Фандом: Ориджиналы. Тусклое небо… серая пелена, скрывшая солнце над обреченным миром. Над миром, где встают из могил покойники, творится злая волшба, а ужасные демоны обретают власть над людскими душами. Их всего четверо. Могучий варвар-северянин, отказавшийся подчиниться жестокому обычаю и изгнанный за это из клана. Целительница, которую ждал костер инквизиции. Безродный бродяга и авантюрист, давно покинувший отчий дом и теперь живущий воровством и обманом.
Добавить в моё избранное
156 мин, 49 сек 20322
Мимо пролетел огненный шар — это в игру вступила волшба Равенны. Врезавшись в одного из скелетов, шар взорвался, оставляя после себя груду обгоревших костей.
Но уже в следующий миг колдунья испуганно закричала: один из костлявых противников подобрался к ней слишком близко.
— Так не пойдет, — теперь голос Бренна прозвучал строго, даже сердито, — сколь бы вы ни были сильны, а поодиночке с войском не сладить. Даже если воины давно мертвы. Вам нужно действовать как команда. Совместно. Оберегая… прикрывая друг друга, но особенно заклинателя. Не имея оружия, кроме своих чар, и не нося доспехов, заклинатель в бою наиболее уязвим. А в ближнем бою почти беззащитен.
Тактика, которой затем, не сговариваясь, решили придерживаться начинающие бойцы с нечистью, была проста… и единственно возможна при имевшемся раскладе. Встав спинами один к другому и обступив Равенну, Сиградд, Освальд и сэр Андерс не давали скелетам приблизиться к колдунье. Секирой, мечом и саблей отбивая каждую попытку наступления.
Оружие разило костлявых горе-вояк одного за другим. Держа толпу на расстоянии, а главное — постепенно сокращая ее численность. Пока сборище ходячих костей не превратилось в груду костей простых, неподвижных.
— Превосходно! — воскликнул мастер Бренн.
После чего добавил не без грусти:
— Ах, если бы только ряды наших новых врагов ограничивались одними скелетами…
Как ответ на его сожаление, по бурой бесплодной земле зашагала к Сиградду, сэру Андерсу, Освальду и Равенне новая фигура. Еще более схожая с человеком, чем давешние скелеты. Вернее, это и был человек… только давно умерший. От одежды остались лохмотья, кожа частью облезла, волос не осталось вовсе, а на лице чернели два круглых провала глазниц. Довершал картину запах — неподражаемый дух разложения. Да такой сильный, что иная свалка на заднем дворе какой-нибудь забегаловки рядом с ним едва ли даже была бы заметна.
— Ходячий труп, мертвяк, умертвие или навь, — представил гниющего уродца мастер Бренн, — люди успели придумать много слов для обозначения… данного явления. Оттого, наверное, что это наиболее распространенная разновидность нежити. Так что в предстоящей битве за замок Веллесхайм вы, скорее всего, столкнетесь именно с ними.
Сиградд шагнул мертвяку навстречу, вскидывая секиру. Но оклик мастера Бренна остановил его:
— Не так! Мало того, что ходячие трупы покрепче скелетов будут — плоть-то их окоченела, стала твердой как дерево. С одного удара не разбить. Так, вдобавок, труп ходячий, как и всякий другой труп, является носителем опасных болезней. Причем временами является даже в большей степени. Потому что злокозненные колдуны, поднявшие их, могут заражать мертвяков нарочно. Посредством особых зелий и чар. Про трупный яд я вообще молчу.
Так или иначе, в схватке с умертвием достаточно маленькой ранки, чтобы умелый и могучий боец превратился в смертельно больное, обреченное существо.
— И что тогда делать? — недоуменно и не без недовольства вопрошал сэр Андерс.
— Держаться от них подальше, разумеется, — в голосе Бренна почувствовалась легкая усмешка, — по возможности держаться. И постараться сразить мертвяка на расстоянии…
Не дослушав последнюю фразу, Равенна вскинула руку. И из ее ладони навстречу приближающемуся мертвяку хлынула струя огня. Мгновение — и огонь объял ходячий труп, охватил его, превращая в огромный факел. Запахло паленым.
— … волшбой, например, — докончил фразу-наставление мастер Бренн, — и вот еще что… забыл сказать. Иногда человеческими трупами в качестве временных вместилищ пользуются низшие демоны. Те, у кого не хватает силенок воплотиться в мире живых самостоятельно. Или зацапать живого человека.
Узнать такой труп-вместилище и отличить от обычного мертвяка несложно. Их глазницы не пустые: в них такое свечение яркое — оранжевое как огонь или ярко-красное, словно свежая кровь. Еще один отличительный признак: вместилище не ковыляет так понуро и нарочито медленно, будто смертник на пути к виселице. Напротив, его движения резкие и дерганные. Это потому, что демону в нем… неудобно. Неудобно, как человеку в одежде не по размеру.
— А сражаться с этими… вместилищами — так же? — поинтересовалась Равенна.
— Сражаться — да, но вот побеждать намного труднее. Потому что демон и сам в ответ может огнем плюнуть или еще что-нибудь такое подобное выкинуть. И оказаться посильнее схватившегося с ним волшебника. Ведь оба пользуются силами, чуждыми нашему миру — миру вещей, плоти и прочих твердых предметов. Вот только демону пользоваться этой силой более естественно. Как естественно рыбе дышать под водой. В отличие от человека-ныряльщика.
