Гениальная импровизация

Из-под стола был виден низ мантии с серебристой оторочкой, которую не так давно приобрел себе Снейп, и которая стала поводом для пересудов. Девочки терялись в догадках, почему он больше не носит старую черную мантию, делавшую его похожим на священника, но потом пришли к выводу, что непрошибаемый профессор наконец-то влюбился. А вот раскрыть секрет, кто же стал объектом его симпатии, пока так и не удалось.

Но Гарри было совсем неинтересно, в кого влюбился профессор, его сейчас волновало другое: что делает Снейп в Малфой-мэноре?

— Какой неожиданный визит, — проговорила Белла.

Фенрир скосил на нее глаза и плотоядно ухмыльнулся. Давление с его ноги тут же исчезло.

— Коллопортус! — крикнул пришедший в себя Лорд в сторону дверей, а потом еще произнес пару заклинаний, не позволяющих аппарировать и использовать порталы — он запер присутствующих в большой гостиной. — Северус, ты как раз вовремя. У нас тут кое-что весьма интересное.

Гарри опешил: Волдеморт назвал Снейпа по имени! Неужели Снейп перешел на сторону Волдеморта? Это было совершенно неожиданно и очень печально, ведь декану Слизерина доверял директор Школы — Дамблдор.

— Что-то случилось? — холодно произнес проницательный Снейп — мрачный, как безлунная ночь на старом кладбище.

Лорд промокнул свои узкие губы, положил салфетку рядом с десертной тарелкой и встал, отодвинув тяжелый стул. Он подошел к Драко и замер за его спиной, чувствуя волны страха и ненависти, исходящие от него.

— Случилось, — Лорд положил руку на плечо Драко и тот вздрогнул. — В мэнор проник… гость. Не могу сказать, что незваный, потому что он прибыл с разрешения хозяина.

— Полагаю, его имя известно? — спросил Снейп.

— О, да. Это знаменитый мальчик — Гарри Поттер, — поведал Волдеморт.

Беллатрикс, Фенрир и Питер возмущенно переглянулись — каким неслыханным нахальством со стороны глупого мальчишки из пророчества явилось посещение Малфой-мэнора! И как мог Драко позволить ему сюда прийти?

На лице Снейпа ни один мускул не дрогнул. Профессор слыл хорошим окклюментом и ничем не выдал, что всего лишь десять минут назад он и еще несколько преподавателей по всему замку Хогвартс искали пропавших Гарри Поттера и Драко Малфоя. Это друзья Гарри подняли тревогу, когда он вдруг внезапно исчез.

— Он находится прямо здесь? — спросил на всякий случай Снейп.

— Да. Только скрыт мантией невидимости, — задумчиво продолжил Лорд. — Он обманом хотел убедить меня в том, что я сделал большую ошибку, разделив душу на части. Гарри Поттер очень хочет, чтобы я соединил части своей души и стал смертным. Он надеется, что такое возможно. Тогда у него появилась бы возможность меня убить, чтобы отомстить за смерть родителей и предрешить исход противостояния, о котором сказано в пророчестве.

Гарри сидел под столом с открытым ртом — Волдеморт обо всем догадался! Глупо было даже надеяться обхитрить его. Гарри потихоньку пополз, чтобы убраться из-под стола — битва еще не проиграна.

Лорд убрал руку с плеча Драко и развернулся к Снейпу, разглядывая его новую мантию.

— Ты ведь лучше его знаешь, Северус. Этому самонадеянному мальчишке очень не терпится умереть, я прав?

Снейп молчал. Гарри был не просто самонадеянным, он был редкостным авантюристом, и зачастую жил так, будто скользил по лезвию бритвы. Да и Драко недалеко от него ушел, сам того не подозревая. Несмотря на сильно разнившее мальчиков воспитание, их как магнитом тянуло к приключениям и друг к другу, это профессор уже давно заметил.

Не дождавшись ответа, в котором не особо нуждался, Лорд отвернулся. Теперь никто из волшебников не мог выбраться из гостиной, все они были в его власти, включая Поттера. Какой хороший шанс все изменить, забыть наконец-то о пророчестве, которое как заноза засело в мозгу. Только вот что-то неуловимо изменилось, что-то стало не так после общения с Поттером на парселтанге. В бесчувственном сердце темного волшебника поселилась печаль, которая разрослась после того, как Лорд поник в мысли Драко. Она возникла от осознания невозможности испытать все то же самое, что испытывал Драко — любить, быть любимым.

Лорд снова подошел к зеркалу, еще более критично разглядывая себя. Нет, такого уродца никто не мог полюбить — отвратительная внешность, за которой скрывалась такая же безобразная душа, расколотая на части. Если была бы возможность повернуть время вспять, он хотя бы попробовал узнать, что такое любовь.

— Северус, а ты знаешь, что Малфой-младший и Гарри Поттер — любовники? — наконец-то спросил Лорд.

Снейпу было интересно, откуда Лорд об этом узнал. Бровь профессора чуть дрогнула, выдавая удивление.

— Да, мой Лорд, — ответил он.

— Мой племянник — гей? — начала что-то понимать Беллатрикс, изменившись в лице. — Он любит мужчин? Это невероятно!

— Поттер сделал минет Малфою-младшему прямо за ужином.