В известном городе Нью-Йорк объявился маньяк. Он похищает детей и подростков, многих которых судьба остаётся неизвестна. Подросток восемнадцати лет, которой нравится тихая жизнь в её окружении, сама чуть-ли не стала жертвой таинственного маньяка. Теперь ей предстоит чувствовать страх от одной мысли, что он от неё не отстанет просто так.
Добавить в моё избранное
378 мин, 36 сек 8845
Вторая же ладонь медленно скользнула по бокам, плавно ложась на талию…
«Стоп!» — вновь я попятилась назад, резко мотнув головой в бок, отчего она слегка закружилась.
Я так смотрю на него и только на него…
Сталкиваюсь с преградой в виде старой холодной стены, я останавливаю свои шаги. Его светло-серые глаза такие красивые. Хочу снова в них взглянуть и наслаждаться этим манящим взглядом, словно я наблюдаю за звёздным тёмно-синим небом, где маленькие светлые точки подмигивают мне.
«Джей, хватит!» — кричу самой себе, облокотившись спиной о стену и слегка согнув ноги в коленях.
Губы коснулись макушки мучителя и задержались на ней…
«Стоп, остановись!» — мне было стыдно и плохо. В животе, казалось, запорхали бабочки; стало жарко и душно. Воздуха не хватало в лёгких, отчего пришлось дышать через рот. Слишком быстро я вдыхала воздух и также быстро выдыхала, словно только что пробежала целый марафон.
Смеющийся-Джек-Из-Коробки первым коснулся мягких розоватых губ своими тёмными, сразу углубляя поцелуй…
«О Боже, — к глазам подбежали слёзы, и я полностью осела на грязный пол, немного вытянув ноги перед собой. Моя ладонь закрыла мне рот, чтобы сдержать всхлипы, которые так и просились наружу, а дрожь в теле так и не собиралась спадать. — Как ты могла, Джей? — спрашивала меня совесть, и передо мной мысленно предстала картина, как она недовольно покачивает головой. — Как ты могла влюбиться в маньяка? Он же убьёт тебя! Или изнасилует. А ты ему так доверилась? — о нет, нет… — Ты не могла влюбиться в убийцу! — Господи, оставь меня. — Ты что, с ума сошла?»
— Да, да, да! — вырвалось из моих губ, и я склонилась в бок, верхней частью туловища ложась на пол. Да! — я посмела отдать свой первый поцелуй Джеку. Да! — я ему доверилась, хоть и боюсь умереть. И да! — я влюбилась в маньяка! Влю-би-лась! Может, он доставляет мне боль. Может, он мне угрожает. Может, он лишил жизни тысячи детей и взрослых. Может, все эти отрицательные навыки — чистая правда и факты.
Но! он мне нравится: его внешность, его голос. А главное, его поступки по отношению ко мне. Он спасал мне столько раз жизнь даже тогда, когда я его никогда не знала. Он был тем «дяденькой», который спас меня от маньяка на заброшенной ферме где-то глубоко в лесу. Он был моим обидчиком, который спас меня от ревнивой Смеющийся Джилл. Он спас меня от Джейсона, даже несмотря на предательство.
В те моменты, когда он меня «наказывал», мои чувства к клоуну потухали. Появлялась обида, презрение. Последнее относилось и к нему, и ко мне. Но потом они вновь появлялись, когда я вижу этого монохромного маньяка, то мне начинает казаться, что он и есть та спасительная ниточка, которая может вытащить меня из неприятностей. Хочется даже улыбаться. На его улыбку невозможно не ответить!
«Надо проветриться,» — успокоившись, я поднялась с горизонтальной поверхности и вышла из ванны в коридор.
Проходя мимо гостиной, мой взгляд наткнулся на Смеющегося Джека. Последний, полностью вытянувшись на стареньком диване и спрятав одну руку под затылок, без какого-либо интереса покручивал в руках чей-то череп, которых было полно на одной полке, прибитой к стене.
«Джек»… — моё лицо залилось краской из-за смущения, и я уже собиралась уходить на улицу, как меня остановил его мужской голос:
— Куда собралась, маленькая проказница? — кинув черепушку в сторону, отчего вещь ударилась об стену и сломала себе нижнюю челюсть, брюнет перевернулся со спины на живот и выжидающе прожигал меня взглядом своих серых глаз, дожидаясь ответа. Он был спокоен; на его лице не играла насмешливая улыбка, заинтересованность или зловещий оскал. Он просто лежал на диване, подперев одну руку под подбородком, и смотрел на меня.
— Мне жарко. Хочу немного погулять. — Ответила я сразу, также не отрывая свой взгляд от собеседника и дожидаясь его положительного ответа.
Уголки губ Смеющегося Джека приподнялись вверх, а сам мужчина издал короткий смешок.
— Ну-ну, — больше ничего не сказав, монохромный клоун вновь повернулся на спину и, не убирая улыбку со своего лица, положил одну руку поверх своих глаз, словно закрываясь от света. А я, решив, что это было разрешение, вышла за территорию дома.
На открытой местности небо было слегка сероватым. Кое-где вдалеке был голубой отблеск. Может, это просто темнеет? За временем в этом месте никогда не уследишь. Разве что по солнцу можно кое-как ориентироваться: если оно встаёт, значит, рассвет; если небо больше не светлеет, значит, уже близится вечер.
