Фандом: Гарри Поттер. Зеленые глаза преследовали ее повсюду, куда бы она ни пошла. То ли правда, то ли игра воображения. Дафна не могла отделаться от мыслей о Гарри, о его раскрасневшемся лице, алых, искусанных губах, о жилке на его шее, подрагивающей от напряжения… Поттер не подходил к ней, но искал встреч, может, даже неосознанно. Нарочно задерживался после занятия, чтобы проводить ее взглядом; спешил к теплицам, чтобы опередить ее и позволить пройти мимо. И сверлил, сверлил, сверлил глазами, словно надеялся таким образом узнать, есть ли у нее что-то с Малфоем или нет.
Добавить в моё избранное
147 мин, 33 сек 5142
— Ладно, пойдем, — процедил он сквозь зубы, пряча руки глубоко в карманы.
Они вышли из гостиной и укрылись в пустом кабинете Зельеварения, который располагался неподалеку.
— Ты совсем страх потеряла?! — Малфой схватил Гринграсс за плечи и встряхнул.
— Убери руки! — она вырвалась и едва не упала, схватилась за край ближайшей парты и подвернула ногу. Но это не поколебало ее решимости. — Где мои трусы?!
— Ты еще не выполнила свою часть сделки, — злобно напомнил Драко, падая на стул.
— Ты, похоже, тоже, — Дафна скрестила руки на груди и нависла над ним, как грозовая туча. — Отдай мне трусы и еще… флакон с воспоминаниями Снейпа. Сейчас же!
— А то что? — спросил Малфой пренебрежительно.
— А то мне придется расстроить Поттера слезным рассказом о том, что я ничего этого не получала!
Драко изменился в лице — явно не ожидал, что эта тема всплывет с такой неприглядной стороны.
— Быстро же вы спелись, — выплюнул он и стал нервно постукивать пальцами по столу.
— Представь себе! — Дафна с достоинством подняла голову.
— Хорошо, — согласился Малфой хищно. — Пойдем в гостиную — я вынесу все, что должен был передать тебе. Там в этот час людно, конечно, но это не так важно — вопросы ведь будут задавать не мне!
— Ты этого не сделаешь, — спокойно возразила Дафна, разбивая вдребезги его последнюю линию обороны. — Уверена, Поттер не из тех, кто стал бы предавать огласке столь интимные вещи!
— Пошла ты!
— Трусы! — Дафна нетерпеливо постучала по полу мыском туфли. — Я жду!
К ее удивлению, Драко не пошел в спальню. Нехотя, с видом побежденного чемпиона, он извлек предмет ее туалета из кармана и протянул ей, отводя взгляд.
— И воспоминания! — напомнила Гринграсс, сама не своя от счастья.
На этот раз Малфой поднялся и вышел, а когда вернулся, протянул ей небольшой флакончик, наполненный поблескивающей жидкостью.
— Подавись, — буркнул он и собрался уже уходить, когда Дафна окликнула его.
— Если не хочешь, чтобы Поттер узнал, как ты шантажировал меня при помощи его просьбы, носи ему свои конвенты сам! Зато с чувством выполненного долга! — и Гринграсс заливисто захохотала, как умела только она, наслаждаясь победой.
Малфой вышел и хлопнул дверью так, чтобы ей стало ясно, как он зол.
Но теперь Дафне было все равно, что думает и чувствует хорек. Она победила! И важнее этого ничего не было на свете. Дафна взглянула на флакон, зажатый в пальцах, и по ее спине пробежали мурашки. Воспоминания Снейпа. Наверняка связанные с ней… Вот как Малфой узнал обо всем! Оставалось лишь найти омут памяти.
Она пришла в спальню и села на кровать. Ей было и хорошо, и страшно немного оттого, что предстояло увидеть. Северус оставил для нее часть себя — это значило так много!
Омут памяти хранился у завхоза, и получить его можно было только под залог палочки, но это не смущало Дафну. Устроившись в комнатке за каморкой Филча, она поставила перед собой большую чашу, украшенную золотом и драгоценными камнями — такими же, какие отсчитывали факультетские баллы в холле школы. Глубоко вздохнула, собралась с мыслями и вылила содержимое флакона в чашу. Серебристая поверхность, похожая на жидкое зеркало, дрогнула, принимая воспоминания Северуса Снейпа, и замерла, ожидая своего зрителя. Дафна колебалась еще немного, а потом резко опустила голову в омут памяти, словно нырнула в манящую тайну…
Это было так непривычно и захватывающе — видеть себя со стороны. Она стояла на лестнице перед директором — голая и доступная, а он шлепал ее: сначала по ягодицам, затем — по промежности… Но только теперь Дафна могла видеть его напряженное, раскрасневшееся лицо. Снейп смотрел на нее жадно, и крылья его носа раздувались при каждом вдохе — директор хотел четче ощутить ее аромат. Он желал ее — Дафна не могла ошибаться. И желал тем сильнее, чем беззащитнее она была перед ним. И тем жестче сдерживал себя: после удара под колени закусил губу, замер на мгновение, чтобы отдышаться, а потом — Дафна не смогла сдержать вздоха разочарования — трусливо сбежал, пряча пылающее лицо за грубыми словами о том, что не опустится до секса с ней…
Вдруг картинка поменялась. Снейп сидел в кабинете, закрыв портреты своих предшественников портьерой, и вертел в руках ее трусы, то сжимая их в порыве выбросить, то разглаживая и глядя сквозь них. Потом он поднес их к лицу, закрыл глаза, втянул носом воздух… Что бы там ни было, он думал о ней — и вовсе не как директор школы о студентке. Дафну бросило в жар. Потом — в холод от осознания того, что больше никогда уже не сможет она потушить пожар, который смогла разжечь в груди этого мужчины…
Но Дафна не успела насладиться моментом — воспоминание перенесло ее в другое место. Это было имение Гринграсс — Дафна без труда узнала кабинет отца.
