Фандом: Люди Икс. Если вас послали ваши кореша — вам уже не повезло. Если в попытке избавиться от них вы переехали в другой город и наткнулись на местных корешей — вам снова не повезло. А уж если вас после этого приметил местный босс… На всякий случай: телефон ближайшего похоронного бюро на холодильнике и удачи.
Добавить в моё избранное
7 мин, 46 сек 8644
— Так почему вдруг я? — хмуро поинтересовался Логан.
— Ты в городе чужой, — пожал плечами Акула. Хотя Логану, наверно, уже пора было называть его просто «босс». Или хотя бы «мистер Леншерр». По крайней мере, в лицо. — У тебя нет связей ни с одной из местных семей, ты не участвовал в здешних разборках… За последние лет двадцать ты здесь даже проездом не бывал; если у тебя и были какие-то знакомые, они либо подохли, либо надолго сели в тюрьму.
— Легкая добыча, да? — сунув руки в карманы, мрачно хмыкнул Логан. Чувствовать себя одним из хищников ему нравилось куда как больше, но спорить с очевидным не было смысла. Все так: ни связей, ни союзников, ни даже шапочных знакомых. Ну не свезло.
— Это не главное. — Запугивать его своей пресловутой улыбкой, первой — и вовсе не главной — причиной своего прозвища, Акула не стал, но возле глаз у него все-таки прорисовались едва заметные лапки морщин: скотина все видел и откровенно забавлялся его досадой. — Важнее то, что ты… безопасен. Те парни из Лос-Анджелеса, на которых ты работал последние несколько лет, сейчас слишком сильно хотят твою голову, а завести новые связи здесь ты не успел и без достаточно влиятельного поручителя уже не сможешь. — Он помедлил, чуть приподнял уголки губ, обозначая усмешку, и почти дружелюбно добавил: — И теперь, после нашей с тобой встречи, поручительства будут ждать от меня.
Логан промолчал. Для того, чтобы обматерить босса в лицо и уйти живым, нужно было быть как минимум его советником… или женой. Никак не приблудным бойцом без покровителя.
— Я не тупой… — проговорил он через полминуты и, сделав над собой усилие, добавил: — … босс. Для чего именно я тебе понадобился?
Акула удовлетворенно кивнул и, развернувшись, двинулся обратно к дому. Логан, как и предполагалось, ускорил шаг, чтобы не отставать от него — не в его положении проверять, насколько снисходительно Леншерр относился к отступлениям от подобных мелких формальностей — и наконец услышал:
— Моему сыну нужен телохранитель.
Логан сразу понял, что он с этим «золотым мальчиком» ой как намучается. На сынков состоятельных родителей — откуда бы ни взялось у них это самое состояние — он уже насмотрелся вдоволь, так что ничего хорошего от этой затеи не ждал, и знакомство с подопечным только подтвердило его подозрения.
При папаше Пьетро Леншерр, лохматый оболтус в невразумительных рокерских тряпках, держался скромно и безупречно почтительно, как юноши лучших итальянских семей. Логан, однако, не обманывался: глаза у него при этом были насмешливые, наглые и злые, а «гостеприимная» улыбка открывала слишком много зубов. По всему выходило, что этот тихий омут чертями был забит под завязку, и ему, Логану, предстояло свести знакомство с каждым. Причем в ближайшее же время.
Но вслух Пьетро, конечно же, сказал только «Да, отец» и«Надеюсь, мы с Логаном быстро найдем общий язык». И прозвучало это как объявление войны.
Хотя поначалу пацан вел себя как обычный богатенький бездельник. Таскался по дому без цели и смысла, мурлыча что-то невразумительное в такт доносившейся из его наушников музыке, потом вдруг решил снизойти до общения с подчиненными и принялся цепляться к Логану с глупыми вопросами. На ответы ему, похоже, было насрать, он ни разу не дослушал до конца и после десятка реплик потерял к затее всякий интерес. Вскоре после этого они каким-то кружным путем добрались до кухни; Пьетро с энтузиазмом облапал за задницу работавшую там мексиканку с татуированными плечами, смиренно получил ритуальную пощечину и расстроился так искренне и по-детски, что девушка тут же раскаялась, выставила перед ним несколько тарелочек с какими-то лакомствами — и через пару минут они уже мило перешучивались, страшно довольные всем этим представлением. Начальник акульей охраны, зашедший к кухарке пропустить чашечку чая, с полминуты хмурился на маячившего в углу Логана, а затем велел не позорить его и не таскаться за подопечным, как хвост, хотя бы на территории забитого бойцами семьи особняка. Избавленный от мальчишечьих выкрутасов Логан, возможно, даже вздохнул бы с облегчением, если бы не понимал так ясно, что как раз сейчас его и начнут всерьез проверять на излом.
К вечеру дом затих. Акула уехал куда-то по делам, забрав с собой половину его обитателей; его советник с полчаса ругался непонятными словами, рассказывая ворчащему боссу, от кого тот произошел и каким именно образом, а затем махнул рукой и поехал с ним. Едва машины семьи скрылись за воротами, Пьетро выкрутил громкость своей аудиосистемы на полную, и ещё полтора часа весь особняк, независимо от своего желания, слушал «Пинк Флойд». Однако ровно в полночь мальчишка дисциплинированно вырубил музыку, а ещё через пять минут — свет в своей спальне. Отсиживавшийся в подвальном тире Логан поднялся на второй этаж, осторожно, чтобы (ну а вдруг?) не разбудить ненароком подопечного, приоткрыл его дверь — и неслышно хмыкнул.
