В известном городе Нью-Йорк объявился маньяк. Он похищает детей и подростков, многих которых судьба остаётся неизвестна. Подросток восемнадцати лет, которой нравится тихая жизнь в её окружении, сама чуть-ли не стала жертвой таинственного маньяка. Теперь ей предстоит чувствовать страх от одной мысли, что он от неё не отстанет просто так.
Добавить в моё избранное
378 мин, 36 сек 8818
Он был маленьким. Страшные истории, убийцы и жертвы плохо влияют на детскую психику. От этого на них нападает бессонница, пробивает дрожь, и они начинают плакать от ужаса. От его восклицания Рон зажал ребёнку рот, чтобы тот не издавал лишнего шума.
— Идиот! Я тебе язык оторву! — прошипел Джерри, собираясь подойти к мальчишке, у которого из глаз потекли слёзы.
— Не реви! — приказал Рон, снимая с Джека очки, и кинул на пол куда-то в сторону. — Мы же сказали тебе вести себя тихо! Сам себе могилу нарыл. — Собеседник грубо сжал большим и указательным пальцем щёки ребёнка. — Веришь в Санту-Клауса? — усмехается. — Так знай, что его нет. — Прошипел сквозь плотно стиснутые зубы подросток, сдерживая свою ярость. — Нет никакого Санты, его грязных эльфов и летающих оленей. — По щекам мальчика покатились слёзы, а в груди предательски заболело от любви к этой детской вере. — Никого нет. Будь реали… Ммм! — договорить подростку не дали. Чья-то широкая и тёмная ладонь закрыла ему рот, а вторая рука крепко сжала плечо подростка и оттащила парня от «жертвы».
— Я есть. — Довольно заявил мужской насмешливый голос, который, словно по волшебству, появился из темноты. — Я услышал своё имя и пришёл. Правда, — протянул брюнет, заметно нахмурившись в лице. — Это не та обстановка, которую я желал видеть. Хах! — тёмные губы расплылись в улыбке. — Сегодня такой чудесный праздник. — Выделив слово «чудесный», Смеющийся Джек внимательно осмотрел двух парнишек, которые стояли перед ним и напряглись всем телом, словно чего-то ожидая. А схваченный Рон судорожно дышал и боялся сделать одно лишнее движение, метясь взглядом по всей комнате, пытаясь найти хоть чью-то помощь. — Я в этот день добрый. Так что я тебя сейчас отпускаю, — с этими словами он обращался к своему пленнику. — И вы все вместе идёте в постельки. Что скажите? — никто ничего не ответил, отчего мужчина усмехнулся и отпустил подростка. Как говорится: «Молчание — знак согласия».
Рон, почувствовав свободу, быстрым шагом, чуть ли не бегом, поднялся вверх по лестнице в спальную комнату, а вслед за ним его «напарник».
— А ты чего здесь стоишь? — серые глаза прищурились, оглядывая оставшегося ребёнка, который стоял на коленях и руками шарил по полу, что-то ища. Глаза ребёнка тоже были заметно прищурены. Из-за плохого зрения он пытался рассмотреть неизвестного ему человека, который так распугал его обидчиков своими спокойными и, одновременно, насмешливыми словами. Всё, что видел мальчишка, это расплывчатый серый силуэт. Впрочем, все предметы были расплывчаты в этой комнате для его зрения.
— Я… я не могу найти свои очки. — Запинаясь, оправдался ребёнок и заметно растерялся. Джек лишь насмешливо хмыкнул и сам поднял большие очки, которые были откинуты достаточно далеко от владельца этой вещицы. — С… спасибо, — поблагодарил мальчик незнакомца, когда его рука протянула очки юному человечку. Стоило их надеть и вновь внимательно осмотреть незваного гостя, мальчик испуганно ойкнул и попятился на пару шагов назад. — Ты кто?
— Это не имеет значения. — Вздохнул брюнет и спрятал руки за спину. — Хотя… Зови меня просто Джеком. — Губы, обведённые тёмным цветом, расплылись в дружелюбной улыбке. — Санта просил передать, чтобы ты больше не поджидал его. — Глаза ребёнка радостно засияли, на что его собеседник усмехнулся. — Старику это не нравится.
— Хорошо, дядя. — Кивнул головой ребёнок и побежал в комнату, чтобы быстрее лечь в постель. Но, только поднявшись по лестнице и схватившись за перила, мальчишка улыбнулся. — Кстати, я тоже Джек. — Улыбка появилась на круглом личике, и ребёнок скрылся из виду.
Смеющийся Джек вновь усмехнулся и подошёл к камину, к которому прикрепили несколько носочков больших размеров. В руке клоуна появились горсть любого вида конфет, которые он высыпал в один из носков. На лице появился весёлый оскал. Да, в этот праздник у Джека выходной. Сегодня Рождество. Или, как говориться, Рождество Христова. Незачем совершать какие-нибудь «нехорошие» дела в подобные праздники. С высшими силами лучше лишний раз не играть. Не имеет значения, есть кто-то на небесах, или нет. В последние сто лет брюнет почему-то стал верить. Не так, как делают это монахи. Он просто верит, и этого достаточно, не задаваясь вопросами о грехах.
Монохромный клоун вышел на улицу, сняв с себя какое-то напряжение в теле, и вдохнул прохладный зимний воздух. Где-то внутри было ощущение этого праздника. В воздухе витал запах зелёной хвои и мандарин. Во многих окнах горел свет в ожидании полночи. На улице шёл снег, который поблескивал от лучей уличных фонарей. Да что там, новогодние уличные гирлянды тоже светились во всю прыть!
