Conversations — Разговоры

— Эй, халтурщик! — завопил Джордж, как только Рон заявился в их общий офис. — Что ты мне сказал? «Я только сообщу Гермионе о контракте на порт-наручники, это быстро». Прошло три часа! — в подтверждение факта Джордж сердито указал на настенные часы.

Однако его попытка вывести братца из себя благополучно провалилась. Усмешка на лице Рона сработала лучше защитного заклинания и оттолкнула от себя поток недовольства. Джордж не сдавался.

— Кажется, ты мой бизнес-партнёр. Ты должен подавать пример остальным сотрудникам. Ты должен быть деловым и серьёзным! — возмутился он. — К нам только что приходила внеплановая проверка из Министерства, а тебя не было на месте! Отдел по защите прав магических существ хотел убедиться, что наши эльфы довольны жизнью, а где в это время был ты?

Рон лишь молча пожал плечами и просиял.

— Ты был со своей женой — с той самой женщиной, которая придумывает законы и насылает внеплановые проверки на честных работяг вроде нас. Чёрт возьми, мне интересно знать, чем вы с Гермионой занимались целых три часа? — воскликнул Джордж.

Ухмылка на лице Рона стала ещё шире, в глазах появился загадочный блеск, и Джордж пошёл на попятную.

— Подожди, я передумал. Мне не интересно знать, чем вы занимались три часа! Ничего не говори.

Но Рон не сдержался:

— Мы ходили в Мунго, — сообщил он, — кстати, я на сегодня беру выходной.

— В Мунго? Зачем? Что случилось? Ты заболел? Гермиона заболела? Если вы были в больнице, почему ты сияешь, как… — мозг Джорджа прервал сумбурный поток речи, когда в нём промелькнула мысль, объясняющая все факты, включая идиотскую улыбку Рона: — … Как будущий отец? — тихо закончил Джордж.

— Мы беременные, — заявил Рон, подтверждая как внезапную догадку, так и давнюю убежденность Джорджа в том, что его брат — сентиментальный придурок.

— Оба? — с сарказмом переспросил Джордж. — Ты хочешь, сказать, что забеременел от Гермионы?

— Не дури, Джордж, — сказал Рон, — это биологически неосуществимо!

— Биологически неосуществимо? Мерлин! Брак плохо на тебе сказывается, Рон! Ты начинаешь говорить, как она!

Отодвинув стул, Джордж встал, обогнул рабочий стол, глянул на младшего брата, который был худее, но выше ростом, и заключил его в медвежьи объятия. Когда Джордж наконец отпустил Рона, тот уже начал задыхаться.

— Надо же, как ни странно, ты оказался не таким уж и бесполезным, — сказал Джордж, посмеиваясь над тем, как Рон с шумом наполняет лёгкие. — Поздравляю, Рон. Давно пора! Ты опять последний — если, конечно, мама вдруг не придумает, как заставить Чарли размножаться. Естественно, сначала ей придётся найти для него девушку. Ты собираешься сказать родителям?

— Сначала мы сообщим родителям Гермионы, а потом пойдём в Нору, — ответил Рон. — Гермиона хочет, чтобы её мать с отцом узнали первыми. В конце концов, у Джона и Джин это будет первый внук, так что это справедливо.

Джордж с сомнением посмотрел на Рона, и тот стал оправдываться:

— Надеюсь, мама не расстроится из-за того, что узнает не первой. Ну, то есть… у них с отцом шестеро внуков. А когда родится маленький Валентин, внуков будет семеро, потому что у Одри уже второй триместр беременности. Вот мы и подумали…

— Второй триместр беременности, — тонким голоском повторил Джордж, пародируя Гермиону. — Рон, твоя жена плохо на тебя влияет. Знаешь, что на самом деле с Одри? Она на сносях, она брюхатая или, как сказала бы мама, у неё в печке пирожок. И с твоей женой то же самое! Триместр! — Джордж с презрительным недоумением покачал головой и удивлённо изогнул одну бровь. — Ты это серьёзно насчёт Валентина? Уверен, что будет мальчик? Валентин? Валентин Уизли? Гермиона ни за что не согласится, — добавил он, продолжая неодобрительно качать головой.

— Если родится девочка, мы назовём её Роуз, — ответил Рон. — Но Гермиона не хочет выяснять заранее.

Джордж подошёл к резному бару, стоявшему за блестящим, полированным дубовым столом для переговоров. Достав стеклянный графин с огневиски и два стакана, он поставил их на стол и щедро налил себе и Рону.

— Ну, поздравляю, — Джордж передал Рону его стакан и поднял свой, — за Валентина или Роуз Уизли, — он чокнулся с Роном. — Пусть он… она… они будут умными, как твоя жена, хитрыми, как ты, и рыжими, как мы.

— Спасибо, Джордж. За нашего ребенка, зачатого в день святого Валентина! — сказал Рон, поднимая свой стакан.

— Рон, надеюсь, ты в курсе, что дети умеют только есть, отрыгивать, плакать и пачкать подгузники? — спросил Джордж, и его глаза сверкнули. — Кстати, тебе наверняка понадобится много практики в вытирании грязных поп и смене вонючих подгузников. Если хочешь, я на пару недель одолжу тебе Фреда.

— Уверен, что Анджелина сказала бы в этом месте пару ласковых, — ответил Рон.

— Да, например: «Передай Рону, пусть насовсем забирает этого маленького монстра», — Джордж довольно ухмыльнулся.