Тысяча шагов от входной двери

Глава 6

— Очень жаль, — повторил Доктор. — Все это абсолютно неправильно, и она не имела никакого права так поступать, но что сделано — то сделано.

Бернард испугался, что сейчас ему скажут немедленно покинуть магазин, в котором он был, по сути, всего лишь гостем.

— Вы меня выгоняете? — спросил он.

— Нет! — ответил Доктор. — Я хотел сказать ровно противоположное: Бернард, с этого дня ты не сможешь покинуть ТАРДИС до тех пор, пока я не придумаю, как тебя спасти. Теперь тебе нельзя даже голову высунуть за дверь.

— Почему?

— Время тебя убьет.

— Я это много раз слышал, но так и не понял. Что во мне такого особенного, что время охотится именно за мной?

— Время ни на кого не охотится, — задумчиво проговорил Доктор. — Хотя, когда произносишь это вслух, невольно начинаешь сомневаться… Так вот, Бернард: у Вселенной множество степеней свободы, и в ней очень многое можно изменить, ускорить, замедлить, предотвратить. Многое, но не все. Существуют события — «фиксированные точки», и вмешиваться в них строго запрещено, потому что от этого слишком многое зависит. Волны, расходящиеся от парадокса, могут быть совершенно катастрофическими.

— Кем запрещено? — удивившись, спросил Бернард.

— Самим Временем. Природой. Вселенной. Сверхразумом. Богом. Слепым часовщиком… Можешь выбрать что-то или кого-то из этого списка или придумать свое определение. Суть от этого не изменится. Фиксированные точки есть, и к ним, если так можно выразиться, как к пуговицам, пристегнута сама ткань бытия.

— Да уж, — пробормотал Бернард. — И моя смерть, то есть смерть обычного лондонского уличного бандита, тоже является «пуговицей, на которую пристегнута ткань бытия», так?

— Если все предельно упростить, то да, так. И она, твоя смерть, должна была случиться восемнадцать лет назад.

— И что же от нее могло такое важное зависеть?! — воскликнул Бернард.

— Что угодно. Например, некий начинающий политик прочитал утром в криминальной сводке, что возле площади Рассела зверски убили молодого человека из неблагополучного района, и решил выстроить свою предвыборную кампанию, сделав главным пунктом свой программы борьбу с уличной преступностью. Кампания была удачной, политика выбрали в местный совет, и он там хорошо себя проявил. Потом его позвали на небольшую должность в Лейбористскую партию, где он сделал головокружительную карьеру, выиграл выборы и стал британским премьер-министром. Ему пришлось участвовать в урегулировании глобального кризиса и, так как он был умным, обаятельным и харизматичным лидером, к его доводам прислушались, и Третья мировая война не началась. В тот год. А так — наш герой утром прочитал совсем другую заметку, сделал неправильную ставку в своей предвыборной кампании, проиграл, бросил политику и открыл свой автосервис.

Бернард закашлялся.

— Из-за того, что я жив, начнется Третья мировая?!

— Нет, конечно, — ответил Доктор, улыбаясь. — Это было просто умозрительное построение. Анализ возможностей. Вероятностная модель. Гипотеза. Художественное преувеличение… На что должна была повлиять твоя смерть и что произошло бы в реальности, никто не знает и теперь никто не узнает. Однако ты по-прежнему должен умереть.

— Что этому мешает?

— ТАРДИС. Она в небольших пределах может подправлять временные линии, что она и делала все эти годы.

— Она что — пыталась развязать Третью мировую?! — спросил Бернард, вскакивая с дивана.

— Не думаю, — еле сдерживая смех, проговорил Доктор. — Бернард, не зацикливайся. Третья мировая — только один из многих вариантов… ТАРДИС нужен был кто-то, кого не жаль и у кого нет никаких вариантов будущего, — уже серьезно сказал он.

— И она выбрала меня.

— И она выбрала тебя.

Оба замолчали. Бернард, размышляя, походил с минуту туда-сюда и сел на диван.

— Она подправляла мою временную линию только для того, чтобы я мог найти тебя, читая газеты?

— Да. У нее был такой план. Мы с ней… разминулись, и она искала меня все это время. Вообще она и сама может читать газеты, но сейчас слишком повреждена, потому что… Долго рассказывать. Я ее починю, и мы улетим туда, где должны быть. А тебе придется полететь с нами.

— Так, — сказал Бернард. — Два момента. Во-первых, почему раньше я мог отходить от магазина на тысячу шагов, а теперь не смогу? Во-вторых, если я полечу с вами, чем мне это поможет, если «фиксированную точку» нельзя… расфиксировать?

— Бернард, ТАРДИС — это не генератор парадоксов. Это сложная система — космический корабль и машина времени. Пока я буду ее чинить, она должна будет сосредоточиться исключительно на этом процессе. Твоя тысяча шагов стоит ей слишком большого количества ресурсов! — Доктор сделал паузу и продолжил: — Когда же мы сможем улететь, возможно, я найду какой-нибудь способ тебя спасти. Сейчас я его не знаю, но это не означает, что его нет.