Фандом: Ориджиналы. Огонь и вода — сочетание не лучшее. Или пламя погаснет, или влага испарится… И даже если между стихиями стоят плоть, кровь и разум, обычно их взаимодействие не назовешь удачным. Но иногда противоположности сходятся в гармонии, а не борьбе. И порою этот союз оказывается удивительно прочным.
Добавить в моё избранное
162 мин, 14 сек 20878
— Ты это… Не отказывайся, а? Они от души все-таки, — смущенный Сэтх смотрелся странно. Очень. И отказаться от такого подарка у Райса язык не повернулся. Тем более что из сумки пахло, и вовсе не горелым, а очень даже аппетитно.
— Я помогу дотащить, — наг старательно отводил глаза в сторону.
— Демон с тобой, — был вынужден окончательно сдаться Райс. И вечером чувствовал себя очень странно, открывая дверь и пропуская нага со слегка похудевшей сумкой внутрь.
Кто бы ни собирал эту еду, он крайне предусмотрительно положил сверток с одуряюще пахнущим мясным пирогом сверху. Потому что даже у увлеченного работой саламандра в середине дня желудок не выдержал.
Сумка была пристроена у самого порога, наг аккуратно развернулся, чтобы не сшибить чего хвостом:
— Хорошего вечера.
— Поужинаешь со мной? — обреченно спросил Райс, вешая куртку на кривовато забитый в стену гвоздь. — Я все просто не осилю, пропадет.
— Так амулет же? — наг тормознул на пороге.
Еду он, конечно, собирал с запасом, но не так чтобы слишком… Наверное, переоценил аппетит саламандра, привыкнув ориентироваться на свой собственный. А Райс и впрямь должен есть меньше.
— Мне тут на неделю, а не на три дня!
Сэтх смущенно потер затылок. Точно, не рассчитал.
— Эм… Спасибо. Тогда за мной должок, — хвост потек через порог в обратном направлении.
Райс ушел куда-то с чайником, буркнув, что за водой, и у нага оказалось немного времени осмотреться.
Комната, нет, небольшой зал. Он не был жилым помещением — скорее уж, мастерской, уставленной каким-то хламом. У широкого окна, от которого ощутимо дуло в открытую дверь, стоял рабочий стол с горелкой, заваленный стеклянными недоделками, инструментами и материалами. Над ним раскорячил темное нутро короб вентиляции, тихо гудевший от ветра.
Остальное как-то не воспринималось столь цельно. Прутья разноцветного стекла, небрежно запихнутые в ячейки высокого, до самого потолка вытянувшегося шкафа. Потрепанный, затоптанный до черноты табурет перед ним, опасно кренившийся на одну ножку. Листы стекла, мутные и полупрозрачные, выстроившиеся у стены и на открытых полках. Шлифовальный станок, который наг все-таки опознал, другие станки, которые он опознать не смог. Глыба печи, от которой шел ощутимый жар и где тихо пощелкивал таймер. И в довершение всего — старая полуразваливающаяся кровать, небрежно стянутая проволокой и задвинутая в самый дальний угол, где не так дуло.
— Стул у меня один, да тебе вроде и не нужно, — буркнул вернувшийся Райс, похоже, чувствовавший себя не в своей тарелке. Закрыв дверь, хлопнув ею чуть сильнее нужного, он поставил чайник на единственный более-менее свободный столик с растрескавшейся столешницей, щелкнул выключателем, оставив воду нагреваться, и полез за посудой, мирно соседствовавшей с очередными залежами стекла.
— Хорошее логово, — будто бы невпопад отозвался Сэтх. — Твое.
Что еще сказать, он просто не знал. Одно было кристально ясно: это именно что логово, а не дом. Не бывает дом таким… Неухоженным. И не ходят по нему в уличной обуви. Тут дело даже не в аккуратности или чем-то подобном — скорее, в ощущениях. Райс сейчас ощущался недовольной ящеркой, злобно шипящей из-под камня на любого, кто рискнет подойти. Точно так же припалит любого, кто посмеет что-то сказать про его убежище. Пусть неказистое, но какое есть, к тому же дающее самое главное — свободу.
Только… Неправильно оно так. Будто и сам кусок стекла, которому все равно, где стоять — на специальной полочке или на полу.
И то, как Райс ел… С явным удовольствием, даже непритязательную, в общем-то, еду. Днем Сэтх не обратил на это внимания, но сейчас, когда ничего не отвлекало, видел. И самому кусок в горло не лез.
Такое ощущение, что он вообще не знает, как это — забота. Точнее, о младших-то он заботится, это точно… Но сам ее получать не привык. Достаточно вспомнить, как бережно Райс спрятал ту шоколадку от сестры. Если он старший из детей, оно даже объяснимо, но… Чтобы совсем уж на себя забить?
Неправильно это. Очень-очень неправильно.
И ведь не объяснишь и не покажешь — сразу оскалится до потрескивающих искр. Не поверит, что протянутая рука не сжать хочет, а бережно поднять на ладонь.
Уползал из мастерской Сэтх в смешанных чувствах, уверившись лишь в одном: что саламандру действительно нужна помощь. Ну хорошо, в двух: что он ему таки поможет, притушит злобный взгляд. Или нет, даже в трех: что беднягу надо подкармливать. Краем глаза замеченная упаковка от полуфабрикатов вполне объясняла, чего Райс так на домашнюю еду набросился.