Парк аттракционов был пустым и безлюдным. Меня встречают только большие чёрные птицы и серые грызуны, ищущие себе хоть какое-то пропитание. А что им остаётся есть, кроме гнилых остатков трупов людей и своих собратьев? Знаете, в последнее время такая картина больше не заставляет меня ощущать брезгливость.
«Стоп!» — вновь я попятилась назад, резко мотнув головой в бок, отчего она слегка закружилась.
Я так смотрю на него и только на него…
Сталкиваюсь с преградой в виде старой холодной стены, я останавливаю свои шаги. Его светло-серые глаза такие красивые. Хочу снова в них взглянуть и наслаждаться этим манящим взглядом, словно я наблюдаю за звёздным тёмно-синим небом, где маленькие светлые точки подмигивают мне.
«Джей, хватит!» — кричу самой себе, облокотившись спиной о стену и слегка согнув ноги в коленях.
Губы коснулись макушки мучителя и задержались на ней…
«Стоп, остановись!» — мне было стыдно и плохо. В животе, казалось, запорхали бабочки; стало жарко и душно. Воздуха не хватало в лёгких, отчего пришлось дышать через рот. Слишком быстро я вдыхала воздух и также быстро выдыхала, словно только что пробежала целый марафон.
Смеющийся-Джек-Из-Коробки первым коснулся мягких розоватых губ своими тёмными, сразу углубляя поцелуй…
«О Боже, — к глазам подбежали слёзы, и я полностью осела на грязный пол, немного вытянув ноги перед собой. Моя ладонь закрыла мне рот, чтобы сдержать всхлипы, которые так и просились наружу, а дрожь в теле так и не собиралась спадать. — Как ты могла, Джей? — спрашивала меня совесть, и передо мной мысленно предстала картина, как она недовольно покачивает головой. — Как ты могла влюбиться в маньяка? Он же убьёт тебя! Или изнасилует. А ты ему так доверилась? — о нет, нет… — Ты не могла влюбиться в убийцу! — Господи, оставь меня. — Ты что, с ума сошла?»
— Да, да, да! — вырвалось из моих губ, и я склонилась в бок, верхней частью туловища ложась на пол. Да! — я посмела отдать свой первый поцелуй Джеку. Да! — я ему доверилась, хоть и боюсь умереть. И да! — я влюбилась в маньяка! Влю-би-лась! Может, он доставляет мне боль. Может, он мне угрожает. Может, он лишил жизни тысячи детей и взрослых. Может, все эти отрицательные навыки — чистая правда и факты.
Но! он мне нравится: его внешность, его голос. А главное, его поступки по отношению ко мне. Он спасал мне столько раз жизнь даже тогда, когда я его никогда не знала. Он был тем «дяденькой», который спас меня от маньяка на заброшенной ферме где-то глубоко в лесу. Он был моим обидчиком, который спас меня от ревнивой Смеющийся Джилл. Он спас меня от Джейсона, даже несмотря на предательство.
В те моменты, когда он меня «наказывал», мои чувства к клоуну потухали. Появлялась обида, презрение. Последнее относилось и к нему, и ко мне. Но потом они вновь появлялись, когда я вижу этого монохромного маньяка, то мне начинает казаться, что он и есть та спасительная ниточка, которая может вытащить меня из неприятностей. Хочется даже улыбаться. На его улыбку невозможно не ответить!
«Надо проветриться,» — успокоившись, я поднялась с горизонтальной поверхности и вышла из ванны в коридор.
Проходя мимо гостиной, мой взгляд наткнулся на Смеющегося Джека. Последний, полностью вытянувшись на стареньком диване и спрятав одну руку под затылок, без какого-либо интереса покручивал в руках чей-то череп, которых было полно на одной полке, прибитой к стене.
«Джек»… — моё лицо залилось краской из-за смущения, и я уже собиралась уходить на улицу, как меня остановил его мужской голос:
— Куда собралась, маленькая проказница? — кинув черепушку в сторону, отчего вещь ударилась об стену и сломала себе нижнюю челюсть, брюнет перевернулся со спины на живот и выжидающе прожигал меня взглядом своих серых глаз, дожидаясь ответа. Он был спокоен; на его лице не играла насмешливая улыбка, заинтересованность или зловещий оскал. Он просто лежал на диване, подперев одну руку под подбородком, и смотрел на меня.
— Мне жарко. Хочу немного погулять. — Ответила я сразу, также не отрывая свой взгляд от собеседника и дожидаясь его положительного ответа.
Уголки губ Смеющегося Джека приподнялись вверх, а сам мужчина издал короткий смешок.
— Ну-ну, — больше ничего не сказав, монохромный клоун вновь повернулся на спину и, не убирая улыбку со своего лица, положил одну руку поверх своих глаз, словно закрываясь от света. А я, решив, что это было разрешение, вышла за территорию дома.
На открытой местности небо было слегка сероватым. Кое-где вдалеке был голубой отблеск. Может, это просто темнеет? За временем в этом месте никогда не уследишь. Разве что по солнцу можно кое-как ориентироваться: если оно встаёт, значит, рассвет; если небо больше не светлеет, значит, уже близится вечер.
Парк аттракционов был пустым и безлюдным. Меня встречают только большие чёрные птицы и серые грызуны, ищущие себе хоть какое-то пропитание. А что им остаётся есть, кроме гнилых остатков трупов людей и своих собратьев? Знаете, в последнее время такая картина больше не заставляет меня ощущать брезгливость.
Страница 77 из 100