— Слово Всевышнего, — напомнил сэр Андерс. И здесь мастер Бренн с ним согласился. Неожиданно для остальных.
— Да, против такого рода нечисти призвать помощь Всевышнего — наиболее действенно, — были его слова, — но только при условии, что ваша вера достаточно крепка.
Но уже в следующий миг колдунья испуганно закричала: один из костлявых противников подобрался к ней слишком близко.
— Так не пойдет, — теперь голос Бренна прозвучал строго, даже сердито, — сколь бы вы ни были сильны, а поодиночке с войском не сладить. Даже если воины давно мертвы. Вам нужно действовать как команда. Совместно. Оберегая… прикрывая друг друга, но особенно заклинателя. Не имея оружия, кроме своих чар, и не нося доспехов, заклинатель в бою наиболее уязвим. А в ближнем бою почти беззащитен.
Тактика, которой затем, не сговариваясь, решили придерживаться начинающие бойцы с нечистью, была проста… и единственно возможна при имевшемся раскладе. Встав спинами один к другому и обступив Равенну, Сиградд, Освальд и сэр Андерс не давали скелетам приблизиться к колдунье. Секирой, мечом и саблей отбивая каждую попытку наступления.
Оружие разило костлявых горе-вояк одного за другим. Держа толпу на расстоянии, а главное — постепенно сокращая ее численность. Пока сборище ходячих костей не превратилось в груду костей простых, неподвижных.
— Превосходно! — воскликнул мастер Бренн.
После чего добавил не без грусти:
— Ах, если бы только ряды наших новых врагов ограничивались одними скелетами…
Как ответ на его сожаление, по бурой бесплодной земле зашагала к Сиградду, сэру Андерсу, Освальду и Равенне новая фигура. Еще более схожая с человеком, чем давешние скелеты. Вернее, это и был человек… только давно умерший. От одежды остались лохмотья, кожа частью облезла, волос не осталось вовсе, а на лице чернели два круглых провала глазниц. Довершал картину запах — неподражаемый дух разложения. Да такой сильный, что иная свалка на заднем дворе какой-нибудь забегаловки рядом с ним едва ли даже была бы заметна.
— Ходячий труп, мертвяк, умертвие или навь, — представил гниющего уродца мастер Бренн, — люди успели придумать много слов для обозначения… данного явления. Оттого, наверное, что это наиболее распространенная разновидность нежити. Так что в предстоящей битве за замок Веллесхайм вы, скорее всего, столкнетесь именно с ними.
Сиградд шагнул мертвяку навстречу, вскидывая секиру. Но оклик мастера Бренна остановил его:
— Не так! Мало того, что ходячие трупы покрепче скелетов будут — плоть-то их окоченела, стала твердой как дерево. С одного удара не разбить. Так, вдобавок, труп ходячий, как и всякий другой труп, является носителем опасных болезней. Причем временами является даже в большей степени. Потому что злокозненные колдуны, поднявшие их, могут заражать мертвяков нарочно. Посредством особых зелий и чар. Про трупный яд я вообще молчу.
Так или иначе, в схватке с умертвием достаточно маленькой ранки, чтобы умелый и могучий боец превратился в смертельно больное, обреченное существо.
— И что тогда делать? — недоуменно и не без недовольства вопрошал сэр Андерс.
— Держаться от них подальше, разумеется, — в голосе Бренна почувствовалась легкая усмешка, — по возможности держаться. И постараться сразить мертвяка на расстоянии…
Не дослушав последнюю фразу, Равенна вскинула руку. И из ее ладони навстречу приближающемуся мертвяку хлынула струя огня. Мгновение — и огонь объял ходячий труп, охватил его, превращая в огромный факел. Запахло паленым.
— … волшбой, например, — докончил фразу-наставление мастер Бренн, — и вот еще что… забыл сказать. Иногда человеческими трупами в качестве временных вместилищ пользуются низшие демоны. Те, у кого не хватает силенок воплотиться в мире живых самостоятельно. Или зацапать живого человека.
Узнать такой труп-вместилище и отличить от обычного мертвяка несложно. Их глазницы не пустые: в них такое свечение яркое — оранжевое как огонь или ярко-красное, словно свежая кровь. Еще один отличительный признак: вместилище не ковыляет так понуро и нарочито медленно, будто смертник на пути к виселице. Напротив, его движения резкие и дерганные. Это потому, что демону в нем… неудобно. Неудобно, как человеку в одежде не по размеру.
— А сражаться с этими… вместилищами — так же? — поинтересовалась Равенна.
— Сражаться — да, но вот побеждать намного труднее. Потому что демон и сам в ответ может огнем плюнуть или еще что-нибудь такое подобное выкинуть. И оказаться посильнее схватившегося с ним волшебника. Ведь оба пользуются силами, чуждыми нашему миру — миру вещей, плоти и прочих твердых предметов. Вот только демону пользоваться этой силой более естественно. Как естественно рыбе дышать под водой. В отличие от человека-ныряльщика.
— Слово Всевышнего, — напомнил сэр Андерс. И здесь мастер Бренн с ним согласился. Неожиданно для остальных.
— Да, против такого рода нечисти призвать помощь Всевышнего — наиболее действенно, — были его слова, — но только при условии, что ваша вера достаточно крепка.
Страница 17 из 44
