Награда Нарциссы Малфой

У нее не может больше быть детей. Драко — единственное, что у нее есть. Она просто не может…

— А Люциусу в Азкабане не дают писчие принадлежности, — снова рассмеялся Лорд. — Ну что ж, я поверю тебе на слово, Нарцисса. Это любопытно, поверить на слово Малфой.

— Вы вернете его домой? — она от радости забылась и едва не подскочила на месте, но тяжелая рука словно придавила ее к черной мантии.

— Верну? — вторая рука подняла ее лицо за подбородок. — Но ты же за него не попросила.

Нарцисса крепко впилась ногтями в ладони. Глаза у него были, как у Нагайны, только не золотые, а белесые. Но с такими же вертикальными зрачками. Иногда эти глаза становились красными, как у альбиноса. Но сейчас зрачок был мутным, словно затуманенным. Как будто Лорд был болен.

— Ты любишь романы, — он повернул ее голову немного вправо, так, чтобы свет падал на лицо. — У тебя их в библиотеке достаточно много. В романах обычно героиня идет на сделку со своей совестью, когда просит о чем-то важном. У тебя есть совесть, Нарцисса?

Есть ли у нее совесть? Что у нее вообще осталось, кроме мужа и сына, после того, как вернулся Лорд. До его возвращения у нее была и совесть, и честь, и уважение равных. А сейчас она стала в своем доме почти домовым эльфом. А у домовых эльфов ничего нет, кроме желания услужить.

— Мне сказали, что я не знаю, что такое любовь, — в голосе Лорда прозвучала откровенная насмешка. — Это интересная гипотеза. Я никогда не задавался таким вопросом, но сейчас мне любопытно.

— Что именно, мой Лорд? — Нарцисса почувствовала, как леденеют пальцы.

Она уже знала, чем все закончится. Сейчас он попросит ее кого-то убить. Возможно, даже Беллу. Именно Беллу. Он захочет посмотреть, что такое любовь, на что она готова ради любви к сыну и мужу. Ее рука непроизвольно дернулась к карману платья, в котором лежала палочка, но Нарцисса сумела остановить себя. Только не это. Именно этого он и ждет. Она должна быть сильной. Она должна через это пройти. Пусть Белла. У Драко должна быть семья. Без Люциуса они долго не протянут.

— Могу ли я испытывать что-то подобное, — он отпустил ее затылок, но рука на подбородке осталась. — Мне сказали, что это чувство должно быть взаимным. Иначе эксперимент не имеет смысла.

— Но я не знаю, чем я могу… — Нарцисса растерянно приоткрыла рот. — Я могу рассказать, но каждый любит по-своему.

— Ты меня не поняла, Нарцисса, — Лорд вздернул ее голову еще выше, так, что заболела шея. — Ты не расскажешь, ты покажешь мне, что это такое.

— Я не посмею, — вот теперь она поняла, что до того страшно не было, страшно стало сейчас.

— Даже ради Люциуса? — тонкие пальцы сжали подбородок так, что едва не хрустнули кости.

— Я… — Нарцисса зажмурилась и замолчала.

Она чувствовала, как он разглядывает ее. Разглядывает, как интересного зверя в клетке, как странное существо в банке, залитое специальным зельем, чтобы не портилось. Как какого-то уродца на ярмарке.

— Но Белла вас любит, — Нарцисса отважилась приоткрыть глаза. — Она сможет лучше…

— Белла, — в голосе Лорда прозвучало явное пренебрежение. — Она не любит, она преклоняется. Это не то, что мне нужно. К тому же, кто подходит для такого опыта лучше, чем ты. Ты явно знаешь, что такое любовь.

— Как вам будет угодно, — она знала, что сейчас ее голос звучит механически и ровно, как у куклы.

Он выпустил ее подбородок и опустился на край постели и откинулся на подушки. Нарцисса зажмурилась, задержала дыхание, осторожно наклонилась вперед и несмело прикоснулась губами к его губам. Холодные и сухие, как пергамент. Словно целоваться с книгой. Она замерла, не отрывая губ и стараясь не дышать. Из такой позы, как у нее сейчас, сложно казаться привлекательной, но она же Малфой. А Малфои всегда выглядят так, как хотят.

Он снова перехватил ее за затылок и оторвал от себя. Нарцисса ловила ртом воздух. Его глаза были близко, как глаза Нагайны совсем недавно.

— Банально, Нарцисса, — в его голосе прозвучала брезгливость. — Это могу получить от любой девки. Или от Беллатрикс. Я хотел увидеть любовь, а ты предлагаешь мне похоть. Неужели из-за этого ты готова рисковать, чтобы вернуть Люциуса? Тебе не хватает его в постели?

Она только ошеломленно моргала, глядя в это бледное лицо. Похоть. Так что же ему надо? Как она может показать ему то, что он хочет? Он сравнил ее с публичной женщиной. Ее и Беллу. Значит, сестра уже предлагала ему себя? Откуда-то от диафрагмы начала подниматься горячая волна, как перед экзаменами, как в те моменты, когда ей перечили. Он просто не имеет права отвергать ее! Не имеет права так говорить о Белле! И Белла не имела права предавать ее. Она же обещала, что больше никогда ее не бросит. А сама только и думала о том… Как она могла желать это чудовище?! Нарцисса, плохо соображая, что делает, начала торопливо рвать застежки его мантии.