Фандом: Гарри Поттер. Как часто слова, произнесенные в шутку, вдруг становятся реальностью? Маги точно знают, что достаточно часто. Гарри и Одри отправились на второй курс Хогвартса, надеясь, что этот год получится чуть веселее предыдущего. Так и получилось, вот только юные мародеры имели в виду совсем другое веселье.
Добавить в моё избранное
358 мин, 36 сек 2825
Важно то, что главой Визенгамота сейчас является Альбус Дамблдор, он же директор… если бы он хотел закрыть школу, то уже сделал бы это.
На минуту в комнате было слышно только стук столовых приборов, а потом Тед вновь не выдержал:
— Неужели забрать детей никак нельзя?
— И куда вернуть? — поморщилась Беллатрикс. — По закону в школу нельзя вернуться, если официально отказался от образования. У нас же дети с очень высоким уровнем силы. И магически сильного поместья, где могли бы жить и учиться дети, у нас нет. Дом Блэков на острове для этого категорически не подходит, слишком много получилось «наших детей».
— Не забывай про запрет колдовства, — напомнила Андромеда. — Официально мы не имеем права обучать детей вне стен школы. Только теория.
— Поэтому мы выдали им защитные очки, — добавил Ремус, — и строго-настрого запретили ходить в одиночку.
Тед положил столовые приборы и немного откинулся на спинку стула:
— И я все еще не могу поверить, что вы так спокойно об этом говорите.
Сестры Блэк, переглянувшись, чуть рассмеялись.
— Понимаешь, Хогвартс вообще нельзя назвать безопасным для детей местом, — мягко заметила Андромеда. — Это сейчас мы говорим, что это самое безопасное место в Великобритании, но это лишь означает, что в него сложно проникнуть. Спроси у этих двоих, как часто они сбегали в Запретный лес. Или спроси у Доры, сколько раз ее ловили на Астрономической башне.
— Мам! — возмутилась Нимфадора под смех остальных членов семьи.
Тед Тонкс же лишь покачал головой. Он до сих пор общался со своими родственниками в мире маглов, хотя это уже давно превратилось в малоприятную обязанность, поэтому его и удивляло спокойствие Блэков. Отношение маглов к безопасности детей было ему понятнее, оно казалось правильным. Маги же словно давали детишкам право самостоятельно разбираться с большей частью опасностей.
— Я, кстати, не могу другого понять, — хмурилась Нимфадора. — А почему нельзя детей сразу расколдовать? Зелья больше нет?
— Как ты вообще сдала зельеварение? — притворно ахнула Андромеда. — Не могу поверить, что моя дочь не знает основного свойства корня мандрагоры…
— Эм-м-м, — неуверенно нахмурилась та. — Так вроде применяется во всяких зельях, которые снимают проклятья…
Андромеда, так же отложив приборы, заметила любопытный взгляд Сириуса — тот так же не знал, почему именно это зелье не хранится где-нибудь в запасниках Мунго.
— Зелье для снятия окаменения требует не просто нарезанный корень мандрагоры, — начала объяснять Андромеда. — Начать стоит с того, что для этого зелья нужен сок из корня взрослой, но еще молодой мандрагоры. Этот период составляет примерно неделю-две, потом мандрагора взрослеет и ее сок больше не несет такой целительной силы, как нужно для зелья. Но и это не все. Когда сок отжали, он сохраняет свои свойства день-два, и за это время нужно успеть не только приготовить зелье, но и применить его на окаменевших.
— То есть зелья просто нет в запасниках? — спросила Нимфадора, обращаясь больше к отцу.
— Именно, — кивнул он. — И даже больше. Я работаю в Мунго около восемнадцати лет, и за все это у нас ни разу не было окаменевшего пациента. Подобное зелье попросту без надобности. Не так уж часто магам доводится встречаться с кем-то вроде василиска.
Дора задумчиво кивнула. Только устроившись на работу в аврорат, она поняла, насколько отличается реальность от того, что она представляла в школе. И вот теперь мир ей опять напомнил, что и в госпитале все не так, как кажется. То, что лекарство известно, не значит, что оно стоит на полочке и ждет своего часа.
За столом на какое-то время забыли о василиске и Хогвартсе, начав обсуждать внутреннее устройство Мунго и причины, по которым в Англии до сих пор нет частной больницы. Тут Дора чувствовала себя собачкой, с которой играют в «дразнику»: она едва успевала переводить взгляд с одного говорящего на другого, и едва удерживала нить разговора, путаясь в бесконечных примерах, именах и странах. Когда Сириус рассказывал о своем лечении в госпитале за границей, в столовой с тихим хлопком появился домовик.
Он тихо подошел к Нарциссе, коснулся ее руки и, постоянно кланяясь и извиняясь за прерванный обед, отдал ей письмо в конверте с гербом Хогвартса. Женщина с недоверием разломила восковую печать, судорожно думая, почему МакГонагалл могла оторвать ее от обеда. А прочитав первые строки, Нарцисса ахнула, прижимая к губам ладонь.
— Что случилось, милая? — тут же взволнованно спросила Андромеда.
