Фандом: Гарри Поттер. Прошло 12 лет с момента изгнания бывших Пожирателей смерти из Англии. Драко Малфой возвращается на родину и пишет свое первое в жизни письмо Гарри Поттеру. Кто бы мог подумать, что оно не станет последним, а откроет для обоих мир увлекательной переписки.
Добавить в моё избранное
178 мин, 45 сек 8142
И вот там я по-настоящему понял, что такое Рождество. Оно виделось мне таким загадочным, красочным и шумным. Вокруг всегда бегали люди, студенты суетились с подарками. Помнишь, как эльфы украшали Большой зал? Вот это было волшебство как оно есть. А с возрастом… ну не знаю, все изменилось, что ли. Меня вся эта суета больше не касается. Для меня эти дни — хороший повод, чтобы отдохнуть, подумать, просто подышать, в конце концов. На снег посмотреть, помечтать о чем-то, что все равно не сбудется.
И музыку я не люблю особо, странный я, да? Я ничего против нее не имею, ты не подумай. Просто мне в тишине как-то комфортнее. Рон вот у меня большой любитель шумных вечеринок и танцев, чтобы погромче — да так, чтобы уши вырвало нахрен. Меня музыка сбивает с толку, мне под нее не думается, а еще я плохо танцую, отвратительно просто. Поэтому стараюсь вообще без нее обходиться. Хотя фоном, конечно, меня не раздражает. А тебе, кстати? Мне кажется, ты наверняка должен не только любить музыку, но и играть ее сам. На фортепиано, например. Тебе бы пошло. Оно такое же мрачное и унылое. Шучу, но, правда, пошло бы.
Знаешь, что я действительно люблю? Только не рассказывай никому и не смейся таким гаденьким хихикающим смехом — я обожаю готовить. Просто так, для себя. Иногда для Рона с Гермионой. С зельями у меня было не очень в школе, но почему-то на кухне получается сносно. Я вот так и знал, что все дело было в мистере Большой Нос. Он под руку вечно что-то нашептывал. А теперь, когда никто не мешает, да и лишняя щепотка соли тебя в пикси не превращает, получается в разы лучше. Если обещаешь никому про это не говорить и не огорчать меня в ближайшее время, приглашаю испробовать мои кулинарные шедевры. Ужина из трех блюд, конечно, не обещаю, но что-нибудь вкусное действительно могу.
Гриммо… блин, я не хочу про это. Не потому что что-то скрываю, просто мне эта тема не нравится. Давай я скажу лишь, что дом я отдал Министерству. Жить в нем мне не хочется, меня он угнетает, а во время войны его ценность была высока для Ордена Феникса. Пусть им и остается, в качестве музея или очередного штаба какого-нибудь.
Я вот тут думал опять про твой мэнор (ты же понимаешь, что письмо я тебе не в один присест пишу? А подхода за три-четыре)… Есть ли что-то еще, о чем ты мечтаешь? Ну вот какая-нибудь настоящая, реальная мечта, а не типа чтобы волосы всегда сами блестели и мир воспевал твое имя. Я раньше мечтал о домашнем питомце, не важно каком. Просто чтобы ощущение кого-то живого рядом было, но при этом не пилило мне мозг. А сейчас даже и не знаю, ответственность такая это… P.S. Бедный Стерджесс, боюсь представить, что с ним будет, если ты за него всерьез возьмешься.
Гарри.
10 декабря 2010 / пятница
Поттер,
я впечатлен твоей высокой оценкой моего смеха. Вот многое о себе слышал за тридцать-то лет, но «гаденький хихикающий смех» — такое в моем обширном опыте, конечно, впервые. Может, мне, помимо Стерджесса, еще и за тебя взяться, чтобы ты хотя бы свой словарный запас по части описаний расширил, несчастье? Впрочем, знакомство с Хаггисами научило меня одному ценному правилу: не хами (или хами поменьше) тем, кто тебя кормит. И, в случае старины Хаггиса, поит, пусть и чем-то очень странным. Так что, так и быть, ремарку по поводу«гаденького смеха» проигнорирую — в обмен на, как ты там написал,«ужин из трех блюд». А, ты написал, что не можешь ужин из трех блюд. Ну уж осиль, сделай милость. Ради такого-то гостя.
Дариус сегодня собирается расформировать нашу с ним счастливую ячейку общества пораньше в знак пятницы и протеста против суровой реальности — так что часов в 7 вечера я буду готов оценивать твои кулинарные таланты. Ну или бороться с приступом «гаденького смеха», который обещаю всеми силами удержать в себе.
Предлагаю даже для разнообразия обойтись без джина и экспериментального Хаггисова пойла. Я чувствую смутную уверенность, что у нас хватит тем для беседы без так называемого «социального лубриканта» в виде спиртного. Ты зря сейчас ржешь, Поттер (а я прямо-таки вижу, как ты заливаешься, будто школьник, над словом«лубрикант», Мерлин, что ж ты у меня за собеседник-то такой) — знал бы ты, как пьют, будто не в себя, на светских приемах, чтобы поддерживать разговор и не повеситься от скуки на ближайшей люстре. На них ведь скучно до скрежета зубовного, и вот попробуй выдержать три-четыре-пять часов непрерывного светского общения на одни и те же темы из раза в раз, из года в год, на трезвую голову. Суровая школа жизни, н-да. Зато только сейчас, пока пишу эти строки, я осознал, откуда у меня такой прекрасный социальный навык, как повышенная устойчивость к алкогольным напиткам (практически всем, кроме таинственных рецептов Хаггиса).
