Рики Макарони и Клуб Единства

Полетав вокруг стадиона, Рики смотрел на задание куда более оптимистично. И до взыскания успел написать Питу, попросив рассказать про любовь и что надо делать, чтоб смягчить сердце девушки в такой-то ситуации.

В среду на взыскании Артур Уизли сообщил, что проверяющий Люпин покидает «Хогвартс». На это немедленно откликнулся Филч.

— Давно пора, — проворчал он. — Весь замок перевернули и ничего не нашли. Стоило так стараться.

— А что искали? — поинтересовался Дик.

Лео вопросительно уставился на Рики, но тот мотнул головой, прислушиваясь: ему хотелось знать, что об этом известно остальным. Но они ничего не знали. Артур Уизли выразил обиду на скрытность близких.

Рики вспомнил об этом разговоре во время следующего урока защиты от темных искусств. Профессор Лонгоботтом абсолютно не вызывал никаких подозрений, в отличие от своего предшественника, оказавшегося Упивающимся смертью: молодой преподаватель диктовал в нужном темпе, доходчиво объяснял и, хоть Рики предпочитал практику, все же понимал, что именно такое соотношение с теорией удобно его одноклассникам, которых никто не обучил особо сильной магии. Однако Рики чувствовал, что новый учитель умеет больше, и это вызывало в Рики, несмотря на доводы рассудка, стойкое недоверие.

— Вы быстро схватываете, Макарони, — попытался похвалить Лонгботтом, улыбаясь. Однако выражение глаз и тон выдавали скорее беспокойство, чем удовлетворение.

— Стараюсь, сэр, — ответил Рики и отвернулся; отчего-то ему было тягостно от этой неискренности.

Домашних заданий становилось все больше. Вдобавок напоминали о себе другие трудности. Как-то, спеша в библиотеку, Рики услышал разглагольствования Филипса о «Слизерине». Если б не спешка, он бы ответил, но утешало, что слушателей набралось всего три придурка, причем племянника Селены Олливандер среди них не оказалось.

Рики поражался, как подействовало на него предсказание отца. Он действительно все лучше относился к членам Клуба. Значит, у него есть воля. Ур-ра! Кстати, все это время он даже не задумывался о колдовстве и прежних планах, хотя ограниченность чистокровных колдунов все еще задевала его, но скорее забавляла, уже не раздражая.

В библиотеке он и Лео с остальными никогда не переговаривались и обычно рассаживались подальше. Согласно негласному соглашению, Клуб держали в тайне, да и с одноклассниками так было проще.

— Зелья. Твое — вот это! — указал Лео. Будучи слизеринцем в большей степени, чем примерным учеником, он предложил разделить задания; это был единственный выход все успеть.

— Ох, опять! — прошептал Рики.

В библиотеку влетел Дик Дейвис. За ним по пятам следовал Виктор Чайнсби. Пользуясь тем, что мадам Щипц на месте не было, он говорил довольно громко.

— Это заклинание нужно произносить четче, и тогда…

— Не могу я не это смотреть, — тихо простонал Лео.

— Полюбуйся на Дика! — указал Рики.

Никогда еще на лице Дейвиса не было написано такого отвращения. И походка у него была какая-то странная: он не поднимал, а будто отдергивал ноги от пола.

— Может, повернешься, и тогда я тебе покажу…

— Ему конец, — определил Лео. Ведь гриффиндорцы отличались иным темпераментом — Рики заметил, как Уизли достает палочку.

Но прежде Дейвис развернулся. И — левой рукой отбросил от себя что-то на собеседника.

— Ты чего? — опешил тот.

За ними с интересом наблюдала уже вся библиотека.

— Ничего, — передернул плечами Дик, пытаясь изобразить беззаботность и одновременно будто отряхивая ноги.

— С такой координацией ты еще не то разобьешь. Может, тебе обратиться к мадам Помфри?

— Сейчас тебе понадобятся ее услуги! — вспылил Дейвис. — Учти, еще одна жа… одно слово, Виктор, и неважно, как я колдую. Я тебя прибью! У тебя хватит мозгов понять это сразу?

— Пожалуйста, — встал в позу доброжелатель.

— Так заткнись наконец и катись… куда хочешь! — разрешил Дейвис, обошел Чайнсби и вышел вон из библиотеки. Так он там и не появился.

Компания едва дождалась времени взыскания.

— Как мило! Но чего ты дергался? — спросил Уизли.

— Нервы не выдержали, — предположил Джордан.

— Нет, это сказки Рики так действуют, — объяснил Лео.

А потом Филч очень долго не мог понять, что такого смешного можно найти в трофейной.

Все когда-нибудь заканчивается, в том числе и взыскания. В пятницу вечером они собирались последний раз. Филч им уже не надоедал, поскольку это они ему надоели. Вначале он пытался мешать их разговорам, но его присутствие совершенно не влияло на Рики, и постепенно остальные тоже перестали уделять Филчу столько внимания.

Сейчас Рики особенно занимало недавно полученное письмо от родителей. Он был огорчен собственной неосторожностью, так как начиналось оно с вопроса «а откуда тебе известно про сюрприз Долохова?».