Они вышли из гостиной и укрылись в пустом кабинете Зельеварения, который располагался неподалеку.
— Ты совсем страх потеряла?! — Малфой схватил Гринграсс за плечи и встряхнул.
— Убери руки! — она вырвалась и едва не упала, схватилась за край ближайшей парты и подвернула ногу. Но это не поколебало ее решимости. — Где мои трусы?!
— Ты еще не выполнила свою часть сделки, — злобно напомнил Драко, падая на стул.
— Ты, похоже, тоже, — Дафна скрестила руки на груди и нависла над ним, как грозовая туча. — Отдай мне трусы и еще… флакон с воспоминаниями Снейпа. Сейчас же!
— А то что? — спросил Малфой пренебрежительно.
— А то мне придется расстроить Поттера слезным рассказом о том, что я ничего этого не получала!
Драко изменился в лице — явно не ожидал, что эта тема всплывет с такой неприглядной стороны.
— Быстро же вы спелись, — выплюнул он и стал нервно постукивать пальцами по столу.
— Представь себе! — Дафна с достоинством подняла голову.
— Хорошо, — согласился Малфой хищно. — Пойдем в гостиную — я вынесу все, что должен был передать тебе. Там в этот час людно, конечно, но это не так важно — вопросы ведь будут задавать не мне!
— Ты этого не сделаешь, — спокойно возразила Дафна, разбивая вдребезги его последнюю линию обороны. — Уверена, Поттер не из тех, кто стал бы предавать огласке столь интимные вещи!
— Пошла ты!
— Трусы! — Дафна нетерпеливо постучала по полу мыском туфли. — Я жду!
К ее удивлению, Драко не пошел в спальню. Нехотя, с видом побежденного чемпиона, он извлек предмет ее туалета из кармана и протянул ей, отводя взгляд.
— И воспоминания! — напомнила Гринграсс, сама не своя от счастья.
На этот раз Малфой поднялся и вышел, а когда вернулся, протянул ей небольшой флакончик, наполненный поблескивающей жидкостью.
— Подавись, — буркнул он и собрался уже уходить, когда Дафна окликнула его.
— Если не хочешь, чтобы Поттер узнал, как ты шантажировал меня при помощи его просьбы, носи ему свои конвенты сам! Зато с чувством выполненного долга! — и Гринграсс заливисто захохотала, как умела только она, наслаждаясь победой.
Малфой вышел и хлопнул дверью так, чтобы ей стало ясно, как он зол.
Но теперь Дафне было все равно, что думает и чувствует хорек. Она победила! И важнее этого ничего не было на свете. Дафна взглянула на флакон, зажатый в пальцах, и по ее спине пробежали мурашки. Воспоминания Снейпа. Наверняка связанные с ней… Вот как Малфой узнал обо всем! Оставалось лишь найти омут памяти.
Она пришла в спальню и села на кровать. Ей было и хорошо, и страшно немного оттого, что предстояло увидеть. Северус оставил для нее часть себя — это значило так много!
Омут памяти хранился у завхоза, и получить его можно было только под залог палочки, но это не смущало Дафну. Устроившись в комнатке за каморкой Филча, она поставила перед собой большую чашу, украшенную золотом и драгоценными камнями — такими же, какие отсчитывали факультетские баллы в холле школы. Глубоко вздохнула, собралась с мыслями и вылила содержимое флакона в чашу. Серебристая поверхность, похожая на жидкое зеркало, дрогнула, принимая воспоминания Северуса Снейпа, и замерла, ожидая своего зрителя. Дафна колебалась еще немного, а потом резко опустила голову в омут памяти, словно нырнула в манящую тайну…
Это было так непривычно и захватывающе — видеть себя со стороны. Она стояла на лестнице перед директором — голая и доступная, а он шлепал ее: сначала по ягодицам, затем — по промежности… Но только теперь Дафна могла видеть его напряженное, раскрасневшееся лицо. Снейп смотрел на нее жадно, и крылья его носа раздувались при каждом вдохе — директор хотел четче ощутить ее аромат. Он желал ее — Дафна не могла ошибаться. И желал тем сильнее, чем беззащитнее она была перед ним. И тем жестче сдерживал себя: после удара под колени закусил губу, замер на мгновение, чтобы отдышаться, а потом — Дафна не смогла сдержать вздоха разочарования — трусливо сбежал, пряча пылающее лицо за грубыми словами о том, что не опустится до секса с ней…
Вдруг картинка поменялась. Снейп сидел в кабинете, закрыв портреты своих предшественников портьерой, и вертел в руках ее трусы, то сжимая их в порыве выбросить, то разглаживая и глядя сквозь них. Потом он поднес их к лицу, закрыл глаза, втянул носом воздух… Что бы там ни было, он думал о ней — и вовсе не как директор школы о студентке. Дафну бросило в жар. Потом — в холод от осознания того, что больше никогда уже не сможет она потушить пожар, который смогла разжечь в груди этого мужчины…
Но Дафна не успела насладиться моментом — воспоминание перенесло ее в другое место. Это было имение Гринграсс — Дафна без труда узнала кабинет отца.
Страница 12 из 42