Нет, не ужасайся по поводу моего сурового детства, проведенного на приемах в Мэноре — после твоего письма это мне впору ужасаться по поводу детства твоего. Даже любопытно стало — неужели ты никогда не думал о том, чтобы…
И музыку я не люблю особо, странный я, да? Я ничего против нее не имею, ты не подумай. Просто мне в тишине как-то комфортнее. Рон вот у меня большой любитель шумных вечеринок и танцев, чтобы погромче — да так, чтобы уши вырвало нахрен. Меня музыка сбивает с толку, мне под нее не думается, а еще я плохо танцую, отвратительно просто. Поэтому стараюсь вообще без нее обходиться. Хотя фоном, конечно, меня не раздражает. А тебе, кстати? Мне кажется, ты наверняка должен не только любить музыку, но и играть ее сам. На фортепиано, например. Тебе бы пошло. Оно такое же мрачное и унылое. Шучу, но, правда, пошло бы.
Знаешь, что я действительно люблю? Только не рассказывай никому и не смейся таким гаденьким хихикающим смехом — я обожаю готовить. Просто так, для себя. Иногда для Рона с Гермионой. С зельями у меня было не очень в школе, но почему-то на кухне получается сносно. Я вот так и знал, что все дело было в мистере Большой Нос. Он под руку вечно что-то нашептывал. А теперь, когда никто не мешает, да и лишняя щепотка соли тебя в пикси не превращает, получается в разы лучше. Если обещаешь никому про это не говорить и не огорчать меня в ближайшее время, приглашаю испробовать мои кулинарные шедевры. Ужина из трех блюд, конечно, не обещаю, но что-нибудь вкусное действительно могу.
Гриммо… блин, я не хочу про это. Не потому что что-то скрываю, просто мне эта тема не нравится. Давай я скажу лишь, что дом я отдал Министерству. Жить в нем мне не хочется, меня он угнетает, а во время войны его ценность была высока для Ордена Феникса. Пусть им и остается, в качестве музея или очередного штаба какого-нибудь.
Я вот тут думал опять про твой мэнор (ты же понимаешь, что письмо я тебе не в один присест пишу? А подхода за три-четыре)… Есть ли что-то еще, о чем ты мечтаешь? Ну вот какая-нибудь настоящая, реальная мечта, а не типа чтобы волосы всегда сами блестели и мир воспевал твое имя. Я раньше мечтал о домашнем питомце, не важно каком. Просто чтобы ощущение кого-то живого рядом было, но при этом не пилило мне мозг. А сейчас даже и не знаю, ответственность такая это… P.S. Бедный Стерджесс, боюсь представить, что с ним будет, если ты за него всерьез возьмешься.
Гарри.
10 декабря 2010 / пятница
Поттер,
я впечатлен твоей высокой оценкой моего смеха. Вот многое о себе слышал за тридцать-то лет, но «гаденький хихикающий смех» — такое в моем обширном опыте, конечно, впервые. Может, мне, помимо Стерджесса, еще и за тебя взяться, чтобы ты хотя бы свой словарный запас по части описаний расширил, несчастье? Впрочем, знакомство с Хаггисами научило меня одному ценному правилу: не хами (или хами поменьше) тем, кто тебя кормит. И, в случае старины Хаггиса, поит, пусть и чем-то очень странным. Так что, так и быть, ремарку по поводу«гаденького смеха» проигнорирую — в обмен на, как ты там написал,«ужин из трех блюд». А, ты написал, что не можешь ужин из трех блюд. Ну уж осиль, сделай милость. Ради такого-то гостя.
Дариус сегодня собирается расформировать нашу с ним счастливую ячейку общества пораньше в знак пятницы и протеста против суровой реальности — так что часов в 7 вечера я буду готов оценивать твои кулинарные таланты. Ну или бороться с приступом «гаденького смеха», который обещаю всеми силами удержать в себе.
Предлагаю даже для разнообразия обойтись без джина и экспериментального Хаггисова пойла. Я чувствую смутную уверенность, что у нас хватит тем для беседы без так называемого «социального лубриканта» в виде спиртного. Ты зря сейчас ржешь, Поттер (а я прямо-таки вижу, как ты заливаешься, будто школьник, над словом«лубрикант», Мерлин, что ж ты у меня за собеседник-то такой) — знал бы ты, как пьют, будто не в себя, на светских приемах, чтобы поддерживать разговор и не повеситься от скуки на ближайшей люстре. На них ведь скучно до скрежета зубовного, и вот попробуй выдержать три-четыре-пять часов непрерывного светского общения на одни и те же темы из раза в раз, из года в год, на трезвую голову. Суровая школа жизни, н-да. Зато только сейчас, пока пишу эти строки, я осознал, откуда у меня такой прекрасный социальный навык, как повышенная устойчивость к алкогольным напиткам (практически всем, кроме таинственных рецептов Хаггиса).
Нет, не ужасайся по поводу моего сурового детства, проведенного на приемах в Мэноре — после твоего письма это мне впору ужасаться по поводу детства твоего. Даже любопытно стало — неужели ты никогда не думал о том, чтобы…
Страница 28 из 49
