Чудовище Цеплин

— Да, по делу Игараси, — осторожно сказал Арпад, не зная, как подруга отреагирует на эту новость. — Слышала, что у них произошло?

— Да, — Агата ненадолго задумалась, свет странно отразился в её глазах. — Бедняга Тои.

— Ты хорошо её знала?

Он не мог понять, что с её глазами — они блестели слишком сильно для такого освещения, но Агата не выглядела огорченной, чтобы можно было заподозрить, что она оплакивает судьбу Тои Игараси.

— Ты что, голодна? — уточнил Арпад. — Нет, правда, не надо было отвлекаться от клиента. Может, ещё не поздно…

— Не парься, — Агата тряхнула головой, взгляд её потух, но не полностью. — Тои я знала не слишком хорошо. Так, пару раз встречались. Она мне показалась нормальной.

— А что говорят про клан в целом? Не было у них проблем с миньонами в последнее время?

Агата невесело хохотнула.

— Сейчас их ни у кого нет, даже у меня. Люди ищут простых развлечений, особенно поздней осенью и зимой. Не зря же именно в это время года Тои и другие выходят на «охоту». Подсаживают сейчас, а потом люди и сами не хотят уходить.

Арпад помолчал немного, рассуждая о том, что могло произойти с Тои, и какие из слухов, дошедших до Агаты, могли оказаться полезными.

— Предположим, Тои действительно напала не на тех и нарушила закон. Кто попытался бы решить вопрос убийством, а не жалобой в гильдию?

— Конкуренты, — сразу же выдала Агата. — Эти турне по Ахаонгу — типичная фишка Игараси, им вечно мало своей территории, они лазят по чужим. Вормрут, Диффоук, все южные поселения — территория клана Месарош, все это знают. Если является чужак, он должен быть со своим миньоном. Если такового нет — правило хорошего тона требует получить разрешение от местных глав семьи Месарош.

— Игараси конфликтовали с Месарош по этому вопросу? — спросил, скривившись, Арпад. Если что и было менее приятным, чем защищать права кровососов, так это встревать в их разборки.

— Не открыто, — пожала плечами Агата. — Но злые шутки определённо ходят. Может, на этот раз Тои преступила черту, и у кого-то сорвало крышу…

Агата пристально наблюдала за каким-то молодым парнем на другом конце бара. Он казался совершенно пьяным, но всё ещё несчастным. Арпад невольно вздрогнул и поёжился из-за мурашек, побежавших по спине. Подумать только: не будь Агата его подругой детства, он мог бы и не получить иммунитета к влиянию гемофилов. И вместо глуповатого молодого парня, упивающегося своей печалью, Агата смотрела бы голодным взглядом на него, на Арпада. И растекался бы он тут безвольной лужицей, согласный на всё, лишь бы эта неземная богиня подарила ему больше, чем просто прикосновение…

— А как у Месарош дела в последнее время? — спросил он. По всему было похоже, что расследование придётся начать именно с них. Версия Агаты выглядит очень правдоподобно.

— Здесь, в Вормруте, ничего особенного, а в Диффоуке — процветают, — сообщила Агата. — Йерне целое состояние сделала на мародёрстве.

— Поясни, — заинтересовался Арпад.

— Номады Цеплин, — сказала Агата. — Йерне нашла место их последней стоянки, вместе со всеми пожитками. А раз уж эти вещи никому не нужны — Йерне решила подзаработать.

Арпад нахмурился и прикрыл глаза, пытаясь абстрагироваться от шума и обстановки и сосредоточиться. Четыре года назад пропало целое племя номадов Цеплин — по своему обыкновению они ушли поздней осенью в пустыню, чтобы добывать обсидиан и прочие ценные дары вулканов, но не вернулись. Весной, когда стало ясно, что они где-то запропастились, отправляться в пустыню было поздно — слишком жарко. А следующей зимой даже следов обнаружить не удалось — тракт Цеплин, как назывался их общеизвестный маршрут, был залит лавовыми реками и озёрами. Позже к этому вопросу никто не возвращался — кроме Йерне Месарош, судя по всему.

— И что, много ценного она там нашла?

— Трудно сказать, мне декларацию не показывали, — пожала плечами Агата. — Однако ни с миньонами, ни с их содержанием у Месарош уже давно не было трудностей.

Что ж, если у Цеплин действительно было что-то ценное, Тои Игараси тоже могла заинтересоваться и попытать счастья в мародерстве. Это объясняло, что они с миньоном делали в пустыне, но не объясняло её смерть. Мато писал, что рядом никого не было, а кровососа или человека Тои заметила бы издалека. Значит, она по какой-то причине не сообщила об этом своему миньону. В чем же могла заключаться причина?

Арпад тяжело вздохнул. Дело всё больше пахло внутренними разборками кровососов, и влезать в это ох как не хотелось. Тем более что речь шла о двух законопослушных и довольно-таки благонадёжных кланах, каждый из которых добровольно сотрудничал с охотниками во время кровавой десятилетки. Что же они не поделили между собой?

— Странно, что это поручили именно вам с Фирмином, — заметила Агата, нарушая молчание.