

И Оливер не сумел отказаться.

— Большое спасибо! — невнятно сказал он, пытаясь разжевать почти каменный хлебец. — Всегда любил сухари грызть… что ж я раньше-то к вам не забрел?

Хагрид хохотнул, а затем вдруг сказал очень серьезным тоном:

— А ты сегодня хорошо говорил, я с тобой согласен.

— О чём именно? — Оливер перестал грызть сухарь и внимательно взглянул на собеседника.

— О том, что метла, как и животное, нуждается в заботе.

— А ты, Хагрид? Как тебе удаётся выдерживать непонимание в глазах детей? Они же такие маленькие. У тебя нет ощущения, что ты их подвёл? — неожиданно выпалил Оливер. — То есть, у тебя они, конечно же, постарше, но… — он беспомощно замолчал.

Рубеус Хагрид задумчиво посмотрел на него и тихо ответил:

— Дамблдор однажды сказал, что в этом суть профессии учителя.

— В чём именно? В том, чтобы доказать себе, что ты не подводишь детей, а пытаешься стать для них другом? Хагрид, но правильно ли это? Друг и учитель — немного разные вещи…

— Я так не думаю, — улыбнулся он и хлопнул его по плечу почти по-отечески (Оливеру на миг показалось, что сейчас он провалится под пол), — Посмотри на это не так, как все. Люди много чего говорят, например, про дракончиков, а я их не слушал и не жалею. Ведь если бы я их слушал, то я не сумел бы познакомиться с малышом Норбертом.

— А кто такой Норберт?

— Мой дракон…

Сумерки уже сгустились над Хогвартсом, а они всё ещё разговаривали. И Оливер впервые после того, как Мечтатель умер, чувствовал, что обретает настоящего друга.

На следующий день по школе прошел странный слух.

Студенты шептались, что у профессора по уходу за магическими существами взбесился гиппогриф. Едва не задев когтями перепуганных третьекурсников, он взлетел на крышу Хогвартса и остался там. Все растерялись, не знали, что делать… и только проходивший мимо профессор полетов оказался самым смелым.

Он, недолго думая, схватил свою метлу и полетел на крышу, навстречу разъяренному чудищу!