— Ты в городе чужой, — пожал плечами Акула. Хотя Логану, наверно, уже пора было называть его просто «босс». Или хотя бы «мистер Леншерр». По крайней мере, в лицо. — У тебя нет связей ни с одной из местных семей, ты не участвовал в здешних разборках… За последние лет двадцать ты здесь даже проездом не бывал; если у тебя и были какие-то знакомые, они либо подохли, либо надолго сели в тюрьму.
— Легкая добыча, да? — сунув руки в карманы, мрачно хмыкнул Логан. Чувствовать себя одним из хищников ему нравилось куда как больше, но спорить с очевидным не было смысла. Все так: ни связей, ни союзников, ни даже шапочных знакомых. Ну не свезло.
— Это не главное. — Запугивать его своей пресловутой улыбкой, первой — и вовсе не главной — причиной своего прозвища, Акула не стал, но возле глаз у него все-таки прорисовались едва заметные лапки морщин: скотина все видел и откровенно забавлялся его досадой. — Важнее то, что ты… безопасен. Те парни из Лос-Анджелеса, на которых ты работал последние несколько лет, сейчас слишком сильно хотят твою голову, а завести новые связи здесь ты не успел и без достаточно влиятельного поручителя уже не сможешь. — Он помедлил, чуть приподнял уголки губ, обозначая усмешку, и почти дружелюбно добавил: — И теперь, после нашей с тобой встречи, поручительства будут ждать от меня.
Логан промолчал. Для того, чтобы обматерить босса в лицо и уйти живым, нужно было быть как минимум его советником… или женой. Никак не приблудным бойцом без покровителя.
— Я не тупой… — проговорил он через полминуты и, сделав над собой усилие, добавил: — … босс. Для чего именно я тебе понадобился?
Акула удовлетворенно кивнул и, развернувшись, двинулся обратно к дому. Логан, как и предполагалось, ускорил шаг, чтобы не отставать от него — не в его положении проверять, насколько снисходительно Леншерр относился к отступлениям от подобных мелких формальностей — и наконец услышал:
— Моему сыну нужен телохранитель.
Логан сразу понял, что он с этим «золотым мальчиком» ой как намучается. На сынков состоятельных родителей — откуда бы ни взялось у них это самое состояние — он уже насмотрелся вдоволь, так что ничего хорошего от этой затеи не ждал, и знакомство с подопечным только подтвердило его подозрения.
При папаше Пьетро Леншерр, лохматый оболтус в невразумительных рокерских тряпках, держался скромно и безупречно почтительно, как юноши лучших итальянских семей. Логан, однако, не обманывался: глаза у него при этом были насмешливые, наглые и злые, а «гостеприимная» улыбка открывала слишком много зубов. По всему выходило, что этот тихий омут чертями был забит под завязку, и ему, Логану, предстояло свести знакомство с каждым. Причем в ближайшее же время.
Но вслух Пьетро, конечно же, сказал только «Да, отец» и«Надеюсь, мы с Логаном быстро найдем общий язык». И прозвучало это как объявление войны.
Хотя поначалу пацан вел себя как обычный богатенький бездельник. Таскался по дому без цели и смысла, мурлыча что-то невразумительное в такт доносившейся из его наушников музыке, потом вдруг решил снизойти до общения с подчиненными и принялся цепляться к Логану с глупыми вопросами. На ответы ему, похоже, было насрать, он ни разу не дослушал до конца и после десятка реплик потерял к затее всякий интерес. Вскоре после этого они каким-то кружным путем добрались до кухни; Пьетро с энтузиазмом облапал за задницу работавшую там мексиканку с татуированными плечами, смиренно получил ритуальную пощечину и расстроился так искренне и по-детски, что девушка тут же раскаялась, выставила перед ним несколько тарелочек с какими-то лакомствами — и через пару минут они уже мило перешучивались, страшно довольные всем этим представлением. Начальник акульей охраны, зашедший к кухарке пропустить чашечку чая, с полминуты хмурился на маячившего в углу Логана, а затем велел не позорить его и не таскаться за подопечным, как хвост, хотя бы на территории забитого бойцами семьи особняка. Избавленный от мальчишечьих выкрутасов Логан, возможно, даже вздохнул бы с облегчением, если бы не понимал так ясно, что как раз сейчас его и начнут всерьез проверять на излом.
К вечеру дом затих. Акула уехал куда-то по делам, забрав с собой половину его обитателей; его советник с полчаса ругался непонятными словами, рассказывая ворчащему боссу, от кого тот произошел и каким именно образом, а затем махнул рукой и поехал с ним. Едва машины семьи скрылись за воротами, Пьетро выкрутил громкость своей аудиосистемы на полную, и ещё полтора часа весь особняк, независимо от своего желания, слушал «Пинк Флойд». Однако ровно в полночь мальчишка дисциплинированно вырубил музыку, а ещё через пять минут — свет в своей спальне. Отсиживавшийся в подвальном тире Логан поднялся на второй этаж, осторожно, чтобы (ну а вдруг?) не разбудить ненароком подопечного, приоткрыл его дверь — и неслышно хмыкнул.
Страница 1 из 3
