Фандом: Гарри Поттер. Спустя два года после окончания войны у Гарри Поттера есть все: положение в обществе, высокооплачиваемая должность в Аврорате и счастливая личная жизнь. Вот только он этого совершенно не помнит. Получится ли у него вернуть жизнь на круги своя? Сможет ли настоящая любовь выдержать все испытания, или это шанс начать жизнь с чистого листа?
Добавить в моё избранное
233 мин, 52 сек 22886
— Малфой что-то пытался сказать насчет того, что меня быстро раскусят, — потер щеки Гарри. — Но идея казалась такой заманчивой…
— Конечно! Ум у тебя действительно остался на уровне шестого курса. А Драко, видимо, вообще боится с тобой спорить! — продолжала гневаться Гермиона. При этом в голосе была слышна безграничная забота и волнение. Она совсем не изменилась. — Я слышала, что за дело взялась Амбридж! Ее-то ты помнишь? Она живого места от тебя не оставит!
Долорес Амбридж Гарри помнил отлично. А особенно ее «любовь» к бывшему гриффиндорцу. Нет, с этой ведьмой ему не справиться.
— Пожалуйста, не надо ничего делать, — неожиданно прервал ее досаду Поттер. Ему в голову пришло самое простое в мире решение. И почему он раньше этого не сделал? — Я сам разберусь, ладно?
— Хорошо, — неуверенно отступила Гермиона и с сомнением уставилась на него. — Если ты точно знаешь что делаешь.
— Точно знаю. А теперь давай все же о тебе. — Гарри не терпелось узнать, где же пропадала девушка все это время.
— Ну ладно, что ты хочешь узнать? — устало отозвалась она, смахивая растрепавшиеся волосы со лба.
— Все. Что у вас произошло? Я думал, вы счастливы, а теперь уже и не знаю, что думать. Ты бросила его навсегда? — тревога за друзей во сто крат превышала боязнь потерять работу или попасть под высший суд.
— Конечно нет, Гарри, — улыбнулась Гермиона. — Просто Рону надо понять, что эта его мнимая депрессия сильно затянулась. Я люблю его, правда, но это становится невыносимым.
— Ты знаешь, что с тех пор, как ты ушла, он ни капли не пил? — с надеждой в глазах спросил Гарри. Девушка отрицательно покачала головой. — Он места себе не находит, твои родители говорят, что тебя у них нет. Никто не дает никакой информации. Скажи мне, что ты вернешься!
— Вернусь, — еще шире улыбнулась она. — Теперь вернусь. По правде говоря, родители меня совсем достали разговорами о внуках. И я рада, что Рон вынес хоть какой-то урок.
Внутреннее ликование Гермионы достигло своего пика. Она и так собиралась вернуться домой, практически расставшись с надеждой на то, что ее муж бросит пить. Но Гарри сказал, что Рон больше не прикладывается к бутылке, а не верить своему другу повода не было. Какое же счастье, что жизнь возвращается на круги своя. Перемены ужасно нервировали Гермиону.
— И еще, — смущаясь, добавил Гарри. — Если ты не против, я думаю, что уеду от вас. Пора же мне вернуться в свой дом.
Вместо ответа он получил радостный крик и новую порцию объятий. Гарри не стал объяснять, что сказал это не из-за того, что хотел жить с Малфоем — он хотел дать Рону и Гермионе время побыть вдвоем и наладить отношения. Потерявшийся в своей памяти друг им вряд ли в этом поможет. Радостно вереща, девушка унеслась к себе в отдел, не забыв расцеловать Гарри в обе щеки и пожелав ему удачи в сегодняшней ситуации.
Минуты перетекали в часы и тянулись до боли медленно. Посетителей у Поттера больше не было, и он с опаской ждал, когда же наступит тот самый момент. Когда до конца рабочего дня осталось менее двух часов, в дверь вновь постучали. На этот раз настойчиво, и у Гарри не было сомнений, что ему не пришли оказать дружескую поддержку. Один из авроров — Поттер так и не запомнил его имени, но теперь оно было и не к чему — был вызван, чтобы проводить Гарри в кабинет к Кингсли Шеклболту, Министру магии. Он медленно плелся по коридорам, стараясь не замечать смешки коллег и довольно едкие высказывания, которые уже без зазрения совести бросали ему в спину. Гарри не оборачивался и не отвечал на эти выпады, в душе желая лишь одного — чтобы это все поскорее закончилось.
Кингсли Шеклболт был давним знакомым Гарри еще со времен Хогвартса. Они столкнулись на пятом курсе, когда Поттер основал «Отряд Дамблдора», и Гарри помнил, что темнокожий волшебник был всегда на их стороне, он верил ему. Возможно, и сейчас поверит. Но, кто знает, сколько воды утекло с тех пор? Люди так поменялись, может, и нынешний министр ослеплен своей властью? Гарри бы это не удивило.
Однако Шеклболт принял его довольно радушно.
— Итак, Гарри. Во что вы вляпались на этот раз? — без грамма злости спросил он, глядя на Поттера из-под своих тяжелых век. Он был именно таким, каким Гарри его запомнил. Крупным мужчиной с яркой внешностью и в не менее ярких одеждах. Шеклболт предложил ему присесть на стул перед своим столом и сложил руки в замок в ожидании ответа.
— Вы, наверно, и сами уже в курсе, — нелепо улыбнулся Гарри. На лице Министра не дрогнул ни один мускул.
