Фандом: Гарри Поттер. История Антонина Долохова — примерно с середины 70-х гг. ХХ в.
Добавить в моё избранное
118 мин, 48 сек 14086
Оказавшись в зале, они сперва даже растерялись от накала эмоций и разнообразия возможностей — а потом потеряли головы. Поначалу им всем везло, но постепенно они начали и проигрывать — и вот то одна, то другой потихонечку, совсем незаметно начали… слегка помогать удаче.
Иными словами — мошенничать.
Ночь давно уже перешла свою середину, ребята играли всё азартнее и азартнее — а сверху за впавшей в раж компанией наблюдали.
— Сэр, привести их? — спросил плотный невысокий мужчина в форме служителя казино, которая хоть и была сшита специально на него, а всё равно казалось мала
— Да нет, — задумчиво проговорил черноволосый мужчина, одетый в идеально сидящий на нём смокинг, в петлицу которого была вставлена алая роза, в точности повторяющая цвет его галстука-бабочки. — Пусть играют… как уйдут — встретите на улице. Они ещё много выиграют, я думаю, — сказал он, улыбнувшись. — Выпускной же.
— Может, пожалеем ребят? — помолчав, спросил всё-таки первый. — Ведь правда же — выпускной.
— Да нет, — повторил тот. — Похоже, что в школе у них мозги на место не встали — должен же кто-нибудь сделать это хотя бы сейчас. Так что пусть себе развлекаются, — он обернулся и посмотрел на собеседника с ласковой, почти нежной улыбкой, от которой у того неприятно похолодела спина. — Главное — не упусти их. Иначе тебе самому придётся отрабатывать весь их долг, — он солнечно улыбнулся, подмигнул ему — и вышел из маленькой комнатки, спрятанной прямо под потолком и укрытой от посторонних глаз чарами.
Правила казино Лас-Вегаса, да и всех Соединённых Штатов Америки довольно сурово карали магическое шулерство: все выигранные при его помощи деньги — причём без вычета проигрыша — облагались штрафом в десятикратном размере, который подлежал выплате в течение сорока восьми часов. В случае если по каким-то причинам подобное было невозможно, казино заключало с должником магический контракт — о, разумеется, ничего незаконного! — по которому тот должен был отработать долг. И вот тут бывали самые разные варианты: условия контрактов могли варьироваться от бесплатной чёрной работы наподобие мойки полов (да-да, и такое тоже встречалось!) до выполнения сложных и хитроумных заданий — всё зависело от суммы долга и талантов его обладателя.
От выпускников Салема ожидать можно было всякого — кто их знает, чему они научились… шулерствуют, вон, даже красиво и с выдумкой — это говорило в их пользу, а вот что не потрудились прочитать правила и предупреждение, вывешенные прямо на входе и видимые только волшебникам — ну, может, это на них так выпускной повлиял. Хотя, с другой стороны, кто все эти объявления читает…
Мужчина в смокинге тем временем вышел в зал и неспешно прошёлся по нему, кивая служителям и знакомым и потягивая вино из бокала, что держал в левой руке. Подошёл и к выпускникам: три парня и три девчонки, интересно, как они добрались сюда? В машине вшестером неудобно — разве что та зачарована. Небось, у родителей взяли… глупые, глупые дети. Похоже, то, о чём ему рассказывали, отнюдь не было преувеличением — история повторяется из года в год: в прошлом году, например, как ему говорили, была даже не одна такая компания, а целых две — некоторые до сих пор здесь так и работали: вон, например, девушка, обносящая бесплатными напитками особых гостей. Ничего, ещё двадцать… кажется, да — двадцать лет — и она будет совершенно свободна: хорошо она тогда поиграла. Тысяч, кажется, тридцать выиграла — теперь вот работает за самую минимальную оплату, которая позволяет ей кое-как сводить концы с концами, а остальное уходит на оплату долга, и пусть скажет спасибо за минимальный процент. Вот и эти детишки… мужчина сосредоточился: да, каждый уже очень неплохо нажился! Особенно вон та девчонка, с русыми волосами в расшитом блёстками платьице. Умыть бы её да одеть нормально — была бы очень хорошенькой… ему очень не нравилась нынешняя мода что на эти нелепые квадратные широкие плечи — будто мужчина переодетый, а не женщина, а он вовсе не был поклонником трансвестизма — что на макияж совершенно диких оттенков. А впрочем, это пусть у её родителей голова болит — у самого него, к счастью, таких проблем нет.
… Выпускники закончили играть на рассвете — и, встреченные на выходе парализующими заклятьями, были доставлены в специально для таких случаев выделенную комнату, где их устроили в креслах, отняли палочки — и сняли чары. Оглядевшись, они увидели сидящего напротив них за простым письменным столом изысканного брюнета в чёрном смокинге, который улыбнулся им и сказал:
— Доброе утро, дамы и господа, служба безопасности казино. У нас есть к вам некоторые вопросы. Начнём с того, читали ли вы наши правила, вывешенные на входе?
