Фандом: Книжный магазин Блэка, Доктор Кто. Давайте представим, что Бернард Блэк постоянно сидит в своём магазине не просто так. У него для этого есть особая причина.
Добавить в моё избранное
116 мин, 47 сек 1681
— Эта комета могла бы упасть на Землю всего через двести двадцать три года, но ее притянул Юпитер. Он с ней справится, и она никогда больше не будет представлять для Земли угрозу. Красиво, да? — спросил Доктор.
— Не то слово! — искренне воскликнул потрясенный до глубины души Бернард.
— Можешь еще минут десять посмотреть, — сказал Доктор. — И мы двинемся дальше. — Эта буря на Юпитере будет продолжаться еще два земных месяца, поэтому оценить масштабы всего представления от начала до конца мы не сможем.
— Хорошо, — кое-как прошептал Бернард, продолжая завороженно наблюдать за тем, как Юпитер пытается «переварить» напавшую на него комету. Столб клубящегося вещества в месте столкновения кометы с планетой стал немного меньше, но электрические разряды, расходящиеся от него по атмосфере, увеличились в размерах. Теперь они были ярко-белыми, более разветвленными и покрывали большую площадь. Быстро крутящиеся атмосферные вихри еще усилились, и от них примерно раз в полминуты проходила по всей атмосфере Юпитера светящаяся розово-сиреневая рябь.
Доктор не мешал Бернарду в течение семнадцати минут, а потом закрыл двери, вернулся к консоли управления и завел двигатель ТАРДИС.
— Это была какая-то метафора? — спросил Бернард, немного придя в себя после созерцания невероятного шоу.
— В чем? — не понял Доктор.
— Ты хотел мне что-то объяснить, так сказать, на примере, показав то, что большой Юпитер то защищает маленькую Землю, то, наоборот, насылает на нее космическую катастрофу? Или я должен был что-то понять, глядя на то, как маленькая комета, врезавшаяся в большую планету, вызывает колоссальную бурю?
— Нет, — рассмеялся Доктор. — Я просто сам давно хотел увидеть нечто подобное. Теперь я могу вычеркнуть столкновение кометы с газовым гигантом из своего списка никогда не виденного.
— И он большой?
— Что?
— Твой «список никогда не виденного» большой?
— Практически бесконечный, — выдохнул Доктор.
И снова Бернард не понял — то ли Доктор говорит серьезно, то ли шутит, то ли издевается.
Еще месяц ТАРДИС дрейфовала в открытом космосе, уже не делая никаких остановок. Видимо, Доктор не торопился переходить к следующему пункту своего списка, каким бы он ни был. Бернард все это время посвятил чтению книг и старался лишний раз не попадаться Доктору на глаза и не мешать ему делать то, что он должен был делать.
Этим вечером (а по внутренним часам ТАРДИС был вечер) Бернард дочитывал «Историю времени» Стивена Хокинга, сидя в кресле на втором ярусе комнаты управления.
«Теоретик, — ухмыльнулся про себя Бернард, отвлекаясь от чтения, и подумал, что было бы куда как более справедливо, если бы спутником Доктора в его путешествии сквозь пространство и время оказался как раз этот несчастный физик-мечтатель, а не он сам. — А Эйнштейн бы вообще сошел с ума от счастья!» — решил он и перевернул очередную страницу.
К нему поднялся Доктор, взял стул и сел рядом.
— Бернард, — начал Доктор, и Бернард по его голосу сразу понял, что разговор будет крайне серьезным, — мне нужно с тобой кое-что обсудить.
Бернард отложил книгу:
— Давай.
— Я закончил ремонт, и ТАРДИС готова лететь куда угодно и когда угодно. В любой другой момент я бы предложил тебе отправиться со мной, вперед, к неизведанным приключениям… Но! У меня осталось незавершенное дело. Очень важное и очень незавершенное дело! Я должен вернуться и завершить его! — Доктор вскочил, прошелся туда-сюда и, оперевшись на спинку стула, продолжил: — Я бы никогда, никогда не стал тебя просить ни о чем подобном, но, кажется, у меня нет выбора.
Бернард испугался:
— Ты хочешь о чем-то меня попросить? Меня?!
— Да. Именно тебя, потому что больше, как видишь, некого. Это связано с тем днем, когда я и ТАРДИС разминулись. И это смертельно опасно. Я бы даже сказал, что шансы на успех минимальны. Они минимальны не потому, что твоя смерть — это фиксированная точка, а потому, что мой план — чистой воды самоубийство для кого угодно.
— Да о чем речь-то?! — не вытерпел Бернард и тоже вскочил.
— Бернард, мы должны… Победить двух далеков.
С усилием Бернард приподнял голову и увидел, что лужа крови, в которой он лежал, стала немного шире. В его правом боку была глубокая рана диаметром дюйма в три, и это было бы, наверное, очень больно, если бы остался цел позвоночник, однако он был перебит, и Бернард ничего из того, что находилось в его теле ниже ребер, не чувствовал.
