Фандом: Гарри Поттер. Тренироваться в одной команде со своим личным врагом, пытаться ужиться и не спятить при этом — что может быть хуже? Да это просто наказание какое-то!
Добавить в моё избранное
87 мин, 5 сек 3046
Теперь же он полностью изменился, видимо, решив взяться за дело всерьёз и настроиться на победу. Он резко, но по существу делал парням замечания, рассказывал на ходу, как усилить удар мяча или, наоборот, смягчить попадание. Учил точно бить по воротам, и его бита мелькала, как сумасшедшая. Количество мячей, забитых в ворота или отбитых Оливером, трудно было сосчитать, и впервые за много лет Вуд ощущал, что действительно устаёт от тренировок — до ломоты в костях.
Вот и сегодня тоже — игра началась всего лишь час назад, а Оливер уже чувствовал, как гудят мышцы. Пот застилал глаза, а мокрая одежда липла к телу, но Вуд и не думал жаловаться. Интенсивные нагрузки — вот чего ему всегда отчаянно не хватало, и теперь он вовсю наслаждался высоким темпом игры, попутно с удовольствием отмечая, что его ребята понемногу тоже начинают улучшать свои навыки, и их команда становится похожей именно на команду, а не на тот позор, что был совсем недавно.
Да и парни к Флинту попривыкли — всё чаще в их глазах мелькало уважение и внимательная сосредоточенность, а не привычное брезгливое отчуждение и насмешка. Ну, а Флинт — так и вовсе развернулся на полную. Он походил на человека, которого много дней морили голодом, а потом пригласили на шикарный ужин. Было видно, что он соскучился по хорошей игре, совсем как и сам Ол — в этом они со слизером были похожи.
Ещё через пару часов, когда тренировка почти подходила к концу, Марк напоследок решил показать загонщику, как лучше замахиваться. Выпустив древко из рук и держась на метле одними ногами, он азартно махал битой, и в этот момент на него случайно налетел один из охотников, сильно толкнув. Бита полетела на землю, а Флинт, успев в последний момент ухватиться пальцами за метлу, повис в воздухе вверх ногами. Все испуганно замерли, не смея пошевелиться, а толкнувший его охотник, Мерфи, так растерялся, что выпустил из рук квоффл.
А потом случилось то, о чём много повидавшие в своей жизни авроры ещё долго будут помнить: видя падающий как раз на него мяч, Флинт сильнее сжал метлу ногами и перехватил трофей, а затем, извернувшись под немыслимым углом, послал его в ворота…
Оливер впоследствии не раз прокручивал произошедшую сцену в голове, пытаясь понять, как же он, чёрт возьми, смог пропустить этот гол: то ли засмотрелся на Флинта, то ли не ожидал, что тот кинет мяч из такого неудобного положения. В любом случае, следовало признать, что поганец сработал чертовски красиво. А через несколько секунд тот, как ни в чём не бывало, снова ровно сидел на метле.
С минуту в воздухе царила гробовая тишина — все отходили от шока, — а потом пауза взорвалась шумной суетой. Все загалдели, засуетились, подлетая к Марку и хлопая его по плечу или пожимая руку. А Оливер неверяще округлил глаза, наблюдая, как у Флинта, отвечающего парням и пожимающего их руки в ответ, с лицом приключилось что-то странное: Маркус… улыбался. Не злобно ухмылялся, не корчил рожи, не рычал или, на худой конец, грубо распекал за косяки, а улыбался — слегка смущённо (как показалось Вуду), словно ему непривычно это делать. Впрочем, скорее всего, так и было.
Улыбающийся Флинт. Смущенный Флинт. Флинт, по-дружески разговаривающий с его ребятами-аврорами… Вуд завис, пытаясь осознать этот сюр.
Он знал Маркуса Флинта много лет, видел его всяким — и равнодушным, и злым, и раздраженным, и взбешенным — такой Флинт был привычным, понятным и принятым как не оспоримый факт. Но сейчас все это летело книззлу под хвост.
«Ему идёт улыбка», — возникла в голове, словно добивая, бредовая мысль. Но Вуд даже не одёрнул себя — настолько потрясён был произошедшими в своём «напарнике» метаморфозами. К тому же, Ол не мог не признать, что мысль эта была в некоторой степени справедлива: когда Флинт улыбался, его невзрачное лицо удивительным образом преображалось. И на такого Флинта было… приятно смотреть. По крайней мере, интересно.
Поймав себя на том, что откровенно пялится на Марка, Вуд густо покраснел и решил побыстрее слинять с поля. Аккуратно приземлившись на землю, он подхватил метлу и на хорошей спринтерской скорости рванул в раздевалку. Но не успел сделать и нескольких шагов, как на плечо ему опустилась чья-то рука. Ол подпрыгнул, резко разворачиваясь, и ошалел ещё больше: перед ним стоял Флинт. Стоял, смотрел непонятным взглядом и переминался с ноги на ногу.
То, что Флинт всю эту неделю был какой-то необычный (помимо его резко улучшившихся навыков игры в квиддич, конечно), Вуд заметил уже давно.
