В лихие 90-е можно было серьезно пострадать даже за косой взгляд на бандита, а уж если человек обладал каким-либо активом — например, квартирой, то его шансы стать жертвой увеличивались многократно. Одинокие пенсионеры, алкоголики и наркоманы в Петербурге полегли первыми за свои квадратные метры, а их убийцы стали миллионерами. Как раз в это время Владимир Тихонов и решил начать свою карьеру риелтора.
Добавить в моё избранное
5 мин, 45 сек 402
Спустя два года он был уже «человеком в теме», много знал как о легальных схемах, так и незаконных методах отъема жилья. Таких дельцов в 90-е именовали «черные маклеры» — ради квартир они убивали их владельцев. В начале 90-х о случаях убийств владельцев жилья пресса почти не писала. Зато от своих коллег Тихонов не раз слышал, как разный асоциальный элемент бандиты навсегда успокаивали на дне водоемов Ленинградской области…
В лучшем случае бедолаг переселяли в разваленную хибару в один из дальних поселков. Например, дурную славу приобрел райцентр Сланцы, куда мошенники массово «депортировали» недавних квартировладельцев. Пьяные переселенцы даже не помнили, как оказались в этой глуши, а протрезвев, смешили местных вопросом:«А где тут у вас метро?».
Но связываться с братвой интеллигентный Тихонов опасался. Он понимал, что при неудачном стечении обстоятельств бандиты отправят к праотцам уже его самого. Поэтому парень придумал гораздо более спокойный и, главное, практически недоказуемый способ избавления квартир от их владельцев.
В конце 1992 года, расселяя большую коммунальную квартиру на Петроградской стороне, Владимир столкнулся с 43-летним Вадимом Красиковым. Сначала Тихонов уговорами под водочку почти склонил Красикова к переезду, но через день тот отказался не только переезжать, но и вообще впускать риелтора в комнату. Сложная цепочка встречных сделок, в результате которой Тихонов мог солидно обогатиться, теперь зависела от одного алкаша в убогой комнатенке.
В голову сама собой пришла мысль о том, как было бы замечательно обойтись и вовсе без этого Красикова. Вот, скажем, если бы он взял да и умер. От водки или другого пойла. Ведь по телевизору показывают десятки случаев, когда даже обеспеченные люди, купив в ларьке суррогат, дохли как мухи. А этот пьет всякую дрянь — и ничего, живет! За советом Вадим обратился к знакомому врачу Александру Кулакову — терапевту одной из городских поликлиник. Консультации Тихонов пообещал щедро оплатить, и врач написал ему рецепт из смеси таких сипьнодействующих препаратов, как дитилин, аминазин, фениамин. Все это, учитывая среду растворения — технический спирт, должно было немедленно привести к коллапсу сердечной мышцы и, естественно, к смерти алкоголика.
Как ни удивительно, но, будто предчувствуя подвох, Красиков не хотел пускать Тихонова на порог даже с бутылкой водки. Владимир схитрил: «Ладно, Вадик, ухожу. Ты еще подумай, а это тебе от меня. Здоровье поправишь». Когда риелтор пришел утром в коммуналку, труп Вадика уже окоченел. Тихонов сам вызвал «скорую» и милицию. Представился близким другом покойного, поохал, что вот-де Володька едва не сорвал ему сделку:«Слава Богу, доверенность успели оформить».
Доверенность, также как и договор купли-продажи, Тихонов оформил в тот же день задним числом у знакомого нотариуса Ольги Одорал. Он убедил ее, что у покойного нет родственников, и никто не будет проверять, отчего он помер. В качестве доказательства мужчина использовал несколько зеленых бумажек с портретом президента США. Одорал выписала доверенность, а заодно договор купли-продажи, после чего документы переместились в Бюро регистраций сделок с недвижимостью. Начало было положено.
Когда Тихонов получил свидетельство о собственности, то задумался, что в городе еще полным-полно таких обладателей ценной недвижимости. И вскоре он нашел еще одного. Это был уже владелец не комнаты, а целой двухкомнатной квартиры в Калининском районе. Клиентом заботливого специалиста стал 58-летний Юрий Сапогов. Мужчина злоупотреблял спиртным и имел огромный долг по квартплате. Его двушка в кирпичном доме была главной ценностью покатившейся под откос жизни.
Ставка в этот раз была выше, чем в предыдущем случае, и Тихонов для успеха операции присмотрел себе помощников. Помимо уже упомянутого врача Кулакова, риелтор обзавелся подельником в городском морге — 52-летним санитаром-крематором Николаем Лапшиным. Это уже потом в ОПГ появились водители, разводилы, киллеры. А вначале их было всего четверо: риелтор, врач, нотариус и санитар.
Подход к Сапогову Тихонов выбрал нетривиальный. Он представился торговцем фруктами и попросил сдать ему в аренду комнату для хранения товара. Оплата была стандартной — бутылка водки в день. Когда Сапогов к нему привык, Тихонов стал убеждать, что он подобрал ему хорошую однокомнатную квартиру, куда тому можно переехать. Долги по квартплате Тихонов брал на себя, да еще и посулил приличную доплату. Для верности даже свозил алкоголика в эту квартиру — вот, мол, твоя будущая вотчина! А чтобы не таскать Сапогова по нотариусам и жилконторам, убедил написать на него доверенность. После чего мошенник спокойно оформил куплю-продажу и тут же принес Юрию мировую бутылку смертельного коктейля.
