Вся жизнь от мальчика Хелена Отиса до Кровавого Художника. Опять эта невыносимая, ужасная боль! Почему я должен терять тех, кто мне дорог? — кричал я на парня в зеркале, но он лишь зло смотрел на меня. — Я ведь этого не заслужил! — с этими словами я разбил зеркало и сел на пол. Из-под маски капали слезы. Ублюдки! Я убью их всех!
50 мин, 46 сек 3146
Перед глазами был Том, выскальзывающий из моих рук. Меня начало трясти.
Все повторяется вновь. Многие говорят, что я убийца. Некоторые говорят, что это случайность, что я хотел спасти его. Но тот факт, что нас видели на крыше, селит сомнения в их «защитные аргументы в мою честь».
Ночь. Я лежу на своей кровати. Я дрожу и плачу. Плачу, потому что мне жаль. Я чувствую, что ужасно виноват. Ведь это я его не удержал. Это я виноват…
Стоп. А что, если… Нет, это не моя вина. Он заслужил этой смерти. Он подставил меня и заслужил этого!
Почему-то от этих мыслей дрожь унялась. Я перестал плакать. Мне стало лучше! Я улыбнулся и посмотрел в зеркало: на меня смотрел парень со звериным оскалом и довольными глазами. Я засмеялся и сказал ему:
— Томми получил свое наказание. Наверное, пришла пора и другим принять его. Не так ли?
В ответ парень лишь сильнее улыбнулся, беззвучно смеясь. Я же смеялся вслух. Это был сладкий истерический смех. Но осознание этого меня не останавливало. Я смеялся и смеялся, и смех сплетался с темнотой, как красная и черная краски…
Я вошел в общежитие. Вечеринка еще не началась, но все было наготове. Я даже встретил кого-то в костюме, но прошел мимо. У меня свой порядок жертв.
Я постучал в комнату. Никто не ответил. Я не стал медлить и, войдя, закрыл за собой дверь. На кровати сидел Бун, обнимая какую-то девушку в костюме ведьмы. Они меня не заметили, так как были заняты рассматриванием «волшебного» шара. Я подошел чуть ближе, доставая свой нож. Перед глазами пронеслось воспоминание, когда он рвал мои рисунки. И это воспоминание порвало во мне последнюю нить страха и неуверенности.
— Ну, привет, Бун, — крикнул я, с разбегу втыкая ему нож в живот.
Ведьма, не успев закричать, получила удар в шею. Оба корчились от боли, не в силах кричать. Я надеялся, что убью их с первого раза. Но, раз не получилось, то буде учиться. Я несколько раз нанес удары ножом по девушке, отчего так быстро отключилась. А может и умерла. Но мне все равно. Я повернулся к Буну. Он хрипел что-то непонятное, плюясь кровью. Я забрал его телефон и выкинул в окно. Потом вышел и закрыл за собой дверь. Его я оставлю напоследок.
Комната рядом оказалась пустой. Я зашел в следующую. Там сидела девушка, которую я раньше не замечал. Но она точно была моей одноклассницей. Я достал нож, с которого капала кровь.
— У тебя классный костюм. Кто ты? — она улыбалась, осматривая мой «костюм». Это прозвучало очень раздражающе.
— Хелен Отис, — с этими словами я пырнул ее ножом в сердце, но опять промахнулся. Кровь образовала под лежащей девушкой большую лужу. Да что же это такое? Надо попробовать еще раз. Я замахнулся и на этот раз удар пришелся сразу в цель. Девушка прохрипела и умерла. Меня радовал результат. А кровь растекалась по полу. Я обмакнул в нее палец и провел по стене. Затем еще раз и еще. Со стены мне улыбался смайлик. Но он какой-то маленький. Я стал рисовать следующего.
Когда кровь перестала вытекать из ее ран, мне пришлось взять стул и выбивать им кровь. Она брызгала во все стороны, оставляя красные точки на стенах, кроватях и потолке. Я был рад. Я бил со всей силы. Я не любил, когда краски заканчиваются! Я вновь принялся рисовать. Непонятный узор обливался кровью.
Когда я уходил, я улыбнулся своему смайлику и запер дверь. Моего кровавого вида никто не пугался, и это было мне на руку. Я зашел в следующую комнату.
Я разрезал ему горло очень медленно, заткнув рот тряпкой. Он мычал и пытался вырваться, но я держал его очень крепко.
Кровь хлещет повсюду, заливая таким насыщенным цветом. Это новый стиль! Это мой стиль! Я рисовал все, что мне хотелось: мое воображение разыгралось не на шутку. На стенах истекали кровью деревья, животные и неразличимые узоры. Это было превосходно! Я смеялся сквозь маску. Я смеялся вместе с маской! Я был счастлив!
Остались последние две комнаты. Комната Джуди и комната Буна. Надеюсь, что он все еще жив. Мои штаны приобрели еще более темным оттенок, мокрые от крови. Сине-красный мне нравился куда больше!
Я подошел к двери. Слышно лишь какой-то шум. Я знал, что, возможно, она уже предупреждена, ведь я вел себя не совсем осторожно… Я резко открыл дверь и, не ожидав, что она будет сидеть так близко, нанес удар в живот. Потом в шею. Она упала со стула и начала заливать своей кровью пол.