Тот начал часто бросать на Ола странные долгие взгляды, иногда подлетал к нему, открывая рот, будто хочет что-то сказать, но тут же захлопывал и молча улетал. Пару раз тянул время в раздевалке, словно хотел остаться с Вудом наедине и о чём-то поговорить или попросить, но опять же в самый последний момент не выдерживал и живо подрывался из комнаты, едва стоило Вуду показаться в проёме душевой…
Одним словом — Флинт маялся.
Вот и сегодня тоже — игра началась всего лишь час назад, а Оливер уже чувствовал, как гудят мышцы. Пот застилал глаза, а мокрая одежда липла к телу, но Вуд и не думал жаловаться. Интенсивные нагрузки — вот чего ему всегда отчаянно не хватало, и теперь он вовсю наслаждался высоким темпом игры, попутно с удовольствием отмечая, что его ребята понемногу тоже начинают улучшать свои навыки, и их команда становится похожей именно на команду, а не на тот позор, что был совсем недавно.
Да и парни к Флинту попривыкли — всё чаще в их глазах мелькало уважение и внимательная сосредоточенность, а не привычное брезгливое отчуждение и насмешка. Ну, а Флинт — так и вовсе развернулся на полную. Он походил на человека, которого много дней морили голодом, а потом пригласили на шикарный ужин. Было видно, что он соскучился по хорошей игре, совсем как и сам Ол — в этом они со слизером были похожи.
Ещё через пару часов, когда тренировка почти подходила к концу, Марк напоследок решил показать загонщику, как лучше замахиваться. Выпустив древко из рук и держась на метле одними ногами, он азартно махал битой, и в этот момент на него случайно налетел один из охотников, сильно толкнув. Бита полетела на землю, а Флинт, успев в последний момент ухватиться пальцами за метлу, повис в воздухе вверх ногами. Все испуганно замерли, не смея пошевелиться, а толкнувший его охотник, Мерфи, так растерялся, что выпустил из рук квоффл.
А потом случилось то, о чём много повидавшие в своей жизни авроры ещё долго будут помнить: видя падающий как раз на него мяч, Флинт сильнее сжал метлу ногами и перехватил трофей, а затем, извернувшись под немыслимым углом, послал его в ворота…
Оливер впоследствии не раз прокручивал произошедшую сцену в голове, пытаясь понять, как же он, чёрт возьми, смог пропустить этот гол: то ли засмотрелся на Флинта, то ли не ожидал, что тот кинет мяч из такого неудобного положения. В любом случае, следовало признать, что поганец сработал чертовски красиво. А через несколько секунд тот, как ни в чём не бывало, снова ровно сидел на метле.
С минуту в воздухе царила гробовая тишина — все отходили от шока, — а потом пауза взорвалась шумной суетой. Все загалдели, засуетились, подлетая к Марку и хлопая его по плечу или пожимая руку. А Оливер неверяще округлил глаза, наблюдая, как у Флинта, отвечающего парням и пожимающего их руки в ответ, с лицом приключилось что-то странное: Маркус… улыбался. Не злобно ухмылялся, не корчил рожи, не рычал или, на худой конец, грубо распекал за косяки, а улыбался — слегка смущённо (как показалось Вуду), словно ему непривычно это делать. Впрочем, скорее всего, так и было.
Улыбающийся Флинт. Смущенный Флинт. Флинт, по-дружески разговаривающий с его ребятами-аврорами… Вуд завис, пытаясь осознать этот сюр.
Он знал Маркуса Флинта много лет, видел его всяким — и равнодушным, и злым, и раздраженным, и взбешенным — такой Флинт был привычным, понятным и принятым как не оспоримый факт. Но сейчас все это летело книззлу под хвост.
«Ему идёт улыбка», — возникла в голове, словно добивая, бредовая мысль. Но Вуд даже не одёрнул себя — настолько потрясён был произошедшими в своём «напарнике» метаморфозами. К тому же, Ол не мог не признать, что мысль эта была в некоторой степени справедлива: когда Флинт улыбался, его невзрачное лицо удивительным образом преображалось. И на такого Флинта было… приятно смотреть. По крайней мере, интересно.
Поймав себя на том, что откровенно пялится на Марка, Вуд густо покраснел и решил побыстрее слинять с поля. Аккуратно приземлившись на землю, он подхватил метлу и на хорошей спринтерской скорости рванул в раздевалку. Но не успел сделать и нескольких шагов, как на плечо ему опустилась чья-то рука. Ол подпрыгнул, резко разворачиваясь, и ошалел ещё больше: перед ним стоял Флинт. Стоял, смотрел непонятным взглядом и переминался с ноги на ногу.
То, что Флинт всю эту неделю был какой-то необычный (помимо его резко улучшившихся навыков игры в квиддич, конечно), Вуд заметил уже давно.
Тот начал часто бросать на Ола странные долгие взгляды, иногда подлетал к нему, открывая рот, будто хочет что-то сказать, но тут же захлопывал и молча улетал. Пару раз тянул время в раздевалке, словно хотел остаться с Вудом наедине и о чём-то поговорить или попросить, но опять же в самый последний момент не выдерживал и живо подрывался из комнаты, едва стоило Вуду показаться в проёме душевой…
Одним словом — Флинт маялся.
Страница 13 из 25
