Что ее ждет в крипипасте? Удаться ли ей сохранить свою личность, удаться ли ей не потерять себя? Удаться ли ей не стать безумной убийцей?
Добавить в моё избранное
107 мин, 38 сек 5944
Или мы просто оставим тебя тут, дав крысам сполна полакомиться тобой?
Пленник затрясся от таких перспектив на ближайшее будущее.
— Н-нет, не отдавайте меня им. Пожалуйста.
— Почему нет? Ты ведь сам отказался нам все рассказывать. А крысы голодны и не откажутся полакомиться тобой.
— Я-я все расскажу. Только не отдавайте меня им. Пожалуйста.
Пленник сдержал свое слово и принялся рассказывать. Оставалось лишь записывать сказанное.
— Вот так и надо сразу. А теперь мой обещанный подарок. — тихо сказала я.
Пленник посмотрел на меня с надеждой, что его отпустят.
POV Безглазый Джек.
Все это время я стоял не шевелясь. От речей Ребекки даже мне становилось не по себе. Я поморщился. Крысы внушали страх и отвращение.
Блэквуд смогла удивить меня. И очень сильно. Это внушало уважение. Я и не знал, какие демоны скрываются в ней. Точнее она сама была демоном. А это завораживало меня, и очень сильно.
— А вот и мой обещанный подарок. — услышал я от Ребекки.
Она приставила к его голове пистолет.
— Н-но… — удивился пленник.
— Ты и вправду подумал, что я отпущу тебя? Ты такой глупый. — невинно сказала Ребекка.
Она отправляет в полет пулю, а та врезается мужчине прямо между глаз. Его лицо застывает в предсмертном ужасе, через пару секунд его бездыханное тело обмякает на стуле и падает назад. Вокруг головы, навсегда потерявшей возможность мыслить, растекается жидкое золото. Блэквуд опускается и собирает немного плавленого металла, перекатывает между пальцев и ухмыляется. Внутри ярким пламенем горит желание окрасить весь этот город в золотой цвет.
— О-откуда у тебя пистолет? — немного заикнувшись, спросил он.
— Стащила у Тоби. — хмыкнула Ребекка, вновь закрепляя его на ляжке.
Вдруг послышались хлопки. Это хлопал Слендер.
— «Он что, все это время наблюдал за нами?» — подумал я.
— Да, Джек. Отличная работа, Ребекка. — ответил Безликий.
— Рада стараться. — без эмоций ответила девушка.
POV Ребекка.
Я больше не хотела находиться тут, поэтому почти вылетела из подвала. Погрузиться в свои мысли я могла только в своей спальне на втором этаже, словно эта комната была моим маленьким убежищем. Возможно, это так и есть.
Буквально за минуту я добралась до нее. Я вошла в нее и заперла ее, чтобы никто не потревожил меня.
Оказавшись в своей комнате, с меня как будто спало наваждение. Словно там, в подвале, была совершенно другая Ребекка. А теперь она уступила место ей — хорошей Ребекке. А может быть она просто себя обманывает? Словно хочет избавиться таким образом от мук совести, которая каким-то образом еще осталась в ней. Так или иначе, та Ребекка была чертовски права в кое-чем. Она действительно умерла. Может и не вся, но часть ее точно.
Вот только я не помню, как это произошло. Знаю только, что это произошло в этой комнате. Я не помню своих друзей или родителей, поэтому мне не жаль, что я мертва. Возможно, я умерла от передозировки наркотиков или депрессантов. Возможно, я перерезала себе вены или повесилась. Я не знала, что будет после смерти, единственное, в чем я была уверена, мне станет легче, после того, как я это сделаю.
Но легче не стало, я просто застряла тут. В этой комнате, в этой бесконечности. Без каких-либо особых воспоминаний и чувств. Иногда, когда я закрываю глаза, в моей памяти проскальзывают кусочки пазла. Эти отрывки, возможно, из моего прощального письма. Однажды, мне удалось соединить их воедино.
Осознание этого не вызвало даже малейшего отклика в сердце. Мне не хотелось уже бороться. А зачем? Если даже я сбегу отсюда, то что будет дальше? Разве я смогу вновь нормально жить? Те события очень повлияли на меня. Я больше не была прежней Ребеккой. От нее практически ничего не осталось. Лишь жалкие остатки чувств и воспоминаний, которые каким-то чудом сохранились в ней.
Я понимала, что все больше принимаю тот факт, что взращиваю ненависть к самой себе внутри своей души. Я настолько устала от себя, что эта тошнота перерастает в бесконечную смертельную тоску, от которой порой хочется выть часами напролет, скулить отчаянно и в одиночестве, чтобы никого больше не затронуть этой болезнью. Я так долго ношу бремя молчания, что оно выросло и душит, душит хладнокровно и беспощадно, до кровавых слез и крика, до последнего свободного вздоха.
Моя совесть бьет меня ножами под ребра, исцарапывая внутреннюю сторону грудной клетки, а искалеченное сознание больше не знает, куда прятать душу, чтобы уберечь ее от гибели. Все, что остается делать, — это поселить в ней ростки ненависти в надежде, что та убьет ее менее мучительно, чем окружающий мир.
POV Безглазый Джек.