— Еще одно нападение, — Нарцисса уже вставала со стула. — Мне нужно возвращаться в Хогвартс, там вводят комендантский час. Кроме того, Минерва написала, что сегодня вечером могут прийти за Хагридом.
— Кто пострадал? — дрогнувшим голосом спросила Белла, моля не услышать знакомое имя.
— Минерва не написала.
На минуту в комнате было слышно только стук столовых приборов, а потом Тед вновь не выдержал:
— Неужели забрать детей никак нельзя?
— И куда вернуть? — поморщилась Беллатрикс. — По закону в школу нельзя вернуться, если официально отказался от образования. У нас же дети с очень высоким уровнем силы. И магически сильного поместья, где могли бы жить и учиться дети, у нас нет. Дом Блэков на острове для этого категорически не подходит, слишком много получилось «наших детей».
— Не забывай про запрет колдовства, — напомнила Андромеда. — Официально мы не имеем права обучать детей вне стен школы. Только теория.
— Поэтому мы выдали им защитные очки, — добавил Ремус, — и строго-настрого запретили ходить в одиночку.
Тед положил столовые приборы и немного откинулся на спинку стула:
— И я все еще не могу поверить, что вы так спокойно об этом говорите.
Сестры Блэк, переглянувшись, чуть рассмеялись.
— Понимаешь, Хогвартс вообще нельзя назвать безопасным для детей местом, — мягко заметила Андромеда. — Это сейчас мы говорим, что это самое безопасное место в Великобритании, но это лишь означает, что в него сложно проникнуть. Спроси у этих двоих, как часто они сбегали в Запретный лес. Или спроси у Доры, сколько раз ее ловили на Астрономической башне.
— Мам! — возмутилась Нимфадора под смех остальных членов семьи.
Тед Тонкс же лишь покачал головой. Он до сих пор общался со своими родственниками в мире маглов, хотя это уже давно превратилось в малоприятную обязанность, поэтому его и удивляло спокойствие Блэков. Отношение маглов к безопасности детей было ему понятнее, оно казалось правильным. Маги же словно давали детишкам право самостоятельно разбираться с большей частью опасностей.
— Я, кстати, не могу другого понять, — хмурилась Нимфадора. — А почему нельзя детей сразу расколдовать? Зелья больше нет?
— Как ты вообще сдала зельеварение? — притворно ахнула Андромеда. — Не могу поверить, что моя дочь не знает основного свойства корня мандрагоры…
— Эм-м-м, — неуверенно нахмурилась та. — Так вроде применяется во всяких зельях, которые снимают проклятья…
Андромеда, так же отложив приборы, заметила любопытный взгляд Сириуса — тот так же не знал, почему именно это зелье не хранится где-нибудь в запасниках Мунго.
— Зелье для снятия окаменения требует не просто нарезанный корень мандрагоры, — начала объяснять Андромеда. — Начать стоит с того, что для этого зелья нужен сок из корня взрослой, но еще молодой мандрагоры. Этот период составляет примерно неделю-две, потом мандрагора взрослеет и ее сок больше не несет такой целительной силы, как нужно для зелья. Но и это не все. Когда сок отжали, он сохраняет свои свойства день-два, и за это время нужно успеть не только приготовить зелье, но и применить его на окаменевших.
— То есть зелья просто нет в запасниках? — спросила Нимфадора, обращаясь больше к отцу.
— Именно, — кивнул он. — И даже больше. Я работаю в Мунго около восемнадцати лет, и за все это у нас ни разу не было окаменевшего пациента. Подобное зелье попросту без надобности. Не так уж часто магам доводится встречаться с кем-то вроде василиска.
Дора задумчиво кивнула. Только устроившись на работу в аврорат, она поняла, насколько отличается реальность от того, что она представляла в школе. И вот теперь мир ей опять напомнил, что и в госпитале все не так, как кажется. То, что лекарство известно, не значит, что оно стоит на полочке и ждет своего часа.
За столом на какое-то время забыли о василиске и Хогвартсе, начав обсуждать внутреннее устройство Мунго и причины, по которым в Англии до сих пор нет частной больницы. Тут Дора чувствовала себя собачкой, с которой играют в «дразнику»: она едва успевала переводить взгляд с одного говорящего на другого, и едва удерживала нить разговора, путаясь в бесконечных примерах, именах и странах. Когда Сириус рассказывал о своем лечении в госпитале за границей, в столовой с тихим хлопком появился домовик.
Он тихо подошел к Нарциссе, коснулся ее руки и, постоянно кланяясь и извиняясь за прерванный обед, отдал ей письмо в конверте с гербом Хогвартса. Женщина с недоверием разломила восковую печать, судорожно думая, почему МакГонагалл могла оторвать ее от обеда. А прочитав первые строки, Нарцисса ахнула, прижимая к губам ладонь.
— Что случилось, милая? — тут же взволнованно спросила Андромеда.
— Еще одно нападение, — Нарцисса уже вставала со стула. — Мне нужно возвращаться в Хогвартс, там вводят комендантский час. Кроме того, Минерва написала, что сегодня вечером могут прийти за Хагридом.
— Кто пострадал? — дрогнувшим голосом спросила Белла, моля не услышать знакомое имя.
— Минерва не написала.
Страница 53 из 101