Оставалось придумать, как это реализовать.
На ближайшие два-три дня саламандра продуктами обеспечен. Потом можно пригласить его к себе на ужин в качестве отплаты за «должок». Потом… Попробовать договориться с кем-нибудь на площадке об организации обедов на всех.
— Я помогу дотащить, — наг старательно отводил глаза в сторону.
— Демон с тобой, — был вынужден окончательно сдаться Райс. И вечером чувствовал себя очень странно, открывая дверь и пропуская нага со слегка похудевшей сумкой внутрь.
Кто бы ни собирал эту еду, он крайне предусмотрительно положил сверток с одуряюще пахнущим мясным пирогом сверху. Потому что даже у увлеченного работой саламандра в середине дня желудок не выдержал.
Сумка была пристроена у самого порога, наг аккуратно развернулся, чтобы не сшибить чего хвостом:
— Хорошего вечера.
— Поужинаешь со мной? — обреченно спросил Райс, вешая куртку на кривовато забитый в стену гвоздь. — Я все просто не осилю, пропадет.
— Так амулет же? — наг тормознул на пороге.
Еду он, конечно, собирал с запасом, но не так чтобы слишком… Наверное, переоценил аппетит саламандра, привыкнув ориентироваться на свой собственный. А Райс и впрямь должен есть меньше.
— Мне тут на неделю, а не на три дня!
Сэтх смущенно потер затылок. Точно, не рассчитал.
— Эм… Спасибо. Тогда за мной должок, — хвост потек через порог в обратном направлении.
Райс ушел куда-то с чайником, буркнув, что за водой, и у нага оказалось немного времени осмотреться.
Комната, нет, небольшой зал. Он не был жилым помещением — скорее уж, мастерской, уставленной каким-то хламом. У широкого окна, от которого ощутимо дуло в открытую дверь, стоял рабочий стол с горелкой, заваленный стеклянными недоделками, инструментами и материалами. Над ним раскорячил темное нутро короб вентиляции, тихо гудевший от ветра.
Остальное как-то не воспринималось столь цельно. Прутья разноцветного стекла, небрежно запихнутые в ячейки высокого, до самого потолка вытянувшегося шкафа. Потрепанный, затоптанный до черноты табурет перед ним, опасно кренившийся на одну ножку. Листы стекла, мутные и полупрозрачные, выстроившиеся у стены и на открытых полках. Шлифовальный станок, который наг все-таки опознал, другие станки, которые он опознать не смог. Глыба печи, от которой шел ощутимый жар и где тихо пощелкивал таймер. И в довершение всего — старая полуразваливающаяся кровать, небрежно стянутая проволокой и задвинутая в самый дальний угол, где не так дуло.
— Стул у меня один, да тебе вроде и не нужно, — буркнул вернувшийся Райс, похоже, чувствовавший себя не в своей тарелке. Закрыв дверь, хлопнув ею чуть сильнее нужного, он поставил чайник на единственный более-менее свободный столик с растрескавшейся столешницей, щелкнул выключателем, оставив воду нагреваться, и полез за посудой, мирно соседствовавшей с очередными залежами стекла.
— Хорошее логово, — будто бы невпопад отозвался Сэтх. — Твое.
Что еще сказать, он просто не знал. Одно было кристально ясно: это именно что логово, а не дом. Не бывает дом таким… Неухоженным. И не ходят по нему в уличной обуви. Тут дело даже не в аккуратности или чем-то подобном — скорее, в ощущениях. Райс сейчас ощущался недовольной ящеркой, злобно шипящей из-под камня на любого, кто рискнет подойти. Точно так же припалит любого, кто посмеет что-то сказать про его убежище. Пусть неказистое, но какое есть, к тому же дающее самое главное — свободу.
Только… Неправильно оно так. Будто и сам кусок стекла, которому все равно, где стоять — на специальной полочке или на полу.
И то, как Райс ел… С явным удовольствием, даже непритязательную, в общем-то, еду. Днем Сэтх не обратил на это внимания, но сейчас, когда ничего не отвлекало, видел. И самому кусок в горло не лез.
Такое ощущение, что он вообще не знает, как это — забота. Точнее, о младших-то он заботится, это точно… Но сам ее получать не привык. Достаточно вспомнить, как бережно Райс спрятал ту шоколадку от сестры. Если он старший из детей, оно даже объяснимо, но… Чтобы совсем уж на себя забить?
Неправильно это. Очень-очень неправильно.
И ведь не объяснишь и не покажешь — сразу оскалится до потрескивающих искр. Не поверит, что протянутая рука не сжать хочет, а бережно поднять на ладонь.
Уползал из мастерской Сэтх в смешанных чувствах, уверившись лишь в одном: что саламандру действительно нужна помощь. Ну хорошо, в двух: что он ему таки поможет, притушит злобный взгляд. Или нет, даже в трех: что беднягу надо подкармливать. Краем глаза замеченная упаковка от полуфабрикатов вполне объясняла, чего Райс так на домашнюю еду набросился.
Оставалось придумать, как это реализовать.
На ближайшие два-три дня саламандра продуктами обеспечен. Потом можно пригласить его к себе на ужин в качестве отплаты за «должок». Потом… Попробовать договориться с кем-нибудь на площадке об организации обедов на всех.
Страница 13 из 46
