Рики Макарони и Клуб Единства

Он также постоянно бывал в кабинете Снейпа и на тренировках слизеринской команды.

Однако для Рики матч с Филипсом и эта победа были главными. Он очень переживал, что профессор Снейп не позволяет, сваливая его плохое настроение и несговорчивость на профессора Люпина.

Глава 14. Братство и дружба

Эта проблема решилась неожиданным образом. В один самый обычный вечер Рики и Лео сидели в общей гостиной и чертили карты для астрономии, пользуясь тем, что Моргана спит в комнате своей хозяйки. Неожиданно разговоры вокруг стихли. Рики поднял голову — узнать, не случилось ли чего.

Непосредственно к ним, широко улыбаясь, приближалось привидение «Хуффульпуффа» — Жирный Монах.

— Добрый вечер, — бросило оно в пустоту.

— Добрый вечер, сэр, — ошалело ответил Марк Эйвери.

Монах завис неподалеку от Рики и Лео.

— Поторопитесь, деточки. Вас хочет видеть ваш завуч, — поднялся и ушел сквозь потолок.

Вся гостиная неотрывно наблюдала за ними.

— Что вы опять натворили? — прорычал староста.

— Кучу всего, — пробормотал Рики, просчитывая, насколько возможно, чтобы Снейп узнал о ночных тренировках.

— Может, это шутка? — предположил Лео.

Но они все же собрали чертежи и отправились в кабинет профессора.

— Вот будет здорово, если ты прав, и мы явимся просто так, — сказал Рики и постучал.

— Войдите, — в голосе профессора не слышалось никакого раздражения.

— Вы звали нас, сэр? — уточнил Рики.

— Да. Моя просьба быстро дошла до вас. Ваши покровители…

Он усмехнулся и отвернулся.

— Итак. Макарони, Вы помните, я запретил вам играть с Филипсом? — спросил Снейп.

— Да, сэр, — такое начало заставило Рики вспомнить все свои опасения.

— Но вы продолжаете упрямиться? — уточнил завуч.

— Да, сэр, — этот ответ Рики как следует взвесил; если Снейп уже что-то знает, лучше ему не врать.

— В таком случае вам обоим будет приятно узнать, что я переменил свое решение. Я не только позволяю вам встретиться с командой гриффиндорцев, но и лично буду присутствовать. Хочу верить, что мне не придется краснеть за вас перед Минервой Мак-Гонагол, — требовательно высказал глава колледжа «Слизерин».

Рики и Лео в изумлении переглянулись. Они не припоминали, чтобы профессор раньше когда-нибудь менял мнение.

— У меня недавно был Кровавый Барон, — пояснил профессор. — Не ожидал такого. Вы нарушаете правила? — внезапно спросил он, впиваясь в глаза каждого.

Оба инстинктивно опустили взгляды в пол.

— Так, ясно. Убирайтесь, живо!

Водить Дору в штаб, по решению совета, не следовало. Она не пользовалась таким доверием, как Селена, потому что могла наябедничать и все прочее. Поэтому обсуждения проходили в разных частях замка. Примечательно, что везде через несколько минут возникал Филч, и нависал над душой, пока не заставлял разойтись по-хорошему. Единственным местом, где он не появлялся, была библиотека, но увы, там запрещалось разговаривать. Миссис Норрис, которая избегала Артура, злобно преследовала Эди и нередко на переменах провожала его громким мяуканьем. Возможно, под влиянием этого, или же компании, праведник предложил в один прекрасный момент коварный план прекращения безобразий.

Рождественский подарок Артура, навозные бомбы, естественно остались без употребления. В связи с чем их владелец запланировал следующее — со скандалом убедил Джордана давать мантию-невидимку племяннику Селены, чтобы тот в нужное время взрывал по бомбе подальше от места встречи. Надо отдать должное Сирилу — хоть он и был равнодушен к обеим сторонам, все же предпочтение отдавал той, за которую болела Селена.

Ходить с Дорой под мантией-невидимкой было тяжко: обрадовавшись свободе, она постоянно предлагала свернуть налево и посмотреть, что там.

Ко всему прочему, однажды Рики лично заметил, как Артур выходит от Лонгботтома незадолго до ужина. Вместо объяснений он попросил не соваться не в свое дело, избегая глядеть в глаза Рики и с сожалением провожая Пивза, который весь год их обходил.

Помимо Артура, беспокойство вызывал Эдгар. Все вокруг распевали песенку про комментатора, отчего он места себе не находил. Однажды Эди сцепился с Дорой по поводу Ники раньше гриффиндорцев, но та все же успела сообщить, что вчера Лаура искала Эльвиру. Это хуффульпуффца вовсе разозлило, а зная, как нежелательна ссора с Дорой, Рики вмешался, и тогда Эди сорвался на нем. Впрочем, не только: Дик тоже был виноват, раз сочинил такое.

— У меня идея, как узнать, любят ли они друг друга, — примирительно предложил Рики, которого только что вдруг осенило. План казался ему безупречным.

— Хватит с меня твоих идей, — буркнул Эди и ушел.

— Что за идея? — поинтересовался Ральф.

Все же энтузиазм гриффиндорцев дорогого стоил. Но Рики отказался проворачивать план без согласия Эди.