Рики Макарони и Клуб Единства

Кстати, они учились на одной параллели и абсолютно друг друга не выносили. Когда дядя Джордж, он старше, вздумал на ней жениться, дядя Рон клялся, что сбежит из дома или убьет обоих, а дядя Фред собирался взорвать себя на фирменной петарде фамильного производства, лишь бы не быть свидетелем такой катастрофы. Ничего, нормально живут, только дядя редко видит ее дома — она действительно очень честолюбивая дама.

— Редкие встречи препятствуют разочарованию, — философски заметил Дик. — Она ведь возглавляет отдел бытовых проклятий? Я там как-то был.

— Они процветают благодаря домовому эльфу, которого подарил на свадьбу сэр Драко Малфой, — продемонстрировал осведомленность Эди. — Интересно, как принял такую щедрость твой дядя Джордж, мне всегда казалось, они не очень.

— Он-то ничего, а вот жена сэра Драко возмутилась. Ведь дядя с тетей повесили на него всю работу по дому. Но сэр Драко в тот раз не стал ее слушать; сейчас уже не рискует. А его отец сказал ей, что для эльфа лучше вкалывать за десятерых, чем стресс от близкого соседства с ней.

Рики поморщился — имя Малфоя он однажды слышал от Френка Эйвери.

— Ей жалко эльфа?! — переспросил он. Он знал только, что эльфы почему-то выполняют работу для магов, убирают, пакуют вещи, застилают кровати, но ни разу лично не встречал ни одного эльфа. Маги, насколько он понял, относились к домовым так, будто их не существует.

— О, она их так жалеет! Основала общество защиты, — Эди прервался, и все трое собеседников захихикали. — Кстати, они тоже странная пара: слизеринец и гриффиндорка.

— Говорят, они женились, чтоб отмазать от неприятностей его папашу — он же почти засыпался как Упивающийся смертью. Но, приняв в семью маглорожденную, Малфои доказали свою лояльность, — сказал Дик.

Странное законодательство магов поразило Рики. Хотя, колдунов по сравнению с нормальными людьми было немного, и всякие семейно-родственные дела в тесном кругу могли иметь значение.

— Вранье! Я видел обоих, — возразил Эди. — Не знаю, зачем они женились, но выглядят счастливыми.

— Конечно, вранье, — неожиданно согласился Артур. — Сэр Драко тоже мой дядя, по маминой линии. Про моих родителей тоже, кстати, постоянно все сплетничают, из-за того, что отец в Румынии со своими драконами, мама пропадает на работе, а я живу с дедушкой и бабушкой. И бабуля говорит, что некоторым просто от скуки охота языки почесать.

Артура определенно задевала эта тема.

— А твои кузины на будущий год идут в школу? — спросил у Уизли тактичный Эдгар Боунс.

Рики поражался, насколько чистокровные обожают перебирать общих знакомых. Так было каждый раз, как несколько человек собирались вместе, и он понятия не имел, как это остановить. Чехарда имен и фактов начинала надоедать ему.

— Да, и тетя Пэнси расстраивается, а дядя Джордж ликует, потому что эти точно попадут в «Гриффиндор».

— А откуда ты так много знаешь о семье Артура? — спросил хуффульпуффца Рики, который устал от сплетен.

Эди отвернулся и притих.

— Ну давай, скажи. Чего тут стесняться? — сдвинул брови Артур, явно забавляясь смятением Боунса.

— Я не привык, в отличие от некоторых, выпендриваться, — буркнул Эди.

— Да все и так знают. В нашем-то кругу, — закатил глаза Дик.

— Нет, только такие зануды, как ты, — проворчал Эди.

— О чем вы? — не понял Рики.

— Эдгар, Ники и Лаура — племянники Гарри Поттера, — объяснил Артур Уизли. — То есть, его жены, но это все равно. Кстати, она закончила «Хуффульпуфф». Странно, что ты этого не знаешь, — добавил он.

— Не желаю, чтоб на меня таращились и просили достать автографы, — вдруг отрезал Эди.

— Я не буду, — от чистого сердца пообещал Рики, глубоко потрясенный этой новостью. «Как тесен, оказывается, волшебный мир!». Но скромность Эди действительно поражала; впрочем, наверное, его этим так достали, что по доброй воле он не стал бы просвещать человека, который вдруг не знал о его родстве со знаменитым Гарри Поттером.

— А твоя другая тетка из «Равенкло», и она немного того, — решил расквитаться за разоблачение Эди.

— Ты на что намекаешь?! — возмутились одновременно Дик и Артур.

— А вам, господа, не кажется неприличным обсуждать в моем присутствии людей, которых я не знаю? — вежливо поинтересовался Рики.

— Да, конечно, мои родственники тебя не касаются, — опомнился Артур. — Так что ты там говорил о…

— О закалке воли, — едва вспомнил сам Рики. — Значит, никто не возражает, что представители разных колледжей в состоянии терпимо относиться друг к другу, — следующая фраза далась ему с трудом, — так что не очень удивляйтесь, если я кому-нибудь из вас вдруг да сделаю что-то хорошее.

Он взялся за дверную ручку, собираясь уходить.

— Ты куда это собрался? — возмущенно окликнул его Артур.

— А что?