— Не то слово! — искренне воскликнул потрясенный до глубины души Бернард.
— Можешь еще минут десять посмотреть, — сказал Доктор. — И мы двинемся дальше. — Эта буря на Юпитере будет продолжаться еще два земных месяца, поэтому оценить масштабы всего представления от начала до конца мы не сможем.
— Хорошо, — кое-как прошептал Бернард, продолжая завороженно наблюдать за тем, как Юпитер пытается «переварить» напавшую на него комету. Столб клубящегося вещества в месте столкновения кометы с планетой стал немного меньше, но электрические разряды, расходящиеся от него по атмосфере, увеличились в размерах. Теперь они были ярко-белыми, более разветвленными и покрывали большую площадь. Быстро крутящиеся атмосферные вихри еще усилились, и от них примерно раз в полминуты проходила по всей атмосфере Юпитера светящаяся розово-сиреневая рябь.
Доктор не мешал Бернарду в течение семнадцати минут, а потом закрыл двери, вернулся к консоли управления и завел двигатель ТАРДИС.
— Это была какая-то метафора? — спросил Бернард, немного придя в себя после созерцания невероятного шоу.
— В чем? — не понял Доктор.
— Ты хотел мне что-то объяснить, так сказать, на примере, показав то, что большой Юпитер то защищает маленькую Землю, то, наоборот, насылает на нее космическую катастрофу? Или я должен был что-то понять, глядя на то, как маленькая комета, врезавшаяся в большую планету, вызывает колоссальную бурю?
— Нет, — рассмеялся Доктор. — Я просто сам давно хотел увидеть нечто подобное. Теперь я могу вычеркнуть столкновение кометы с газовым гигантом из своего списка никогда не виденного.
— И он большой?
— Что?
— Твой «список никогда не виденного» большой?
— Практически бесконечный, — выдохнул Доктор.
И снова Бернард не понял — то ли Доктор говорит серьезно, то ли шутит, то ли издевается.
Еще месяц ТАРДИС дрейфовала в открытом космосе, уже не делая никаких остановок. Видимо, Доктор не торопился переходить к следующему пункту своего списка, каким бы он ни был. Бернард все это время посвятил чтению книг и старался лишний раз не попадаться Доктору на глаза и не мешать ему делать то, что он должен был делать.
Этим вечером (а по внутренним часам ТАРДИС был вечер) Бернард дочитывал «Историю времени» Стивена Хокинга, сидя в кресле на втором ярусе комнаты управления.
«Теоретик, — ухмыльнулся про себя Бернард, отвлекаясь от чтения, и подумал, что было бы куда как более справедливо, если бы спутником Доктора в его путешествии сквозь пространство и время оказался как раз этот несчастный физик-мечтатель, а не он сам. — А Эйнштейн бы вообще сошел с ума от счастья!» — решил он и перевернул очередную страницу.
К нему поднялся Доктор, взял стул и сел рядом.
— Бернард, — начал Доктор, и Бернард по его голосу сразу понял, что разговор будет крайне серьезным, — мне нужно с тобой кое-что обсудить.
Бернард отложил книгу:
— Давай.
— Я закончил ремонт, и ТАРДИС готова лететь куда угодно и когда угодно. В любой другой момент я бы предложил тебе отправиться со мной, вперед, к неизведанным приключениям… Но! У меня осталось незавершенное дело. Очень важное и очень незавершенное дело! Я должен вернуться и завершить его! — Доктор вскочил, прошелся туда-сюда и, оперевшись на спинку стула, продолжил: — Я бы никогда, никогда не стал тебя просить ни о чем подобном, но, кажется, у меня нет выбора.
Бернард испугался:
— Ты хочешь о чем-то меня попросить? Меня?!
— Да. Именно тебя, потому что больше, как видишь, некого. Это связано с тем днем, когда я и ТАРДИС разминулись. И это смертельно опасно. Я бы даже сказал, что шансы на успех минимальны. Они минимальны не потому, что твоя смерть — это фиксированная точка, а потому, что мой план — чистой воды самоубийство для кого угодно.
— Да о чем речь-то?! — не вытерпел Бернард и тоже вскочил.
— Бернард, мы должны… Победить двух далеков.
Глава 11
Люстра висела не строго в центре потолка, была неприятно пыльной и светила неровным желтым светом. Бернард рассматривал ее уже целых сорок семь минут, о чем свидетельствовали огромные напольные часы в викторианском стиле, стоящие в углу кабинета и тикающие невыносимо громко. Люстра раздражала, но больше на потолке рассматривать было нечего.С усилием Бернард приподнял голову и увидел, что лужа крови, в которой он лежал, стала немного шире. В его правом боку была глубокая рана диаметром дюйма в три, и это было бы, наверное, очень больно, если бы остался цел позвоночник, однако он был перебит, и Бернард ничего из того, что находилось в его теле ниже ребер, не чувствовал.
Страница 23 из 33
