Фандом: Гарри Поттер. Точка невозврата — критическая черта, рубеж, после перехода которого нет возможности возвращения к исходному состоянию, нельзя вернуться назад. Точка невозврата одна. Дальше пути у всех разные.
Добавить в моё избранное
5 мин, 6 сек 19805
А потом достал из кармана маггловские сигареты и закурил.
Ему никто не сказал ни слова.
— К этому не привыкнешь.
— К этому нельзя привыкнуть, Лунатик. Это можно только прекратить.
— Как? — спокойно спросил Люпин.
— Я не знаю. Но они уже не первые. Вспомни Доркас.
— Доркас была его, — Люпин выделил последнее слово, — самой желанной добычей. И Прюэтты. Но они никогда не вырезали целые семьи. Знаешь, что это, Бродяга? Это террор. Смотри. — Он указал куда-то в сторону, и, приглядевшись, Блэк увидел на каменной стене дома Темную Метку, еле различимую, оставленную для устрашения тех, кто различил бы ее очертания. — Это только начало.
— Они показывают нам, что сильнее, — на крыльцо вышел Моуди. Задумчивый, еще мрачнее обычного и непривычно тихий. — Постоянная бдительность… не помогла. Она была осторожна, я знаю.
— Мы должны… — начал было Блэк, но Моуди остановил его.
— Ты всегда успеешь умереть героем, парень. Скажу тебе больше — ты всегда успеешь умереть. Фрэнк, побудь здесь до прибытия санитаров. Постарайтесь управиться до того, как что-то обнаружат магглы, и уберите следы.
Фрэнк коротко кивнул. Его начальник почти неслышно аппарировал, и почему-то никто не сомневался, что он направился отнюдь не в аврорат.
Маленький Невилл Лонгботтом и его бабушка Августа были надежно спрятаны и не попали в руки озверевших убийц.
Никто никогда не узнал, о чем в тот вечер думал Фрэнк, и Люпин, навещавший его в больнице до самой своей смерти, не мог его об этом спросить.
Блэк не считал, что ему нужны объяснения. Но именно он посоветовал Джеймсу и Лили не брать в Хранители Дамблдора. Он ошибся.
Потому что Петтигрю в тот же вечер решил окончательно перейти на сторону Волдеморта.
Запах металла до самой смерти преследовал Блэка и не давал спать по ночам.
Ему никто не сказал ни слова.
— К этому не привыкнешь.
— К этому нельзя привыкнуть, Лунатик. Это можно только прекратить.
— Как? — спокойно спросил Люпин.
— Я не знаю. Но они уже не первые. Вспомни Доркас.
— Доркас была его, — Люпин выделил последнее слово, — самой желанной добычей. И Прюэтты. Но они никогда не вырезали целые семьи. Знаешь, что это, Бродяга? Это террор. Смотри. — Он указал куда-то в сторону, и, приглядевшись, Блэк увидел на каменной стене дома Темную Метку, еле различимую, оставленную для устрашения тех, кто различил бы ее очертания. — Это только начало.
— Они показывают нам, что сильнее, — на крыльцо вышел Моуди. Задумчивый, еще мрачнее обычного и непривычно тихий. — Постоянная бдительность… не помогла. Она была осторожна, я знаю.
— Мы должны… — начал было Блэк, но Моуди остановил его.
— Ты всегда успеешь умереть героем, парень. Скажу тебе больше — ты всегда успеешь умереть. Фрэнк, побудь здесь до прибытия санитаров. Постарайтесь управиться до того, как что-то обнаружат магглы, и уберите следы.
Фрэнк коротко кивнул. Его начальник почти неслышно аппарировал, и почему-то никто не сомневался, что он направился отнюдь не в аврорат.
1981 и много позже
В ноябре тысяча девятьсот восемьдесят первого года Фрэнк и Алиса Лонгботтомы, авроры, подверглись нападению уцелевших Пожирателей Смерти. Они не погибли, но их больше не стало.Маленький Невилл Лонгботтом и его бабушка Августа были надежно спрятаны и не попали в руки озверевших убийц.
Никто никогда не узнал, о чем в тот вечер думал Фрэнк, и Люпин, навещавший его в больнице до самой своей смерти, не мог его об этом спросить.
Блэк не считал, что ему нужны объяснения. Но именно он посоветовал Джеймсу и Лили не брать в Хранители Дамблдора. Он ошибся.
Потому что Петтигрю в тот же вечер решил окончательно перейти на сторону Волдеморта.
Запах металла до самой смерти преследовал Блэка и не давал спать по ночам.
Страница 2 из 2