— Вы же понимаете, что я не могу игнорировать такие рапорты, особенно от вашего начальства! О чем вы только думали сегодня утром, притворяясь, что память к вам вернулась? Они требуют положить вас в больницу Св. Мунго!
— Они… что? — не поверил своим ушам Гарри. — Да как они…
— Спокойно, Гарри. Я не говорю, что это произойдет.
— Конечно! Ум у тебя действительно остался на уровне шестого курса. А Драко, видимо, вообще боится с тобой спорить! — продолжала гневаться Гермиона. При этом в голосе была слышна безграничная забота и волнение. Она совсем не изменилась. — Я слышала, что за дело взялась Амбридж! Ее-то ты помнишь? Она живого места от тебя не оставит!
Долорес Амбридж Гарри помнил отлично. А особенно ее «любовь» к бывшему гриффиндорцу. Нет, с этой ведьмой ему не справиться.
— Пожалуйста, не надо ничего делать, — неожиданно прервал ее досаду Поттер. Ему в голову пришло самое простое в мире решение. И почему он раньше этого не сделал? — Я сам разберусь, ладно?
— Хорошо, — неуверенно отступила Гермиона и с сомнением уставилась на него. — Если ты точно знаешь что делаешь.
— Точно знаю. А теперь давай все же о тебе. — Гарри не терпелось узнать, где же пропадала девушка все это время.
— Ну ладно, что ты хочешь узнать? — устало отозвалась она, смахивая растрепавшиеся волосы со лба.
— Все. Что у вас произошло? Я думал, вы счастливы, а теперь уже и не знаю, что думать. Ты бросила его навсегда? — тревога за друзей во сто крат превышала боязнь потерять работу или попасть под высший суд.
— Конечно нет, Гарри, — улыбнулась Гермиона. — Просто Рону надо понять, что эта его мнимая депрессия сильно затянулась. Я люблю его, правда, но это становится невыносимым.
— Ты знаешь, что с тех пор, как ты ушла, он ни капли не пил? — с надеждой в глазах спросил Гарри. Девушка отрицательно покачала головой. — Он места себе не находит, твои родители говорят, что тебя у них нет. Никто не дает никакой информации. Скажи мне, что ты вернешься!
— Вернусь, — еще шире улыбнулась она. — Теперь вернусь. По правде говоря, родители меня совсем достали разговорами о внуках. И я рада, что Рон вынес хоть какой-то урок.
Внутреннее ликование Гермионы достигло своего пика. Она и так собиралась вернуться домой, практически расставшись с надеждой на то, что ее муж бросит пить. Но Гарри сказал, что Рон больше не прикладывается к бутылке, а не верить своему другу повода не было. Какое же счастье, что жизнь возвращается на круги своя. Перемены ужасно нервировали Гермиону.
— И еще, — смущаясь, добавил Гарри. — Если ты не против, я думаю, что уеду от вас. Пора же мне вернуться в свой дом.
Вместо ответа он получил радостный крик и новую порцию объятий. Гарри не стал объяснять, что сказал это не из-за того, что хотел жить с Малфоем — он хотел дать Рону и Гермионе время побыть вдвоем и наладить отношения. Потерявшийся в своей памяти друг им вряд ли в этом поможет. Радостно вереща, девушка унеслась к себе в отдел, не забыв расцеловать Гарри в обе щеки и пожелав ему удачи в сегодняшней ситуации.
Минуты перетекали в часы и тянулись до боли медленно. Посетителей у Поттера больше не было, и он с опаской ждал, когда же наступит тот самый момент. Когда до конца рабочего дня осталось менее двух часов, в дверь вновь постучали. На этот раз настойчиво, и у Гарри не было сомнений, что ему не пришли оказать дружескую поддержку. Один из авроров — Поттер так и не запомнил его имени, но теперь оно было и не к чему — был вызван, чтобы проводить Гарри в кабинет к Кингсли Шеклболту, Министру магии. Он медленно плелся по коридорам, стараясь не замечать смешки коллег и довольно едкие высказывания, которые уже без зазрения совести бросали ему в спину. Гарри не оборачивался и не отвечал на эти выпады, в душе желая лишь одного — чтобы это все поскорее закончилось.
Кингсли Шеклболт был давним знакомым Гарри еще со времен Хогвартса. Они столкнулись на пятом курсе, когда Поттер основал «Отряд Дамблдора», и Гарри помнил, что темнокожий волшебник был всегда на их стороне, он верил ему. Возможно, и сейчас поверит. Но, кто знает, сколько воды утекло с тех пор? Люди так поменялись, может, и нынешний министр ослеплен своей властью? Гарри бы это не удивило.
Однако Шеклболт принял его довольно радушно.
— Итак, Гарри. Во что вы вляпались на этот раз? — без грамма злости спросил он, глядя на Поттера из-под своих тяжелых век. Он был именно таким, каким Гарри его запомнил. Крупным мужчиной с яркой внешностью и в не менее ярких одеждах. Шеклболт предложил ему присесть на стул перед своим столом и сложил руки в замок в ожидании ответа.
— Вы, наверно, и сами уже в курсе, — нелепо улыбнулся Гарри. На лице Министра не дрогнул ни один мускул.
— Вы же понимаете, что я не могу игнорировать такие рапорты, особенно от вашего начальства! О чем вы только думали сегодня утром, притворяясь, что память к вам вернулась? Они требуют положить вас в больницу Св. Мунго!
— Они… что? — не поверил своим ушам Гарри. — Да как они…
— Спокойно, Гарри. Я не говорю, что это произойдет.
Страница 47 из 63
