Когда-то десятиэтажное здание считалось небоскребом, а сейчас это просто мелочь, которую и не видно за домами-гигантами. Когда-то рекорды держались долго, а сейчас же каждые несколько лет рекорд высоты поднимается все выше и выше, поражая воображение.
Добавить в моё избранное
15 мин, 40 сек 14011
«Memoria» полностью занимала один из небоскребов Нью-Йорка. Здесь располагался суперкомпьютер«CELLA», кластеры, сервера и процессоры которого занимали несколько этажей. Здесь же был технический центр, разрабатывающий новые и совершенствующий старые алгоритмы для извлечения и обработки информации. Были административный центр и финансовый отдел, рекламщики, логисты и юристы. Внизу была большая приемная, кабинеты для работы с клиентами и, собственно, комнаты с компьютерами, которые «проигрывали» или«вырезали» воспоминания.
Суперсовременные технологии, с которыми работала компания, накладывали отпечаток на внешний вид здания и внутренний интерьер. Они могли бы делать большие деньги, проводя экскурсии, но хозяин «Memoria» был против. Мало кто знал, что он тоже живет здесь: самые верхние этажи — это его собственный номер-люкс с личным лифтом и ограниченным кругом лиц, имеющим доступ к комнатам.
Никто не знал, что наверху он жил не один.
Журналы любят составлять списки людей. Самые красивые, самые успешные, самые богатые, самые могущественные… К чему они? Чтобы завидовать или мотивировать? Чтобы был очередной повод гордиться собой и чувствовать себя значительнее? Мартину эти списки были ни к чему — его совершенно не интересовало, что его имя в очередной раз поместили на вершину списка самых богатых, успешных, умных. И самых загадочных.
Глава «Memoria» был непубличной персоной, о его жизни не было известно почти ничего. Все общение с прессой вели специалисты по связям с общественностью, а на собрании акционеров и директоров Мартин обычно присутствовал в виде голоса из динамика колонок. Такая таинственность шла на пользу имиджу компании, заставлила все больше говорить о ней. Но Мартин и не думал об этом, он просто был очень замкнутым человеком, которого тяготило общение с другими людьми. Тем более, общение с целой толпой репортеров и журналистов под прицелом вспышек фотоаппаратов и объективов камер.
Больше всего на свете Мартин любил тишину, прерываемую монотонным гудением кулеров и щелканьем клавиш компьютера. Сенсор его вполне устраивал, но монотонное щелканье обычной клавиатуры успокаивало. В «Memoria» он сделал свой собственный рай — место, где он мог работать в одиночестве, окруженный компьютерами. Единственный человек, с которым он любил и хотел общаться, теперь уже не мог говорить.
Мартин зашел в личный лифт и нажал на кнопку. Лифт поднялся на два этажа и распахнул свои двери. Мужчина прошел небольшой коридор и зашел в просторную, полупустую комнату. Посередине комнаты стоял компьютер, который был похож на те, которые «проигрывают» воспоминания. Но не совсем. Помимо этого к нему были подключены аппараты жизнеобеспечения. Стояла кровать, окруженная компьютерами и приборами, а на ней лежала старая седая женщина. Данные с этих приборов выводились на рабочий стол всех личных компьютеров Мартина. Если же что-то шло не так, то тревожный сигнал мгновенно сообщал ему об этом. И мужчина тотчас мчался сюда.
Он мог следить за ней совершенно один, потому что врачи все равно были бессильны. С болезнью женщины уже ничего нельзя было сделать, оставалось только ждать.
— Привет, мам, — улыбнулся Мартин, подойдя к женщине. Он пододвинул кресло и сел рядом, аккуратно, чтобы не задеть капельницы и провода, взял ее за руку.
Ответа бы он не дождался. На ее лице была дыхательная маска, потому что женщина была подключена к искусственной вентиляции легких. Она даже не могла повернуть голову в его сторону, разве что скосить глаза. Но эти глаза, от которых расходились морщинки, улыбались ему.
— Я смог еще чуть-чуть оптимизировать программу. Думаю, что это вовсе не предел, — Мартин каждый день навещал ее и рассказывал о своих буднях и событиях в мире. Она была парализована, но все понимала. Об этом ему говорили приборы, которые показывали мыслительную деятельность. Смотря на них, он видел, что сейчас она испытывает радость за него. Их разговор нельзя назвать полностью односторонним.
— Кстати, в Китае сделали новый суперкомпьютер. Хочу в ближайшее время ознакомиться с его чертежами, может быть, смогу почерпнуть что-нибудь полезное для «CELLA». Техническому прогрессу нет предела, — повторил он фразу, которую сделал своим девизом. — А еще сегодня…
Его голос наполнил комнату, оживив ее.
С самого детства маленький Мартин восхищался изобретениями человечества. Он приходил в восторг от машин, телефонов и компьютеров. Люди опустились на самое дно океана, забрались на высочайшую точку мира, покинули атмосферу и даже побывали в космосе. Маленький мальчик боялся, что все открытия уже сделали до него и он родился слишком поздно. Но потом он убедился, что прогресс бесконечен, ему было чем заняться.
