Первый снег

Какая же ты дура, а!? — тонкие пальцы сжали мою шею. Я резко повернула голову, прожигая ее взглядом. — Да я убью тебя! Кто ты вообще, мать твою, такая!?

Девушка отпустила мою шею и резко затихла. Вдруг она заговорила со мной спокойным тоном светской беседы:

— Я-то кто? А я Джейн… Приятно познакомится, правда? Живу кстати, через дорогу… Жила! — голос сорвался на крик. — А теперь с радостью задушу тебя, подстилка!

Пальцы Джейн сдавили мне горло. Попытка вырваться провалилась. Джейн небрежно швырнула меня на спину, садясь мне на грудь, не давая вздохнуть.

— Джефф изуродовали меня! Сравнял с землей, унизил! Ты не представляешь, как я его ненавижу! Хватит слепо ему доверять!

— Ты ведь все еще любишь… — прошептала я, чувствовая, что теряю сознание… Проваливаюсь… Передо мной черная вода… Пучина… Она затягивает… Все размытое, звуки кладбища и голос девушки, передо мной на тысячи волн расплывается ее фигура, оголяя белое лицо.

— Ахаха! Сэмми сдала-ась! — в глухой тишине раздался до боли знакомый смех. Джефф… Я рада, что он в порядке. Он — мой лучик света в пустых коридорах отчаяния, дорогой и любимый огонек. Как глупо я умерла. Меня задушила старая приятельница. Задушила из-за глупой мести и слепого помешательства.

Воздух холодный. Крепкий. Дрожа, вдыхаю полной грудью. Еще и еще. Глаза вновь привыкают к свету. Было тихо. Холодный ветер завывал в ушах, тяжелым свинцом отлились веки.

— Сэ-эм… — тихий шепот у моего лица. Чье-то дыхание щекочет щеки. — Просыпайся, Джейн ушла…

Медленно приоткрываю глаза. Не могу сдержать счастливой улыбки. Над моим лицом навис Джефф. Та же мягкая улыбка, то же обезображенное лицо. Он рассмеялся и наклонился ближе. Между нами миллиметры.

— Ты стала сильной, Сэм, — выдыхает мне в губы Джефф. Грустно выдыхаю. Нет, все таки я размечталась.

Странный порыв. Тысячи искр, буря в сознании. Тупые бабочки в животе. Тц, нелепая романтика, первая влюбленность. В голове помутнело. Так близко, щеки горят пумянцем. Сейчас… Сечас… Другого шанса не будет, Саманта. Приподнимаюсь на локтях и нелепо целую его. Прости, но ты меня испортил, Джефф.! Внимание!

На счет следующей главы у меня сомнения: я не знаю, что мне написать. Предлагаю вам на выбор пару возможных вариантов развития событий.

1. Глава чисто о романтике, Джефф ответит Сэм взаимностью.

2. Джефф не одабривает этих чувств, у них большая ссора, расставание на долгое время. (Но потом они снова сойдутся)

Ну, свои варианты тоже предлагайте. Я жду)

10, Эпилог. Сладкие мечты пропитаны болью

Джефф прижал меня к холодной мраморной плите, вцепившись холодными пальцами в плечи. Дура, какая я дура! Вокруг тишина. Собственные мысли стучат в висках, не давая рассмотреть Джеффа. Мне уже все равно. Я видела его тонкие губы, нос с горбинкой, сизые глаза… Это он — мой дом! Моя Родина! Моя отрада… Зачем я это сделала? Зачем? Хотела заставить его полюбить себя? Или я просто сошла с ума…? Мне уже все равно. Абсолютно. Будь что будет. Слова дрожат на губах, и вот-вот я расплачусь, как сопливая малолетка. «Я… Я люблю тебя, Джефф!» — Джефф уронил нож и… Отпустил меня. Что-то мокрое коснулось моего лица. Что-то чистое…«И я… И я люблю тебя, Сэм!» — и тогда пошел первый снег.

В комнате темно. Свет тусклого торшера падает на старый письменным стол. У Грега буквы выходят неровные, кривые. Меня зовут Грегори. Мне 11 лет… А сказать больше не о чем. Разве что об отце, которого он видит раз в несколько дней. Да и о матери, которую он в лицо не видел. Вся его жизнь — попытка стать кем-то. А кем? Он разогнал всех друзей, он не может так жить, глядя на пьяного отца. Убийцу. «И я просто хотел бы родиться заново. Жить в семье. Дверь в комнату открылась, вошел отец. От него всегда пахло табаком, приторный запахом смерти.»

— Домашка? — отец оперся руками о стол и заглянул в тетрадь сына. — Сочинение на тему «Обо мне». Меня зовут Грегори. Мне 11 лет. И я просто хотел бы родиться заново. Жить в семье. Грегори, а у нас что, не семья!

— Нет, не семья! Посему всех детей родители водят в кино? Почему все дети обнимают родителей после школы? Почему у всех есть сестры и братья? Почему я другой? Где мама…!? — Грег тяжело задышал. Слезы крупными каплями катились по щекам. Он был красивым, маленький, хрупким. Весь в мать. Только внешность отца — те же голубые, чистые глаза и каштановые волосы. Только волнистые, как у мамы. А отец был грубым, угловатым. Лицо бледное, немного розоватое у скул с заросшими бородой шрамами. Изменился. Пятнадцать лет прошдо, а он еще тот же мальчишка.

— Твоя мать покончила с собой, когда тебе было три месяца, — Джефф нахмурился брови и отвел взгляд. Он видел её. Видел её измученное лицо, грустную улыбку на лице. Шаг назад — холодные воды погрузили тело на дно.

Я… Я так больше не могу… Я не могу так жить. Ноги сами привели меня на мост.