«Каждый, — маньяк создал парочку конфет в своей руке. — Кто съест эти конфеты, — развернув обёртку, черноволосый преподнёс её к своим губам. — Будет встречен мной. Завтра много работы.» — Откусив и тщательно прожевав сладость, Джек горько усмехнулся и тряхнул головой, отгоняя какие-то навязчивые мысли.
— Идиот! Я тебе язык оторву! — прошипел Джерри, собираясь подойти к мальчишке, у которого из глаз потекли слёзы.
— Не реви! — приказал Рон, снимая с Джека очки, и кинул на пол куда-то в сторону. — Мы же сказали тебе вести себя тихо! Сам себе могилу нарыл. — Собеседник грубо сжал большим и указательным пальцем щёки ребёнка. — Веришь в Санту-Клауса? — усмехается. — Так знай, что его нет. — Прошипел сквозь плотно стиснутые зубы подросток, сдерживая свою ярость. — Нет никакого Санты, его грязных эльфов и летающих оленей. — По щекам мальчика покатились слёзы, а в груди предательски заболело от любви к этой детской вере. — Никого нет. Будь реали… Ммм! — договорить подростку не дали. Чья-то широкая и тёмная ладонь закрыла ему рот, а вторая рука крепко сжала плечо подростка и оттащила парня от «жертвы».
— Я есть. — Довольно заявил мужской насмешливый голос, который, словно по волшебству, появился из темноты. — Я услышал своё имя и пришёл. Правда, — протянул брюнет, заметно нахмурившись в лице. — Это не та обстановка, которую я желал видеть. Хах! — тёмные губы расплылись в улыбке. — Сегодня такой чудесный праздник. — Выделив слово «чудесный», Смеющийся Джек внимательно осмотрел двух парнишек, которые стояли перед ним и напряглись всем телом, словно чего-то ожидая. А схваченный Рон судорожно дышал и боялся сделать одно лишнее движение, метясь взглядом по всей комнате, пытаясь найти хоть чью-то помощь. — Я в этот день добрый. Так что я тебя сейчас отпускаю, — с этими словами он обращался к своему пленнику. — И вы все вместе идёте в постельки. Что скажите? — никто ничего не ответил, отчего мужчина усмехнулся и отпустил подростка. Как говорится: «Молчание — знак согласия».
Рон, почувствовав свободу, быстрым шагом, чуть ли не бегом, поднялся вверх по лестнице в спальную комнату, а вслед за ним его «напарник».
— А ты чего здесь стоишь? — серые глаза прищурились, оглядывая оставшегося ребёнка, который стоял на коленях и руками шарил по полу, что-то ища. Глаза ребёнка тоже были заметно прищурены. Из-за плохого зрения он пытался рассмотреть неизвестного ему человека, который так распугал его обидчиков своими спокойными и, одновременно, насмешливыми словами. Всё, что видел мальчишка, это расплывчатый серый силуэт. Впрочем, все предметы были расплывчаты в этой комнате для его зрения.
— Я… я не могу найти свои очки. — Запинаясь, оправдался ребёнок и заметно растерялся. Джек лишь насмешливо хмыкнул и сам поднял большие очки, которые были откинуты достаточно далеко от владельца этой вещицы. — С… спасибо, — поблагодарил мальчик незнакомца, когда его рука протянула очки юному человечку. Стоило их надеть и вновь внимательно осмотреть незваного гостя, мальчик испуганно ойкнул и попятился на пару шагов назад. — Ты кто?
— Это не имеет значения. — Вздохнул брюнет и спрятал руки за спину. — Хотя… Зови меня просто Джеком. — Губы, обведённые тёмным цветом, расплылись в дружелюбной улыбке. — Санта просил передать, чтобы ты больше не поджидал его. — Глаза ребёнка радостно засияли, на что его собеседник усмехнулся. — Старику это не нравится.
— Хорошо, дядя. — Кивнул головой ребёнок и побежал в комнату, чтобы быстрее лечь в постель. Но, только поднявшись по лестнице и схватившись за перила, мальчишка улыбнулся. — Кстати, я тоже Джек. — Улыбка появилась на круглом личике, и ребёнок скрылся из виду.
Смеющийся Джек вновь усмехнулся и подошёл к камину, к которому прикрепили несколько носочков больших размеров. В руке клоуна появились горсть любого вида конфет, которые он высыпал в один из носков. На лице появился весёлый оскал. Да, в этот праздник у Джека выходной. Сегодня Рождество. Или, как говориться, Рождество Христова. Незачем совершать какие-нибудь «нехорошие» дела в подобные праздники. С высшими силами лучше лишний раз не играть. Не имеет значения, есть кто-то на небесах, или нет. В последние сто лет брюнет почему-то стал верить. Не так, как делают это монахи. Он просто верит, и этого достаточно, не задаваясь вопросами о грехах.
Монохромный клоун вышел на улицу, сняв с себя какое-то напряжение в теле, и вдохнул прохладный зимний воздух. Где-то внутри было ощущение этого праздника. В воздухе витал запах зелёной хвои и мандарин. Во многих окнах горел свет в ожидании полночи. На улице шёл снег, который поблескивал от лучей уличных фонарей. Да что там, новогодние уличные гирлянды тоже светились во всю прыть!
«Каждый, — маньяк создал парочку конфет в своей руке. — Кто съест эти конфеты, — развернув обёртку, черноволосый преподнёс её к своим губам. — Будет встречен мной. Завтра много работы.» — Откусив и тщательно прожевав сладость, Джек горько усмехнулся и тряхнул головой, отгоняя какие-то навязчивые мысли.
Страница 50 из 100