Все повторяется вновь. Многие говорят, что я убийца. Некоторые говорят, что это случайность, что я хотел спасти его. Но тот факт, что нас видели на крыше, селит сомнения в их «защитные аргументы в мою честь».
Ночь. Я лежу на своей кровати. Я дрожу и плачу. Плачу, потому что мне жаль. Я чувствую, что ужасно виноват. Ведь это я его не удержал. Это я виноват…
Стоп. А что, если… Нет, это не моя вина. Он заслужил этой смерти. Он подставил меня и заслужил этого!
Почему-то от этих мыслей дрожь унялась. Я перестал плакать. Мне стало лучше! Я улыбнулся и посмотрел в зеркало: на меня смотрел парень со звериным оскалом и довольными глазами. Я засмеялся и сказал ему:
— Томми получил свое наказание. Наверное, пришла пора и другим принять его. Не так ли?
В ответ парень лишь сильнее улыбнулся, беззвучно смеясь. Я же смеялся вслух. Это был сладкий истерический смех. Но осознание этого меня не останавливало. Я смеялся и смеялся, и смех сплетался с темнотой, как красная и черная краски…
Начало
Итак, сегодня День Всех Святых или, по другому, Хэллоуин. Идеальный день для моего возмездия! Эти мерзкие одноклассники устроили вечеринку, но меня позвать забыли. Но ведь веселье приходит без приглашения! Черные джинсы, перчатки, синий пиджак на черную футболку и маску, сделанная мной недавно. Белая, на все лицо, с вырезанными отверстиями для глаз и нарисованным красной краской рот-улыбка. Как же она похожа на смайлик! Это радовало меня и придавало сил. Надев ее, я взял нож и пошел к дому «друзей».Я вошел в общежитие. Вечеринка еще не началась, но все было наготове. Я даже встретил кого-то в костюме, но прошел мимо. У меня свой порядок жертв.
Я постучал в комнату. Никто не ответил. Я не стал медлить и, войдя, закрыл за собой дверь. На кровати сидел Бун, обнимая какую-то девушку в костюме ведьмы. Они меня не заметили, так как были заняты рассматриванием «волшебного» шара. Я подошел чуть ближе, доставая свой нож. Перед глазами пронеслось воспоминание, когда он рвал мои рисунки. И это воспоминание порвало во мне последнюю нить страха и неуверенности.
— Ну, привет, Бун, — крикнул я, с разбегу втыкая ему нож в живот.
Ведьма, не успев закричать, получила удар в шею. Оба корчились от боли, не в силах кричать. Я надеялся, что убью их с первого раза. Но, раз не получилось, то буде учиться. Я несколько раз нанес удары ножом по девушке, отчего так быстро отключилась. А может и умерла. Но мне все равно. Я повернулся к Буну. Он хрипел что-то непонятное, плюясь кровью. Я забрал его телефон и выкинул в окно. Потом вышел и закрыл за собой дверь. Его я оставлю напоследок.
Комната рядом оказалась пустой. Я зашел в следующую. Там сидела девушка, которую я раньше не замечал. Но она точно была моей одноклассницей. Я достал нож, с которого капала кровь.
— У тебя классный костюм. Кто ты? — она улыбалась, осматривая мой «костюм». Это прозвучало очень раздражающе.
— Хелен Отис, — с этими словами я пырнул ее ножом в сердце, но опять промахнулся. Кровь образовала под лежащей девушкой большую лужу. Да что же это такое? Надо попробовать еще раз. Я замахнулся и на этот раз удар пришелся сразу в цель. Девушка прохрипела и умерла. Меня радовал результат. А кровь растекалась по полу. Я обмакнул в нее палец и провел по стене. Затем еще раз и еще. Со стены мне улыбался смайлик. Но он какой-то маленький. Я стал рисовать следующего.
Когда кровь перестала вытекать из ее ран, мне пришлось взять стул и выбивать им кровь. Она брызгала во все стороны, оставляя красные точки на стенах, кроватях и потолке. Я был рад. Я бил со всей силы. Я не любил, когда краски заканчиваются! Я вновь принялся рисовать. Непонятный узор обливался кровью.
Когда я уходил, я улыбнулся своему смайлику и запер дверь. Моего кровавого вида никто не пугался, и это было мне на руку. Я зашел в следующую комнату.
Я разрезал ему горло очень медленно, заткнув рот тряпкой. Он мычал и пытался вырваться, но я держал его очень крепко.
Кровь хлещет повсюду, заливая таким насыщенным цветом. Это новый стиль! Это мой стиль! Я рисовал все, что мне хотелось: мое воображение разыгралось не на шутку. На стенах истекали кровью деревья, животные и неразличимые узоры. Это было превосходно! Я смеялся сквозь маску. Я смеялся вместе с маской! Я был счастлив!
Остались последние две комнаты. Комната Джуди и комната Буна. Надеюсь, что он все еще жив. Мои штаны приобрели еще более темным оттенок, мокрые от крови. Сине-красный мне нравился куда больше!
Я подошел к двери. Слышно лишь какой-то шум. Я знал, что, возможно, она уже предупреждена, ведь я вел себя не совсем осторожно… Я резко открыл дверь и, не ожидав, что она будет сидеть так близко, нанес удар в живот. Потом в шею. Она упала со стула и начала заливать своей кровью пол.
Страница 8 из 13