Любовь без памяти

— удивился Гарри. Он был уверен, что девушка как минимум прокляла кого-то. Это заклинание не числится в списке запрещенных, насколько он знал.

— Сейчас это заклинание отслеживается и не приветствуется в магическом мире, то есть его нежелательно применять по отношению к другим магам, поэтому я решила прийти к тебе с повинной, если вдруг мою палочку решат проверить. Я испугалась и захотела рассказать тебе. Я действительно не хотела этого делать! — она вновь разразилась рыданиями.

— Ты защищала своего ребенка, ничего страшного, Джинни, — попытался успокоить ее Гарри. Его удивило, что после войны многие самые обычные заклинания теперь находятся под контролем Министерства. Он протянул ей салфетку, чтобы она смогла вытереть слезы. — Хорошо, что ты мне сразу рассказала. Уверен, что смогу подтвердить твои слова в случае необходимости, но… — он запнулся. — Дело в том, что я больше не работаю в Министерстве.

— Что? Но почему? — Джинни тут же перестала плакать, но продолжала шмыгать носом.

— Долгая история, — усмехнулся он. — Пожалуйста, не переживай ты так. Уверен, никто не будет проверять твою палочку на предмет запрещенных заклинаний.

— Хорошо, — попыталась улыбнуться она, комкая в руках салфетку. — Извини, что задержала тебя. Ты можешь принести мне еще салфеток, чтобы я поправила свой макияж? Потом мы допьем чай и отправимся по домам, я и так тебя достаточно отвлекла.

Гарри кивнул и отправился к официанту, чтобы выполнить просьбу Джинни. Набрав побольше салфеток и сразу же расплатившись, он вернулся за столик, где его уже ждала подруга, нервно поглядывая в окно.

— Все в порядке? — еще раз уточнил Гарри, беря в руки кружку.

— Конечно, — обольстительно улыбнулась она. От былой грусти на ее лице не осталось и следа. — Гарри, ты не мог бы завтра зайти ко мне? Пожалуйста.

— Без проблем, теперь у меня масса свободного времени, — улыбнулся он и залпом допил остатки чая. Ему тут же показалось, что вкус у напитка стал довольно неприятным, но Гарри решил, что чай просто остыл за то время, пока его не было. Поттер поморщился, но из вежливости допил остатки чая, прежде чем встать из-за стола.

На прощанье Джинни чмокнула его в щеку и спросила еще раз, увидятся ли они завтра. Получив утвердительный ответ, девушка аппарировала к себе домой, а Гарри решил немного прогуляться. Ему нравилось ходить пешком, несмотря на то, что ему были доступны и другие виды перемещений.

Голова слегка кружилась, и Гарри списывал все на тяжелый день и предвкушение встречи с Драко. Открыв дверь в свой, теперь уже полюбившийся, дом, он окликнул Малфоя. Тот не сразу отозвался, поэтому Гарри с тревогой крикнул еще раз. Через несколько минут сонный Драко начал свое шествие по лестнице. Он неторопливо перебирал ногами, потирая лицо. Но заметно оживился, когда увидел, кто посмел нарушить его крепкий сон.

— Ты спал? — задал очевидный вопрос Гарри, поражаясь тому, что Драко решил провалиться в послеобеденный сон. Насколько он уже успел его узнать, Малфою такое было совсем не свойственно. А еще Гарри в глубине души надеялся, что блондин все же переживает за него, а не нежится в постели. — Почему ты не встречаешь меня с бокалом Мартини? — съязвил он.

— Поттер, я тебе не баба, — насупился Драко, но поспешил добавить: — Тем более, никогда не знаешь, куда тебе приспичит аппарировать. Что мне, по всему дому носиться с бокалом, подгадывая место твоего появления? — он еще раз улыбнулся и подошел ближе, притягивая к себе Гарри. Тот сразу же забыл про свои обиды. За такую улыбку можно простить подобную ерунду. — Я не привык, что ты пользуешься дверьми.

— Тогда привыкай, потому что я возвращаюсь домой, — улыбнулся Гарри в ответ и, не дожидаясь окончания радостного возгласа, поцеловал Малфоя длинным и нежным поцелуем.

Спустя несколько минут нежностей в прихожей, они переместились в столовую, где Гарри уже ждал накрытый ужин. Драко еще не успел спросить, чем закончилась сегодняшняя ситуация, но собирался выяснить это в самое ближайшее время. Пусть Поттер сначала поест, выглядит каким-то нездоровым. Гарри с радостью накинулся на еду под восторженные аплодисменты Элизы и ее комментарии насчет того, что в кои-то веки в доме снова кто-то нормально ест. Еда немного притупила легкое чувство тошноты, которое возникло у него несколько минут спустя возвращения домой. Он так сильно устал, что ему стоило больших усилий концентрироваться на еде. Но с каждой минутой становилось немного легче.

— Гарри, рассказывай, — не выдержал Драко, увидев, что щеки Поттера снова порозовели. — Ты изобразил чудесное исцеление?

— Угу.

— И они поверили? — Драко ерзал на стуле, ему не терпелось узнать, что же там было.

— Неа.

— И что они сделали?

— Выгнали.

— Как приятно с тобой разговаривать, Поттер. Не диалог, а песня!