Долгий рассвет

Его счастье, что Фред собирался туда же, чтобы забрать попавшую в лазарет Энни.

По дороге Урфин щёлкал настройками рации, прислушиваясь к переговорам; сообщения так и летали между Ранавиром, Изумрудным городом и Фиолетовой страной, и он знал, что скоро экспедиция снова воссоединится. Никто об этом не говорил, но это было и так понятно.

Тим нёсся впереди, и его приходилось со смехом останавливать, чтобы не сбился с дороги. Потом Урфин начал отставать и, уверившись, что с его парнями всё хорошо, позволил себе это сделать.

Дорога заняла у него почти сутки, и не только потому, что он часто отдыхал. Вокруг было на что посмотреть. Солнце чудесным образом заходило там, где ему было положено, страна снова оказалась безопасной. Между поваленных и рассыпающихся стволов деревьев на глазах пробивались новые ростки, под ногами распускались цветы, пригревало.

— Кар-р! — выдала всклокоченная ворона, которая села на поваленное дерево неподалёку от дороги. Призадумавшись, склонила голову набок и уже увереннее поправилась: — Кагги-Карр!

На лапке блеснуло одно уцелевшее колечко.

Переночевав в наспех построенном шалаше, поутру Урфин отправился дальше. Казалось, за ночь Волшебная страна восстановилась ещё больше, став похожей на себя прежнюю, но Урфин то и дело примечал детали, которые отличали её от той, которой она была раньше. Что-то неуловимое витало в воздухе, показывающее, что Волшебная страна прежней никогда окончательно не станет.

К обеду он добрался до своей усадьбы. Шёл он медленно, понимая, что застанет дома только разрушение и запустение. Чудесные овощи и фрукты должны были наверняка погибнуть от холода и сумрака. Куда уж им уцелеть, если здоровые деревья падали сгнившими?

На плетне сидел Гуамоко и ждал его.

— Хозяин! — закричал он и взлетел, чтобы сесть Урфину на плечо. — Мои глаза меня не обманывают!

— Гуамоко! — растрогался Урфин, поглаживая его по пёрышкам. — Как я рад тебя видеть! Ты снова разговариваешь!

— Волшебство-то вернулось, — сказал филин. — Да ты пойди посмотри, что на огороде делается!

— А что там делается? — вздохнул Урфин. — Как будто я не знаю. Все заново начинать…

— Иди уже! — в нетерпении сказал филин и ущипнул его за ухо. Урфин поспешил на задний двор, где начинался его огород, и обомлел.

Все ссохшиеся и замёрзшие листья были срезаны и лежали кучей. Грядки были восстановлены и выровнены. Слива, дающая оранжевые плоды, была подвязана и подпёрта палками. Неподалёку лежала свёрнутая плёнка из имущества пришельцев, а в целом огород представлял собой бедлам, зато вовсе не походил на ту печальную картину запустения, которую рисовал себе Урфин по дороге сюда. Посреди огорода копались четверо — менвит и три арзака. То-Нор выпрямился, грязной рукой в перчатке вытер лоб и увидел Урфина.

— Мой полковник! — воскликнул он. — Мы как раз вас ожидали. Ваш… э… ваша птица давала нам ценные советы, пока вас не было.

Гуамоко раздулся от гордости, Урфин вздохнул от облегчения. То-Нор вспомнил про него и его огород!

Арзаки рассматривали его с любопытством: у них не вязались беллиорец и менвитская форма. Они перезнакомились, Юми выразил восхищение огородом, Тейнерд и Аларт бросились показывать, как они сооружают парник, чтобы овощи росли ещё быстрее, чем на открытом воздухе.

— Ну, я пойду в дом, приготовлю вам обед, — сказал Урфин, ещё больше растрогавшись. — А потом все вместе будем работать.

— Вы расскажете нам о своих методах селекции? — попросил Тейнерд. — Дело в удобрениях? Или это генная инженерия?

— Какая? — изумился Урфин.

— Тейнерд, прекрати, — захихикал Юми. — Знаешь же, что они не на таком уровне. Его метод селекции называется «золотые руки», понятно?

Генерал проснулся рано, вопреки своему обыкновению. В Ранавире, судя по всему, творилось полное безобразие, и пора было брать дисциплину в свои руки.

Первым, кого он встретил, спускаясь по лестнице во двор, был арзак с орденом Двойной звезды на груди.

― Доброе утро, мой генерал! ― поздоровался он. ― Я иду к вам от полковника Лон-Гора сообщить новости.

― Доброе утро, ― ответил Баан-Ну. Здороваться с арзаками было непривычно. ― Новости хорошие?

― Сначала плохие, потом хорошие, ― уклончиво ответил арзак. ― Этой ночью Ман-Ра пытался покончить с собой. Хорошая новость ― Ар-Лой его вовремя остановил. Ох, как полковник на него орал, когда он очнулся… Сам слышал!

― А ты что там делал?

― Лез в окошко, ― чистосердечно признался арзак.

― Зачем?

― По личным соображениям, ― хитро ответил тот.

― Ну если по личным, тогда ладно, ― ответил Баан-Ну. Он был встревожен. Ещё самоубийств среди экипажа не хватало! ― К Ман-Ра можно?

― Пока нет, ― ответил арзак, переминаясь с ноги на ногу. Казалось, он в нетерпении готов бежать по своим делам.