Когда у Сапогова остановилось сердце, «торговец фруктами» уже привычно вызвал скорую и милицию. Медики констатировали смерть Сапогова, а врач, получивший от Вадима немного денег, отвез труп именно в тот морг, где работал Лапшин.
В лучшем случае бедолаг переселяли в разваленную хибару в один из дальних поселков. Например, дурную славу приобрел райцентр Сланцы, куда мошенники массово «депортировали» недавних квартировладельцев. Пьяные переселенцы даже не помнили, как оказались в этой глуши, а протрезвев, смешили местных вопросом:«А где тут у вас метро?».
Но связываться с братвой интеллигентный Тихонов опасался. Он понимал, что при неудачном стечении обстоятельств бандиты отправят к праотцам уже его самого. Поэтому парень придумал гораздо более спокойный и, главное, практически недоказуемый способ избавления квартир от их владельцев.
В конце 1992 года, расселяя большую коммунальную квартиру на Петроградской стороне, Владимир столкнулся с 43-летним Вадимом Красиковым. Сначала Тихонов уговорами под водочку почти склонил Красикова к переезду, но через день тот отказался не только переезжать, но и вообще впускать риелтора в комнату. Сложная цепочка встречных сделок, в результате которой Тихонов мог солидно обогатиться, теперь зависела от одного алкаша в убогой комнатенке.
В голову сама собой пришла мысль о том, как было бы замечательно обойтись и вовсе без этого Красикова. Вот, скажем, если бы он взял да и умер. От водки или другого пойла. Ведь по телевизору показывают десятки случаев, когда даже обеспеченные люди, купив в ларьке суррогат, дохли как мухи. А этот пьет всякую дрянь — и ничего, живет! За советом Вадим обратился к знакомому врачу Александру Кулакову — терапевту одной из городских поликлиник. Консультации Тихонов пообещал щедро оплатить, и врач написал ему рецепт из смеси таких сипьнодействующих препаратов, как дитилин, аминазин, фениамин. Все это, учитывая среду растворения — технический спирт, должно было немедленно привести к коллапсу сердечной мышцы и, естественно, к смерти алкоголика.
Как ни удивительно, но, будто предчувствуя подвох, Красиков не хотел пускать Тихонова на порог даже с бутылкой водки. Владимир схитрил: «Ладно, Вадик, ухожу. Ты еще подумай, а это тебе от меня. Здоровье поправишь». Когда риелтор пришел утром в коммуналку, труп Вадика уже окоченел. Тихонов сам вызвал «скорую» и милицию. Представился близким другом покойного, поохал, что вот-де Володька едва не сорвал ему сделку:«Слава Богу, доверенность успели оформить».
Доверенность, также как и договор купли-продажи, Тихонов оформил в тот же день задним числом у знакомого нотариуса Ольги Одорал. Он убедил ее, что у покойного нет родственников, и никто не будет проверять, отчего он помер. В качестве доказательства мужчина использовал несколько зеленых бумажек с портретом президента США. Одорал выписала доверенность, а заодно договор купли-продажи, после чего документы переместились в Бюро регистраций сделок с недвижимостью. Начало было положено.
Когда Тихонов получил свидетельство о собственности, то задумался, что в городе еще полным-полно таких обладателей ценной недвижимости. И вскоре он нашел еще одного. Это был уже владелец не комнаты, а целой двухкомнатной квартиры в Калининском районе. Клиентом заботливого специалиста стал 58-летний Юрий Сапогов. Мужчина злоупотреблял спиртным и имел огромный долг по квартплате. Его двушка в кирпичном доме была главной ценностью покатившейся под откос жизни.
Ставка в этот раз была выше, чем в предыдущем случае, и Тихонов для успеха операции присмотрел себе помощников. Помимо уже упомянутого врача Кулакова, риелтор обзавелся подельником в городском морге — 52-летним санитаром-крематором Николаем Лапшиным. Это уже потом в ОПГ появились водители, разводилы, киллеры. А вначале их было всего четверо: риелтор, врач, нотариус и санитар.
Подход к Сапогову Тихонов выбрал нетривиальный. Он представился торговцем фруктами и попросил сдать ему в аренду комнату для хранения товара. Оплата была стандартной — бутылка водки в день. Когда Сапогов к нему привык, Тихонов стал убеждать, что он подобрал ему хорошую однокомнатную квартиру, куда тому можно переехать. Долги по квартплате Тихонов брал на себя, да еще и посулил приличную доплату. Для верности даже свозил алкоголика в эту квартиру — вот, мол, твоя будущая вотчина! А чтобы не таскать Сапогова по нотариусам и жилконторам, убедил написать на него доверенность. После чего мошенник спокойно оформил куплю-продажу и тут же принес Юрию мировую бутылку смертельного коктейля.
Когда у Сапогова остановилось сердце, «торговец фруктами» уже привычно вызвал скорую и милицию. Медики констатировали смерть Сапогова, а врач, получивший от Вадима немного денег, отвез труп именно в тот морг, где работал Лапшин.
Страница 1 из 2