Ребекка исчезла отсюда прежде, чем мы успели, что-то сказать.
— Ты знаешь, что делать с трупом. — сказал Слендер и ушел.
Пленник затрясся от таких перспектив на ближайшее будущее.
— Н-нет, не отдавайте меня им. Пожалуйста.
— Почему нет? Ты ведь сам отказался нам все рассказывать. А крысы голодны и не откажутся полакомиться тобой.
— Я-я все расскажу. Только не отдавайте меня им. Пожалуйста.
Пленник сдержал свое слово и принялся рассказывать. Оставалось лишь записывать сказанное.
— Вот так и надо сразу. А теперь мой обещанный подарок. — тихо сказала я.
Пленник посмотрел на меня с надеждой, что его отпустят.
POV Безглазый Джек.
Все это время я стоял не шевелясь. От речей Ребекки даже мне становилось не по себе. Я поморщился. Крысы внушали страх и отвращение.
Блэквуд смогла удивить меня. И очень сильно. Это внушало уважение. Я и не знал, какие демоны скрываются в ней. Точнее она сама была демоном. А это завораживало меня, и очень сильно.
— А вот и мой обещанный подарок. — услышал я от Ребекки.
Она приставила к его голове пистолет.
— Н-но… — удивился пленник.
— Ты и вправду подумал, что я отпущу тебя? Ты такой глупый. — невинно сказала Ребекка.
Она отправляет в полет пулю, а та врезается мужчине прямо между глаз. Его лицо застывает в предсмертном ужасе, через пару секунд его бездыханное тело обмякает на стуле и падает назад. Вокруг головы, навсегда потерявшей возможность мыслить, растекается жидкое золото. Блэквуд опускается и собирает немного плавленого металла, перекатывает между пальцев и ухмыляется. Внутри ярким пламенем горит желание окрасить весь этот город в золотой цвет.
— О-откуда у тебя пистолет? — немного заикнувшись, спросил он.
— Стащила у Тоби. — хмыкнула Ребекка, вновь закрепляя его на ляжке.
Вдруг послышались хлопки. Это хлопал Слендер.
— «Он что, все это время наблюдал за нами?» — подумал я.
— Да, Джек. Отличная работа, Ребекка. — ответил Безликий.
— Рада стараться. — без эмоций ответила девушка.
POV Ребекка.
Я больше не хотела находиться тут, поэтому почти вылетела из подвала. Погрузиться в свои мысли я могла только в своей спальне на втором этаже, словно эта комната была моим маленьким убежищем. Возможно, это так и есть.
Буквально за минуту я добралась до нее. Я вошла в нее и заперла ее, чтобы никто не потревожил меня.
Оказавшись в своей комнате, с меня как будто спало наваждение. Словно там, в подвале, была совершенно другая Ребекка. А теперь она уступила место ей — хорошей Ребекке. А может быть она просто себя обманывает? Словно хочет избавиться таким образом от мук совести, которая каким-то образом еще осталась в ней. Так или иначе, та Ребекка была чертовски права в кое-чем. Она действительно умерла. Может и не вся, но часть ее точно.
Вот только я не помню, как это произошло. Знаю только, что это произошло в этой комнате. Я не помню своих друзей или родителей, поэтому мне не жаль, что я мертва. Возможно, я умерла от передозировки наркотиков или депрессантов. Возможно, я перерезала себе вены или повесилась. Я не знала, что будет после смерти, единственное, в чем я была уверена, мне станет легче, после того, как я это сделаю.
Но легче не стало, я просто застряла тут. В этой комнате, в этой бесконечности. Без каких-либо особых воспоминаний и чувств. Иногда, когда я закрываю глаза, в моей памяти проскальзывают кусочки пазла. Эти отрывки, возможно, из моего прощального письма. Однажды, мне удалось соединить их воедино.
Осознание этого не вызвало даже малейшего отклика в сердце. Мне не хотелось уже бороться. А зачем? Если даже я сбегу отсюда, то что будет дальше? Разве я смогу вновь нормально жить? Те события очень повлияли на меня. Я больше не была прежней Ребеккой. От нее практически ничего не осталось. Лишь жалкие остатки чувств и воспоминаний, которые каким-то чудом сохранились в ней.
Я понимала, что все больше принимаю тот факт, что взращиваю ненависть к самой себе внутри своей души. Я настолько устала от себя, что эта тошнота перерастает в бесконечную смертельную тоску, от которой порой хочется выть часами напролет, скулить отчаянно и в одиночестве, чтобы никого больше не затронуть этой болезнью. Я так долго ношу бремя молчания, что оно выросло и душит, душит хладнокровно и беспощадно, до кровавых слез и крика, до последнего свободного вздоха.
Моя совесть бьет меня ножами под ребра, исцарапывая внутреннюю сторону грудной клетки, а искалеченное сознание больше не знает, куда прятать душу, чтобы уберечь ее от гибели. Все, что остается делать, — это поселить в ней ростки ненависти в надежде, что та убьет ее менее мучительно, чем окружающий мир.
POV Безглазый Джек.
Ребекка исчезла отсюда прежде, чем мы успели, что-то сказать.
— Ты знаешь, что делать с трупом. — сказал Слендер и ушел.
Страница 14 из 29
