Фандом: Гарри Поттер. Гермиона неслась по коридору Министерства, не замечая людей, который в ужасе разбегались по сторонам. Она была неимоверна зла, и ее вечно растрепанные волосы странно шевелились, напоминая об одной небезызвестной мифической личности.
Добавить в моё избранное
38 мин, 18 сек 788
На его столе лежал странный предмет круглой формы, напоминающий музыкальную пластинку. Он слегка светился голубоватым и, казалось, мелко подрагивал, привлекая внимание девушки.
— Это универсальный портал для двоих на остров, — указал мистер Брэдстокер на пластинку. — Документы у меня, все готово к отправке.
Гермиона все еще не могла отвести взгляд от портала, когда начальник дотронулся до ее плеча, призывая не мешкать. Девушка взялась за пластинку с одной стороны, Аарон — с другой. Прозвучало «Портус», и оба мага почувствовали знакомое ощущение переноса. Через несколько секунд они стояли перед главными и единственными воротами Азкабана, ветер приносил им в лицо морские брызги, что заставляло ежиться и запахивать поплотнее министерские мантии.
Мистер Брэдстокер наколдовал патронус и передал с ним сообщение охране. Через несколько минут ворота с тяжелым скрипом открылись, явив посетителям крайне удручающее зрелище — темный коридор с редкими факелами, промозглый и сырой, тонул в непроглядной черноте.
Гермиона ощутила острое желание развернуться и отправиться подальше от этого места, не обращая внимания на огромное расстояние открытого моря, которое явно препятствовало этой идее. Тем не менее она вынуждена была взять себя в руки и последовать за начальником. Стук ее каблуков гулким эхом убегал вперед, словно предупреждая кого-то находящегося на их пути о приближении незваных гостей.
Когда Гермионе уже показалось, что сейчас она потонет в черноте и никогда больше не увидит свет, коридор неожиданно свернул вправо и привел к хорошо освещенному тупику с двумя дверями. Аарон толкнул одну из них, и маги оказались в достаточно уютном — в сравнении с предыдущим коридором — кабинете.
Начальник тюрьмы — пожилой волшебник в строгом мундире — поднялся из-за стола и приветственно пожал руку мистеру Брэдстокеру. Затем, с удивлением обнаружив стоящую за ним девушку, кивнул ей и вернулся на свое место.
— С чем пожаловал, Аарон?
Начальник Гермионы протянул ему увеличенную папку с документами и разрешение на допрос Розье.
— Я, конечно, редко лично присутствую на подобных мероприятиях, но мисс Грейнджер совсем недавно работает в моем Отделе, я не мог отправить ее в ваше милое ведомство одну, — Аарон усмехнулся, пряча руки в карманы мантии.
— О, мисс Грейнджер, рад с вами познакомиться лично, — мужчина снова встал и поцеловал руку девушки, отчего та смущенно улыбнулась, — меня зовут Роберт Уилсон. Я начальник тюрьмы Азкабан, думаю, вам стоит знать это, потому что со спецификой вашей работы вы станете частым гостем в этих стенах.
— Очень приятно, мистер Уилсон, — Гермиону передернуло от его слов, но она все же выдавила из себя улыбку.
— Что ж, не будем терять время, следуйте за мной, — Роберт кивнул на дверь, находившуюся на другом конце комнаты, и все трое отправились в малоприятное путешествие по запутанным мрачным коридорам тюрьмы.
Правда, войдя в первый же, все трое создали патронусов — дементоры непрерывно несли свою тяжкую службу, а лишний раз попасть под их воздействие никому не хотелось. Когда они, наконец, добрались до камеры Розье, было почти три часа.
Гермиона в глубине души опасалась, что допрос придется вести ей, но Аарон, видимо, решил на первый раз сделать для нее показательный пример. Собственно, беседа много времени не заняла: невыразимец определенно знал, как и о чем спрашивать, поэтому Розье довольно быстро согласился с предъявляемыми обвинениями и указал, каким именно способом снять проклятие.
К пяти часам Гермиона уже сидела в своем кабинете и заполняла последние бумаги для закрытия дела. Снятие проклятия заняло двадцать минут, а Невилл, наконец, смог взглянуть на картину, но не был сильно впечатлен.
Неожиданно в дверь постучали, и Гермиона, удивленно подняв голову, разрешила войти. Показавшийся юноша судорожно вздохнул и смущенно на нее посмотрел.
— Мисс Грейнджер, вам письмо. Прислали совой, но им не разрешено летать по Отделу, поэтому вся почта остается на проходной, — он положил послание ей на стол и, попрощавшись, вышел.
Гермиона со странным предвкушением отложила перо и заполняемые минутой ранее бланки и развернула пергамент. На нем было всего несколько строчек, написанных красивым изящным почерком.
«Мисс Грейнджер, насколько я помню, Вы были бы рады собственному портрету в моем исполнении. К сожалению или к счастью, мне необходимо Ваше присутствие для осуществления этой задумки. Поэтому я надеюсь, что Вы почтите меня своим визитом в ближайшее свободное время. Скажем, сегодня?»