Его мать — прекрасная, но недалекая женщина, с трудом окончившая школу, всегда гордилась своим мальчиком и его тягой к знаниям.
Анна так и не встретила мужчину, с которым захотела бы связать свою жизнь.
Суперсовременные технологии, с которыми работала компания, накладывали отпечаток на внешний вид здания и внутренний интерьер. Они могли бы делать большие деньги, проводя экскурсии, но хозяин «Memoria» был против. Мало кто знал, что он тоже живет здесь: самые верхние этажи — это его собственный номер-люкс с личным лифтом и ограниченным кругом лиц, имеющим доступ к комнатам.
Никто не знал, что наверху он жил не один.
Журналы любят составлять списки людей. Самые красивые, самые успешные, самые богатые, самые могущественные… К чему они? Чтобы завидовать или мотивировать? Чтобы был очередной повод гордиться собой и чувствовать себя значительнее? Мартину эти списки были ни к чему — его совершенно не интересовало, что его имя в очередной раз поместили на вершину списка самых богатых, успешных, умных. И самых загадочных.
Глава «Memoria» был непубличной персоной, о его жизни не было известно почти ничего. Все общение с прессой вели специалисты по связям с общественностью, а на собрании акционеров и директоров Мартин обычно присутствовал в виде голоса из динамика колонок. Такая таинственность шла на пользу имиджу компании, заставлила все больше говорить о ней. Но Мартин и не думал об этом, он просто был очень замкнутым человеком, которого тяготило общение с другими людьми. Тем более, общение с целой толпой репортеров и журналистов под прицелом вспышек фотоаппаратов и объективов камер.
Больше всего на свете Мартин любил тишину, прерываемую монотонным гудением кулеров и щелканьем клавиш компьютера. Сенсор его вполне устраивал, но монотонное щелканье обычной клавиатуры успокаивало. В «Memoria» он сделал свой собственный рай — место, где он мог работать в одиночестве, окруженный компьютерами. Единственный человек, с которым он любил и хотел общаться, теперь уже не мог говорить.
Мартин зашел в личный лифт и нажал на кнопку. Лифт поднялся на два этажа и распахнул свои двери. Мужчина прошел небольшой коридор и зашел в просторную, полупустую комнату. Посередине комнаты стоял компьютер, который был похож на те, которые «проигрывают» воспоминания. Но не совсем. Помимо этого к нему были подключены аппараты жизнеобеспечения. Стояла кровать, окруженная компьютерами и приборами, а на ней лежала старая седая женщина. Данные с этих приборов выводились на рабочий стол всех личных компьютеров Мартина. Если же что-то шло не так, то тревожный сигнал мгновенно сообщал ему об этом. И мужчина тотчас мчался сюда.
Он мог следить за ней совершенно один, потому что врачи все равно были бессильны. С болезнью женщины уже ничего нельзя было сделать, оставалось только ждать.
— Привет, мам, — улыбнулся Мартин, подойдя к женщине. Он пододвинул кресло и сел рядом, аккуратно, чтобы не задеть капельницы и провода, взял ее за руку.
Ответа бы он не дождался. На ее лице была дыхательная маска, потому что женщина была подключена к искусственной вентиляции легких. Она даже не могла повернуть голову в его сторону, разве что скосить глаза. Но эти глаза, от которых расходились морщинки, улыбались ему.
— Я смог еще чуть-чуть оптимизировать программу. Думаю, что это вовсе не предел, — Мартин каждый день навещал ее и рассказывал о своих буднях и событиях в мире. Она была парализована, но все понимала. Об этом ему говорили приборы, которые показывали мыслительную деятельность. Смотря на них, он видел, что сейчас она испытывает радость за него. Их разговор нельзя назвать полностью односторонним.
— Кстати, в Китае сделали новый суперкомпьютер. Хочу в ближайшее время ознакомиться с его чертежами, может быть, смогу почерпнуть что-нибудь полезное для «CELLA». Техническому прогрессу нет предела, — повторил он фразу, которую сделал своим девизом. — А еще сегодня…
Его голос наполнил комнату, оживив ее.
С самого детства маленький Мартин восхищался изобретениями человечества. Он приходил в восторг от машин, телефонов и компьютеров. Люди опустились на самое дно океана, забрались на высочайшую точку мира, покинули атмосферу и даже побывали в космосе. Маленький мальчик боялся, что все открытия уже сделали до него и он родился слишком поздно. Но потом он убедился, что прогресс бесконечен, ему было чем заняться.
Его мать — прекрасная, но недалекая женщина, с трудом окончившая школу, всегда гордилась своим мальчиком и его тягой к знаниям.
Анна так и не встретила мужчину, с которым захотела бы связать свою жизнь.
Страница 1 из 5
