Фандом: Гарри Поттер. Что могло произойти на призрачном Кинг-Кроссе после ухода Гарри.
Добавить в моё избранное
6 мин, 10 сек 13009
Какая мне польза от этой души, когда смерть на пороге! Но я ее обманул!
— Ах ты поганец! — заорал Глава Аврората. — Да у нас ублюдки Гриндевальда во время оккупации такое творили — какие там маггловские бомбы! У нас в Хогвартсе чуть не все старшекурсники на фронт ушли, да и нам тоже повоевать довелось. Попрекать он нас будет! И в голову никому не пришло душу на части рвать, как тебе. Смерть он обманул, надо же.
— Вторая Мировая, она же Первая Магическая, прокатилась по всем Линиям Реальностей, — скучным голосом сказал Томпсон. — Ваш вариант был ничем не страшнее того, что испытали мы все. И «чистенькими», как вы изящно выразились, никто себя не считает. Но до геноцида или расизма ни один из нас не докатился. И убивать собственных родственников, кроме вас, не стал никто.
— Маггловские твари мне не родственники! А грязнокровки — не люди! Так же как и предатели крови!
— У тебя, я смотрю, все не люди. И тебе никто не родственник, ни магглы, ни маги. Кто дядюшку Морфина под Азкабан подвел? — возмущенно спросил Главный Аврор.
— Так им всем и надо! Жаль, что Авада убивает быстро. А Морфин Гонт, надеюсь, подыхал долго…
— Ну да, ну да. Они сами во всем виноваты. Ну и дрянь же ты. Вот сколько таких сволочей брать приходилось — и у всех одна и та же песня.
— Ну хорошо, мы поняли, что человеческие жизни для вас ничего не стоят. И собственная душа вас совершенно не волнует. А реликвии Основателей зачем было калечить? — вступил в разговор Министр. — И кольцо наше уродовать, — он погладил перстень с черным камнем, украшавший его правую руку. Волдеморт отвернулся — зрелище его раздражало.
— Что еще могло быть достойным хранилищем для частиц моей души?
— Господа, — Томпсон, внимательно разглядывавший Темного Лорда, пришел к довольно неутешительным выводам, — по-моему, мы напрасно теряем время. Наш объект явно неадекватен. Я бы рекомендовал его не судить — а направить на принудительное лечение. И продолжить наш разговор, если это лечение будет успешным.
— Согласен с мистером Томпсоном, — кивнул головой невыразимец. — Но боюсь, что в Мунго с таким пациентом не справятся. Психиатрия в магическом мире, к сожалению, практически не развита.
— А по мне, так вполне нормальный мерзавец, — не согласился Главный Аврор. — Так может, пришибем поганца за все его преступления? Приговор окончательный и обжалованию не подлежит!
— Ставлю вопрос на голосование, — Министр вздохнул. — Кто за то, чтобы признать Лорда Волдеморта виновным по всем пунктам обвинения? — и первым поднял руку. — Единогласно. Кто за то, чтобы приговорить его к смерти? Двое «за», двое «против». Мнения разделились.
— Может, спросим еще одну сторону? — вдруг предложил невыразимец.
— Кого вы имеете в виду, профессор? — Министр был очень удивлен. — Не нашего родственничка, случайно?
— Меня, — раздался вдруг низкий женский голос. Из серебристого тумана выступила фигура, закутанная в мантию старинного покроя. На всех присутствующих повеяло холодом.
— Мне давно хотелось встретиться с так называемым Темным Лордом, — усмехнулась женщина. Лицо ее менялось ежесекундно — от юной девушки до глубокой старухи.
— Госпожа, — почтительно склонил голову невыразимец. Остальные, кроме Волдеморта, немедленно последовали его примеру.
— Ты не сможешь! Ты не посмеешь! Я победил тебя! — в бешенстве закричал Темный Лорд.
— Это вряд ли, — усмехнулась женщина. Она взмахнула рукой — и Волдеморт просто исчез. Женщина повернулась к остальным и негромко сказала:
— До свидания, господа. Увидимся — надеюсь, не скоро, — и растаяла в туманном воздухе.
— Пора прощаться, — сказал невыразимец. — Артефакты слабеют.
— Рад был познакомиться, братья. Даже по такому поганому поводу, — Главный Аврор пожал руки всем присутствующим.
— Может, еще и увидимся, — кивнул, прощаясь, Министр.