Искренне ожидающий Вашего ответа, Тео
Гермиона с удивлением обнаружила, что покраснела от смущения, и тут же тряхнула головой, отгоняя шальные мысли. Но обдумав поступившее предложения, поняла, что провести вечер в компании Нотта — не такая уж плохая идея.
— Это универсальный портал для двоих на остров, — указал мистер Брэдстокер на пластинку. — Документы у меня, все готово к отправке.
Гермиона все еще не могла отвести взгляд от портала, когда начальник дотронулся до ее плеча, призывая не мешкать. Девушка взялась за пластинку с одной стороны, Аарон — с другой. Прозвучало «Портус», и оба мага почувствовали знакомое ощущение переноса. Через несколько секунд они стояли перед главными и единственными воротами Азкабана, ветер приносил им в лицо морские брызги, что заставляло ежиться и запахивать поплотнее министерские мантии.
Мистер Брэдстокер наколдовал патронус и передал с ним сообщение охране. Через несколько минут ворота с тяжелым скрипом открылись, явив посетителям крайне удручающее зрелище — темный коридор с редкими факелами, промозглый и сырой, тонул в непроглядной черноте.
Гермиона ощутила острое желание развернуться и отправиться подальше от этого места, не обращая внимания на огромное расстояние открытого моря, которое явно препятствовало этой идее. Тем не менее она вынуждена была взять себя в руки и последовать за начальником. Стук ее каблуков гулким эхом убегал вперед, словно предупреждая кого-то находящегося на их пути о приближении незваных гостей.
Когда Гермионе уже показалось, что сейчас она потонет в черноте и никогда больше не увидит свет, коридор неожиданно свернул вправо и привел к хорошо освещенному тупику с двумя дверями. Аарон толкнул одну из них, и маги оказались в достаточно уютном — в сравнении с предыдущим коридором — кабинете.
Начальник тюрьмы — пожилой волшебник в строгом мундире — поднялся из-за стола и приветственно пожал руку мистеру Брэдстокеру. Затем, с удивлением обнаружив стоящую за ним девушку, кивнул ей и вернулся на свое место.
— С чем пожаловал, Аарон?
Начальник Гермионы протянул ему увеличенную папку с документами и разрешение на допрос Розье.
— Я, конечно, редко лично присутствую на подобных мероприятиях, но мисс Грейнджер совсем недавно работает в моем Отделе, я не мог отправить ее в ваше милое ведомство одну, — Аарон усмехнулся, пряча руки в карманы мантии.
— О, мисс Грейнджер, рад с вами познакомиться лично, — мужчина снова встал и поцеловал руку девушки, отчего та смущенно улыбнулась, — меня зовут Роберт Уилсон. Я начальник тюрьмы Азкабан, думаю, вам стоит знать это, потому что со спецификой вашей работы вы станете частым гостем в этих стенах.
— Очень приятно, мистер Уилсон, — Гермиону передернуло от его слов, но она все же выдавила из себя улыбку.
— Что ж, не будем терять время, следуйте за мной, — Роберт кивнул на дверь, находившуюся на другом конце комнаты, и все трое отправились в малоприятное путешествие по запутанным мрачным коридорам тюрьмы.
Правда, войдя в первый же, все трое создали патронусов — дементоры непрерывно несли свою тяжкую службу, а лишний раз попасть под их воздействие никому не хотелось. Когда они, наконец, добрались до камеры Розье, было почти три часа.
Гермиона в глубине души опасалась, что допрос придется вести ей, но Аарон, видимо, решил на первый раз сделать для нее показательный пример. Собственно, беседа много времени не заняла: невыразимец определенно знал, как и о чем спрашивать, поэтому Розье довольно быстро согласился с предъявляемыми обвинениями и указал, каким именно способом снять проклятие.
К пяти часам Гермиона уже сидела в своем кабинете и заполняла последние бумаги для закрытия дела. Снятие проклятия заняло двадцать минут, а Невилл, наконец, смог взглянуть на картину, но не был сильно впечатлен.
Неожиданно в дверь постучали, и Гермиона, удивленно подняв голову, разрешила войти. Показавшийся юноша судорожно вздохнул и смущенно на нее посмотрел.
— Мисс Грейнджер, вам письмо. Прислали совой, но им не разрешено летать по Отделу, поэтому вся почта остается на проходной, — он положил послание ей на стол и, попрощавшись, вышел.
Гермиона со странным предвкушением отложила перо и заполняемые минутой ранее бланки и развернула пергамент. На нем было всего несколько строчек, написанных красивым изящным почерком.
«Мисс Грейнджер, насколько я помню, Вы были бы рады собственному портрету в моем исполнении. К сожалению или к счастью, мне необходимо Ваше присутствие для осуществления этой задумки. Поэтому я надеюсь, что Вы почтите меня своим визитом в ближайшее свободное время. Скажем, сегодня?»
Искренне ожидающий Вашего ответа, Тео
Гермиона с удивлением обнаружила, что покраснела от смущения, и тут же тряхнула головой, отгоняя шальные мысли. Но обдумав поступившее предложения, поняла, что провести вечер в компании Нотта — не такая уж плохая идея.
Страница 8 из 12
