Долгий рассвет

― Не знал, что ты можешь быть таким жестоким, ― наконец сказал Мевир.

― Послушайте, ― вмешался Лон-Гор. ― Вы выбрали самую убийственную месть! Вы хотите, чтобы он попробовал ещё раз, когда его не смогут остановить? Сначала он будет бояться вашего появления, потом ― мучиться от того, что вы ему помогаете и всегда находитесь рядом. А вы будете невзначай напоминать ему о шрамах и всё такое! И до чего это дойдёт? Я как раз подбираю ему программу реабилитации и освежаю в памяти курс психотерапии. Ваше вмешательство сведёт это на нет.

― Ага, как же, ― выплюнул Эйгард. ― Ему-то реабилитация нужнее, чем мне! Вы хотите вернуть его в строй, а я просто хочу, чтобы он умер и помучился как следует перед смертью!

Мевир схватил его за плечи и встряхнул так, что у Эйгарда стукнули зубы.

― Ты себя слышишь?! ― закричал он. ― Ты доводишь человека до самоубийства! Хладнокровно и расчётливо! Ты хоть понимаешь, во что превращаешься?!

Эйгард стряхнул его руки, и тут же в нём произошла какая-то перемена.

― Хочешь сказать, это и есть моя тёмная сторона? ― тихо спросил он. ― Как у Ильсора? Но что если я правда хочу его смерти, как он хотел моей?

― Он не хотел, ― растолковал Мевир. ― Иначе бы ты тут не стоял.

― Нет, ― ответил Эйгард. По его щекам покатились слёзы. ― Ему просто было всё равно. Мне больно, понимаешь?

― Понимаю, ― ответил Мевир и обнял его. ― Я с тобой. Я с тобой буду всегда, что бы ты ни натворил.

Уже прошло несколько часов после того, как Кау-Рук отправился в Изумрудный город, чтобы отвезти туда Тима, Фреда и Энни, а генерал уже пожалел, что послал на это задание именно его. Штурман был нужен здесь, для совещания. Баан-Ну пришло в голову, что неплохо бы прояснить порядок работы лагеря теперь, после всех изменений. Сейчас же он попеременно доставал всех, кто ему встречался, прежде всего, конечно, Лон-Гора и Мон-Со. Лон-Гор по-прежнему не пускал Баан-Ну ни к кому из больных, мотивируя это особенностями лечения. Генерал припомнил порошок, от которого всё чесалось, и неизвестную науке подземную инфекцию, и посмотрел на полковника так проникновенно, как только мог. Полковник не проникся и попросил покинуть его рабочий кабинет, если генерал не чувствует себя нездоровым. Баан-Ну уже хотел что-нибудь симулировать, но сообразил, что этот номер не пройдёт, и решил не позориться.

Мон-Со он нашёл в собственном кабинете в компании какого-то арзака. Вроде бы это был секретарь, на Мон-Со он посматривал робко и едва ли не сжимался под его взглядом. Оба сидели за столом генерала, не покушаясь, впрочем, на его кресло, и перебирали какие-то бумаги, и оба вскочили при его появлении. Баан-Ну вспомнил, что уже где-то этого арзака видел.

― Мой генерал, ― выручил его Мон-Со. ― Мы с Эшем занимаемся юридической стороной вопроса. Простите, что в вашем кабинете.

― Ничего страшного, ― отмахнулся Баан-Ну и сел на своё место. ― Какого именно вопроса?

Теперь, когда он знал, что вникать нужно во всё, свалить на плечи подчинённых неизвестную задачу казалось неправильным. К тому же он помнил заветы Тонконюха.

― Вопроса, как это всё выглядит, если посмотреть чужими глазами, ― пояснил Эш, подбодренный кивком Мон-Со. ― Например, нас очень беспокоит приказ о награждении Ригана орденом Двойной звезды…

― Что в этом такого? ― удивился генерал. ― Кого хочу ― того и награждаю. Вот пришла мне в голову блажь наградить раба ― кто мне помешает?

― Нет, мой генерал, орден и вызовет самые большие подозрения. Ладно ― вы назначили полковником беллиорца, это можно объяснить тем, что он предал своих и переметнулся. Потом вы его уволите, когда станет не нужен, и то это с натяжкой…

― Я бы не потерпел беллиорца в равном со мной звании, ― сказал Мон-Со и добавил: ― Ну, прежний я. А с орденом всё совсем плохо. Наградив им раба, вы не подняли его на одну ступень с избранниками, вы дискредитировали саму идею избранничества, вы опустили нас на его уровень, стёрли различия и показали, что вам плевать на идеи Верховного… А ещё и оружие…

― Замолчите! ― простонал Баан-Ну, хватаясь за голову. ― Какой ужас.

― Именно так оно и будет выглядеть, ― серьёзно сказал Эш. ― Орден у Ригана придётся отнять. Ну, то есть, сам орден и пистолет пусть носит, а вот приказы придётся из делопроизводства изъять и переписать все последующие приказы, изменив их номера. Я займусь. Теперь вы понимаете, чем это всё было на самом деле?

И Баан-Ну, и Мон-Со стыдливо промолчали, но Эш и не требовал у них ответа.

― Если найду юридические лазейки, то сообщу вам, ― сказал он.

― Попросите кого-нибудь сходить за полковником Джюсом, ― сказал Баан-Ну, когда Эш собрался уходить. ― Будет совещание.

― Мой генерал, ― произнёс Мон-Со, убедившись, что Эш ушёл. ― Я…

― Что?

Мон-Со собрался с духом. Баан-Ну не торопил его.