Снова раздались хлопки аппарации, причем невыразимец крепко держал за руку не умеющего перемещаться подобным образом мистера Томпсона, и призрачный Кинг-Кросс опустел.
— Ах ты поганец! — заорал Глава Аврората. — Да у нас ублюдки Гриндевальда во время оккупации такое творили — какие там маггловские бомбы! У нас в Хогвартсе чуть не все старшекурсники на фронт ушли, да и нам тоже повоевать довелось. Попрекать он нас будет! И в голову никому не пришло душу на части рвать, как тебе. Смерть он обманул, надо же.
— Вторая Мировая, она же Первая Магическая, прокатилась по всем Линиям Реальностей, — скучным голосом сказал Томпсон. — Ваш вариант был ничем не страшнее того, что испытали мы все. И «чистенькими», как вы изящно выразились, никто себя не считает. Но до геноцида или расизма ни один из нас не докатился. И убивать собственных родственников, кроме вас, не стал никто.
— Маггловские твари мне не родственники! А грязнокровки — не люди! Так же как и предатели крови!
— У тебя, я смотрю, все не люди. И тебе никто не родственник, ни магглы, ни маги. Кто дядюшку Морфина под Азкабан подвел? — возмущенно спросил Главный Аврор.
— Так им всем и надо! Жаль, что Авада убивает быстро. А Морфин Гонт, надеюсь, подыхал долго…
— Ну да, ну да. Они сами во всем виноваты. Ну и дрянь же ты. Вот сколько таких сволочей брать приходилось — и у всех одна и та же песня.
— Ну хорошо, мы поняли, что человеческие жизни для вас ничего не стоят. И собственная душа вас совершенно не волнует. А реликвии Основателей зачем было калечить? — вступил в разговор Министр. — И кольцо наше уродовать, — он погладил перстень с черным камнем, украшавший его правую руку. Волдеморт отвернулся — зрелище его раздражало.
— Что еще могло быть достойным хранилищем для частиц моей души?
— Господа, — Томпсон, внимательно разглядывавший Темного Лорда, пришел к довольно неутешительным выводам, — по-моему, мы напрасно теряем время. Наш объект явно неадекватен. Я бы рекомендовал его не судить — а направить на принудительное лечение. И продолжить наш разговор, если это лечение будет успешным.
— Согласен с мистером Томпсоном, — кивнул головой невыразимец. — Но боюсь, что в Мунго с таким пациентом не справятся. Психиатрия в магическом мире, к сожалению, практически не развита.
— А по мне, так вполне нормальный мерзавец, — не согласился Главный Аврор. — Так может, пришибем поганца за все его преступления? Приговор окончательный и обжалованию не подлежит!
— Ставлю вопрос на голосование, — Министр вздохнул. — Кто за то, чтобы признать Лорда Волдеморта виновным по всем пунктам обвинения? — и первым поднял руку. — Единогласно. Кто за то, чтобы приговорить его к смерти? Двое «за», двое «против». Мнения разделились.
— Может, спросим еще одну сторону? — вдруг предложил невыразимец.
— Кого вы имеете в виду, профессор? — Министр был очень удивлен. — Не нашего родственничка, случайно?
— Меня, — раздался вдруг низкий женский голос. Из серебристого тумана выступила фигура, закутанная в мантию старинного покроя. На всех присутствующих повеяло холодом.
— Мне давно хотелось встретиться с так называемым Темным Лордом, — усмехнулась женщина. Лицо ее менялось ежесекундно — от юной девушки до глубокой старухи.
— Госпожа, — почтительно склонил голову невыразимец. Остальные, кроме Волдеморта, немедленно последовали его примеру.
— Ты не сможешь! Ты не посмеешь! Я победил тебя! — в бешенстве закричал Темный Лорд.
— Это вряд ли, — усмехнулась женщина. Она взмахнула рукой — и Волдеморт просто исчез. Женщина повернулась к остальным и негромко сказала:
— До свидания, господа. Увидимся — надеюсь, не скоро, — и растаяла в туманном воздухе.
— Пора прощаться, — сказал невыразимец. — Артефакты слабеют.
— Рад был познакомиться, братья. Даже по такому поганому поводу, — Главный Аврор пожал руки всем присутствующим.
— Может, еще и увидимся, — кивнул, прощаясь, Министр.
Снова раздались хлопки аппарации, причем невыразимец крепко держал за руку не умеющего перемещаться подобным образом мистера Томпсона, и призрачный Кинг-Кросс опустел.
Страница 2 из 2
