В известном городе Нью-Йорк объявился маньяк. Он похищает детей и подростков, многих которых судьба остаётся неизвестна. Подросток восемнадцати лет, которой нравится тихая жизнь в её окружении, сама чуть-ли не стала жертвой таинственного маньяка. Теперь ей предстоит чувствовать страх от одной мысли, что он от неё не отстанет просто так.
Добавить в моё избранное
378 мин, 36 сек 8804
В голове от одной мысли, что я голодаю, появляются многие картинки с той пищей, которую я употребляла до того, как попасть сюда: хлебобулочные изделия, супы, жаренное мясо, картошка, фастфуд… Хочу… Я всё хочу. Моё воображение решило сыграть со мной злую шутку.
Приблизив свою руку к губам, я вцепилась в неё собственными зубами и тут же отпрянула. Было очень больно от такого неожиданного укуса с моей же стороны, хотя я даже не прикусила её до крови, разве что отпечатки зубов остались.
— Что со мной? — я схватилась за свою голову и сжала свои волосы. Вчера я точно так же поступила, и сейчас это вновь произошло; неужели мне хочется съесть саму себя? Бред. Не хочу делать себе больно, но блин! Мне так хочется вцепиться за что-нибудь или во что-нибудь зубами.
Подскочив с кровати и на ватных ногах зайдя в ванную комнату, я подошла к ванне. Включив кран и подставив руки под него в форме «лодочки», я набрала необходимое количество жидкости в ладоши и всполоснула себе лицо, а также убрала мокрые пряди волос за ухо, которые назойливо лезли мне на лицо. Прерывистый вздох с моей стороны послышался по всей комнате, а руки облокотились об бортик ванной. Легче от воды не стало, живот предательски громко заурчал, слово это был синий кит в океане.
— Я… — всё моё тело задрожало, как это обычно бывает от нервов. Я очень хочу есть. От конфет меня уже тошнит. Мой рот то открывался и вдыхал как можно больше воздуха в лёгких, то закрывался. Я нервно сглотнула слюну и взглянула на своё отражение в немного разбитое зеркало. Смотря на себя, я почувствовала отвращение. Что со мной сделали? Во что меня превратили? — Я ненавижу тебя, Смеющийся Джек! — в сердцах воскликнула я, и тут же из моих глаз потекли первые слёзы. Какое неприятное ощущение, когда твоя злость и ненависть заканчивается слезами. Он меня мучает голодом, делает больно и заставил одеться в этот… Идиотский клоунский костюм! Он такой яркий, и никак не подходит мне под моё настроение. Он никак не подходит мне в этой жизни. Мои серые глаза жмурятся, не в силах смотреть на себя в отражении в зеркале. Я не я.
«Не грусти, Клоун.» — Пронёсся в моей голове знакомый детский голосок, и я до боли прикусываю нижнюю губу. Кен, ты наивный мальчик. Я грустный… Чёртов грустный клоун! Чему мне веселиться? Чему?! Ответьте, кто-нибудь…
— Я не клоун! — вырвалось из моих уст, и со злобой в глазах я вновь взглянула на саму себя в зеркало квадратной формы в ванной без рамки. Да, я не клоун. Меня заставили стать им против моего же желания. — Не клоун! — убеждала я саму себя и потянулась к клоунскому носу. Я схватилась за него и потянула против себя, но тут же почувствовала боль и, болезненно застонав, пошатнулась и умудрилась упасть на пол, больно ударившись пятой точкой. — Что такое?… — я вновь дёрнула нос конусной формы, но каждое подобное действие давалось не самыми приятными ощущениями.
Поднявшись с пола, я поспешила в спальную комнату. Там я подошла к туалетному столику, выдвинула ящичек и взяла руки ножницы. Преподнеся лезвия к своему правому виску, я зацепила белую верёвочку ножницами и разрезала. Громкий «чик» раздался у меня в ушах, а нитка, которая удерживала клоунский нос, упала чуть ниже ключиц. Но от носа я так и не смогла избавиться, от этого моя паника только возрастала.
— Да снимись ты! — сколько бы я не пробовала, столько бы я не боролась с этим «элементом» одежды, я не смогла от него избавиться. Что не так? Такое чувство, что мой нос и этот конус склеили с помощью«Супер-клея».
Прибежав обратно в ванну, но уже в руках держа какую-то найденную мной ткань, я намочила его под краном и принялась тереть своё лицо, пытаясь смыть всю краску с него. Но вновь никакого эффекта, разве что только натёрла щёки до покраснения.
— Да как так? — откинув ткань куда-то в сторону, я вцепилась пальцами в своё лицо. Мысль о голоде ушла на второй план, и теперь меня волновал не он, а моё состояние. Я схожу с ума от этого костюма, от этого уродливого лица! Я царапала саму себя, пытаясь избавиться от этого грима, но ничего не выходило. Я не знала, куда себя деть. Моё лицо… Верните моё нормальное человеческое лицо. Не хочу видеть в себе клоуна. Я не могу быть счастливой, я не могу никого веселить. Какой из меня клоун? Джек и то веселиться, убивая кого-то или наблюдая за чьими-нибудь страданиями. А что я могу? Я паникую от голода, от того, что происходит с моим лицом! Слёзы потекли из глаз от безысходности. Я почти бегом направилась в свою комнату и упала на кровать животом вниз. Ткнуться носом в подушку я не могла, и от этой безвыходности я повернула голову вбок. Я устала. Меня замучили, а я ещё на школу жаловалась! А ведь это были только цветочки.