— Нет, — недоумённо, вразнобой ответили они. Двое парней вскочили, нервно хлопая себя по карманам — искали палочки, видимо.
— Сядьте, — вежливо проговорил мужчина, наводя на них палочку, и добавил: — Пожалуйста.
Иными словами — мошенничать.
Ночь давно уже перешла свою середину, ребята играли всё азартнее и азартнее — а сверху за впавшей в раж компанией наблюдали.
— Сэр, привести их? — спросил плотный невысокий мужчина в форме служителя казино, которая хоть и была сшита специально на него, а всё равно казалось мала
— Да нет, — задумчиво проговорил черноволосый мужчина, одетый в идеально сидящий на нём смокинг, в петлицу которого была вставлена алая роза, в точности повторяющая цвет его галстука-бабочки. — Пусть играют… как уйдут — встретите на улице. Они ещё много выиграют, я думаю, — сказал он, улыбнувшись. — Выпускной же.
— Может, пожалеем ребят? — помолчав, спросил всё-таки первый. — Ведь правда же — выпускной.
— Да нет, — повторил тот. — Похоже, что в школе у них мозги на место не встали — должен же кто-нибудь сделать это хотя бы сейчас. Так что пусть себе развлекаются, — он обернулся и посмотрел на собеседника с ласковой, почти нежной улыбкой, от которой у того неприятно похолодела спина. — Главное — не упусти их. Иначе тебе самому придётся отрабатывать весь их долг, — он солнечно улыбнулся, подмигнул ему — и вышел из маленькой комнатки, спрятанной прямо под потолком и укрытой от посторонних глаз чарами.
Правила казино Лас-Вегаса, да и всех Соединённых Штатов Америки довольно сурово карали магическое шулерство: все выигранные при его помощи деньги — причём без вычета проигрыша — облагались штрафом в десятикратном размере, который подлежал выплате в течение сорока восьми часов. В случае если по каким-то причинам подобное было невозможно, казино заключало с должником магический контракт — о, разумеется, ничего незаконного! — по которому тот должен был отработать долг. И вот тут бывали самые разные варианты: условия контрактов могли варьироваться от бесплатной чёрной работы наподобие мойки полов (да-да, и такое тоже встречалось!) до выполнения сложных и хитроумных заданий — всё зависело от суммы долга и талантов его обладателя.
От выпускников Салема ожидать можно было всякого — кто их знает, чему они научились… шулерствуют, вон, даже красиво и с выдумкой — это говорило в их пользу, а вот что не потрудились прочитать правила и предупреждение, вывешенные прямо на входе и видимые только волшебникам — ну, может, это на них так выпускной повлиял. Хотя, с другой стороны, кто все эти объявления читает…
Мужчина в смокинге тем временем вышел в зал и неспешно прошёлся по нему, кивая служителям и знакомым и потягивая вино из бокала, что держал в левой руке. Подошёл и к выпускникам: три парня и три девчонки, интересно, как они добрались сюда? В машине вшестером неудобно — разве что та зачарована. Небось, у родителей взяли… глупые, глупые дети. Похоже, то, о чём ему рассказывали, отнюдь не было преувеличением — история повторяется из года в год: в прошлом году, например, как ему говорили, была даже не одна такая компания, а целых две — некоторые до сих пор здесь так и работали: вон, например, девушка, обносящая бесплатными напитками особых гостей. Ничего, ещё двадцать… кажется, да — двадцать лет — и она будет совершенно свободна: хорошо она тогда поиграла. Тысяч, кажется, тридцать выиграла — теперь вот работает за самую минимальную оплату, которая позволяет ей кое-как сводить концы с концами, а остальное уходит на оплату долга, и пусть скажет спасибо за минимальный процент. Вот и эти детишки… мужчина сосредоточился: да, каждый уже очень неплохо нажился! Особенно вон та девчонка, с русыми волосами в расшитом блёстками платьице. Умыть бы её да одеть нормально — была бы очень хорошенькой… ему очень не нравилась нынешняя мода что на эти нелепые квадратные широкие плечи — будто мужчина переодетый, а не женщина, а он вовсе не был поклонником трансвестизма — что на макияж совершенно диких оттенков. А впрочем, это пусть у её родителей голова болит — у самого него, к счастью, таких проблем нет.
… Выпускники закончили играть на рассвете — и, встреченные на выходе парализующими заклятьями, были доставлены в специально для таких случаев выделенную комнату, где их устроили в креслах, отняли палочки — и сняли чары. Оглядевшись, они увидели сидящего напротив них за простым письменным столом изысканного брюнета в чёрном смокинге, который улыбнулся им и сказал:
— Доброе утро, дамы и господа, служба безопасности казино. У нас есть к вам некоторые вопросы. Начнём с того, читали ли вы наши правила, вывешенные на входе?
— Нет, — недоумённо, вразнобой ответили они. Двое парней вскочили, нервно хлопая себя по карманам — искали палочки, видимо.
— Сядьте, — вежливо проговорил мужчина, наводя на них палочку, и добавил: — Пожалуйста.
Страница 28 из 33