Как только я более-менее успокоилась, я устало открыла свои глаза и взглянула на сундук, который я так и не спрятала под кровать, и он спокойно стоял, плотно прижавшись к стене.
Приблизив свою руку к губам, я вцепилась в неё собственными зубами и тут же отпрянула. Было очень больно от такого неожиданного укуса с моей же стороны, хотя я даже не прикусила её до крови, разве что отпечатки зубов остались.
— Что со мной? — я схватилась за свою голову и сжала свои волосы. Вчера я точно так же поступила, и сейчас это вновь произошло; неужели мне хочется съесть саму себя? Бред. Не хочу делать себе больно, но блин! Мне так хочется вцепиться за что-нибудь или во что-нибудь зубами.
Подскочив с кровати и на ватных ногах зайдя в ванную комнату, я подошла к ванне. Включив кран и подставив руки под него в форме «лодочки», я набрала необходимое количество жидкости в ладоши и всполоснула себе лицо, а также убрала мокрые пряди волос за ухо, которые назойливо лезли мне на лицо. Прерывистый вздох с моей стороны послышался по всей комнате, а руки облокотились об бортик ванной. Легче от воды не стало, живот предательски громко заурчал, слово это был синий кит в океане.
— Я… — всё моё тело задрожало, как это обычно бывает от нервов. Я очень хочу есть. От конфет меня уже тошнит. Мой рот то открывался и вдыхал как можно больше воздуха в лёгких, то закрывался. Я нервно сглотнула слюну и взглянула на своё отражение в немного разбитое зеркало. Смотря на себя, я почувствовала отвращение. Что со мной сделали? Во что меня превратили? — Я ненавижу тебя, Смеющийся Джек! — в сердцах воскликнула я, и тут же из моих глаз потекли первые слёзы. Какое неприятное ощущение, когда твоя злость и ненависть заканчивается слезами. Он меня мучает голодом, делает больно и заставил одеться в этот… Идиотский клоунский костюм! Он такой яркий, и никак не подходит мне под моё настроение. Он никак не подходит мне в этой жизни. Мои серые глаза жмурятся, не в силах смотреть на себя в отражении в зеркале. Я не я.
«Не грусти, Клоун.» — Пронёсся в моей голове знакомый детский голосок, и я до боли прикусываю нижнюю губу. Кен, ты наивный мальчик. Я грустный… Чёртов грустный клоун! Чему мне веселиться? Чему?! Ответьте, кто-нибудь…
— Я не клоун! — вырвалось из моих уст, и со злобой в глазах я вновь взглянула на саму себя в зеркало квадратной формы в ванной без рамки. Да, я не клоун. Меня заставили стать им против моего же желания. — Не клоун! — убеждала я саму себя и потянулась к клоунскому носу. Я схватилась за него и потянула против себя, но тут же почувствовала боль и, болезненно застонав, пошатнулась и умудрилась упасть на пол, больно ударившись пятой точкой. — Что такое?… — я вновь дёрнула нос конусной формы, но каждое подобное действие давалось не самыми приятными ощущениями.
Поднявшись с пола, я поспешила в спальную комнату. Там я подошла к туалетному столику, выдвинула ящичек и взяла руки ножницы. Преподнеся лезвия к своему правому виску, я зацепила белую верёвочку ножницами и разрезала. Громкий «чик» раздался у меня в ушах, а нитка, которая удерживала клоунский нос, упала чуть ниже ключиц. Но от носа я так и не смогла избавиться, от этого моя паника только возрастала.
— Да снимись ты! — сколько бы я не пробовала, столько бы я не боролась с этим «элементом» одежды, я не смогла от него избавиться. Что не так? Такое чувство, что мой нос и этот конус склеили с помощью«Супер-клея».
Прибежав обратно в ванну, но уже в руках держа какую-то найденную мной ткань, я намочила его под краном и принялась тереть своё лицо, пытаясь смыть всю краску с него. Но вновь никакого эффекта, разве что только натёрла щёки до покраснения.
— Да как так? — откинув ткань куда-то в сторону, я вцепилась пальцами в своё лицо. Мысль о голоде ушла на второй план, и теперь меня волновал не он, а моё состояние. Я схожу с ума от этого костюма, от этого уродливого лица! Я царапала саму себя, пытаясь избавиться от этого грима, но ничего не выходило. Я не знала, куда себя деть. Моё лицо… Верните моё нормальное человеческое лицо. Не хочу видеть в себе клоуна. Я не могу быть счастливой, я не могу никого веселить. Какой из меня клоун? Джек и то веселиться, убивая кого-то или наблюдая за чьими-нибудь страданиями. А что я могу? Я паникую от голода, от того, что происходит с моим лицом! Слёзы потекли из глаз от безысходности. Я почти бегом направилась в свою комнату и упала на кровать животом вниз. Ткнуться носом в подушку я не могла, и от этой безвыходности я повернула голову вбок. Я устала. Меня замучили, а я ещё на школу жаловалась! А ведь это были только цветочки.
Как только я более-менее успокоилась, я устало открыла свои глаза и взглянула на сундук, который я так и не спрятала под кровать, и он спокойно стоял, плотно прижавшись к стене.
Страница 36 из 100
