Фандом: Гарри Поттер. … Неимоверно хотелось сделать сестре гадость. Какую угодно, лишь бы отомстить за злые слова, высокомерие и нежелание помочь. В голове уже стихийно формировался план мести.
Добавить в моё избранное
5 мин, 28 сек 4927
Громко фыркнув, Парвати хлопнула дверью, выбежала в холл и швырнула в камин горсть летучего пороха. Пламя взметнулось, но она не вошла в него, в последний момент передумав.
Нет уж, она не позволит Падме оставить последнее слово за собой!
Глубоко вздохнув, Парвати сжала кулаки, минуту-другую постояла неподвижно, а потом крутнулась на каблуках, намереваясь вернуться и продолжить скандал, но в тот же момент из соседнего помещения донёсся характерный хлопок. Открыв двери, Парвати обвела растерянным взглядом абсолютно пустую комнату и только собралась окликнуть сестру, когда заметила на комоде записку. Ничуть не смущаясь, она развернула пергамент и через три секунды со злостью скомкала его в руке.
— Да как она смеет? Дрянь! — припечатала она.
Парвати пришла к ней за помощью и советом, как к родному человеку, а Падма решила предать её доверие и всё рассказать родителям?! Ну, держись! Неимоверно захотелось сделать сестре гадость. Какую угодно, лишь бы отомстить за злые слова, высокомерие и нежелание помочь.
— Падма, милая, ты дома?
Парвати подпрыгнула, испуганно дёрнулась, но не успела ничего предпринять — Дин Томас уже вошёл в комнату.
— Привет, — как ни в чём не бывало поздоровался тот, — ты уже поела?
— Что?
— Ты же на обед забежала? — мимоходом запечатлев поцелуй на её щеке, поинтересовался Дин, доставая из верхнего ящика комода чистый носовой платок.
— Э-э-э… да. Да, конечно.
— Хорошо. Есть время чаю со мной выпить?
Первым порывом было отказаться, но Парвати не поддалась ему. В голове уже стихийно формировался план мести сестре. Если Дин глядя ей в глаза не замечает разницы, то…
— Да, конечно. Нальёшь?
Дин кивнул и покинул комнату, а Парвати метнулась к шкафу сестры — если она хочет обвести Томаса вокруг пальца, нужно кое-что сделать…
Раскрытые створки продемонстрировали унылые цвета повседневной одежды, а выдвинутый в отчаянии ящик и вовсе поразил Парвати.
— Какое убожество! — протянула она, с отвращением глядя на скромное бельё сестры. — Мы такое на первом курсе носили!
— Падма?
Голос Дина заставил её спешно завершить ревизию — нечего было и мечтать найти среди вещей серой мышки Падмы что-то приличное, что было бы не стыдно надеть. Расправив обычную тёмную мантию, Парвати убедилась, что её собственная одежда не видна, а значит, сразу усомниться в том, что перед ним жена, Дин не сможет, и с улыбкой смело шагнула навстречу чужому мужу.
Первый же глоток отвратительного пойла, что Падма именовала чаем, едва не заставил Парвати себя выдать, но она сумела проглотить горьковатую бурду и, прилагая все усилия к тому, чтобы не перейти на свой собственный привычный стиль общения, принялась кокетничать.
— У тебя сегодня игривое настроение? — Дин был откровенно удивлён несвойственному Падме поведению, но чувство было скорее приятным: бывшая равенкловка славилась серьёзным отношением к жизни и даже улыбалась достаточно редко, чего открытому Дину порой недоставало.
— Что-то вроде, — пригасила собственную личность Парвати. — Хочется чего-то необычного, — на пробу бросила она и стрельнула глазами из-под опущенных ресниц.
— Чего — нового? — не понял Дин.
— Чего-нибудь, — неопределённо развела руками Парвати и облизала губы, зная, как этот жест действует на мужчин.
Вот только Дин Томас никак не отреагировал.
«Импотент, — мысленно скривилась Парвати. — Хотя с такой женой и немудрено».
— Можем в кино сходить, — предложил Дин, допивая чай, а Парвати мысленно закатила глаза. — Пора на работу возвращаться, не то опоздаем.
— А давай прогуляем? — накрывая его ладонь своей, она проникновенно посмотрела в глаза мужу сестры и снова облизала губы — ну не мог же Дин Томас совсем никак не отреагировать на столь откровенное соблазнение?
— Прогу… Ты что, Падма? — изумился тот.
— Ну хотя бы опоздаем, — поняв, что правильная Падма ни за что бы не сказала ничего подобного, отыграла она назад. Поднявшись, она обошла стол и встала между коленей повернувшегося к ней Дина, обняв его за шею. Как сестра ласково называла супруга, Парвати, разумеется, не имела понятия, потому ограничилась банальностью: — Ну же, милый, давай повеселимся, не будь таким скучным!
В глазах Дина проступило удивление, которое вот-вот могло перерасти в подозрение, поэтому Парвати не стала больше медлить и, присев на левое колено Дина, вовлекла его в поцелуй.
Целовался Томас неплохо, но только с технической точки зрения, потому что никакой страсти и желания поцелуй у неё не вызвал — а с чем сравнивать у Парвати было. А вот Дину происходящее явно нравилось.
«Ну ещё бы, — мысленно усмехнулась она, наконец-то получив отклик, — это тебе не снулую рыбу Падму целовать!»
Дин явно увлёкся процессом; его рука, целомудренно обнимающая «жену» за талию, переместилась чуть ниже, сжав ягодицу и прижав Парвати, вторая рука уже вовсю тискала её грудь.
Нет уж, она не позволит Падме оставить последнее слово за собой!
Глубоко вздохнув, Парвати сжала кулаки, минуту-другую постояла неподвижно, а потом крутнулась на каблуках, намереваясь вернуться и продолжить скандал, но в тот же момент из соседнего помещения донёсся характерный хлопок. Открыв двери, Парвати обвела растерянным взглядом абсолютно пустую комнату и только собралась окликнуть сестру, когда заметила на комоде записку. Ничуть не смущаясь, она развернула пергамент и через три секунды со злостью скомкала его в руке.
— Да как она смеет? Дрянь! — припечатала она.
Парвати пришла к ней за помощью и советом, как к родному человеку, а Падма решила предать её доверие и всё рассказать родителям?! Ну, держись! Неимоверно захотелось сделать сестре гадость. Какую угодно, лишь бы отомстить за злые слова, высокомерие и нежелание помочь.
— Падма, милая, ты дома?
Парвати подпрыгнула, испуганно дёрнулась, но не успела ничего предпринять — Дин Томас уже вошёл в комнату.
— Привет, — как ни в чём не бывало поздоровался тот, — ты уже поела?
— Что?
— Ты же на обед забежала? — мимоходом запечатлев поцелуй на её щеке, поинтересовался Дин, доставая из верхнего ящика комода чистый носовой платок.
— Э-э-э… да. Да, конечно.
— Хорошо. Есть время чаю со мной выпить?
Первым порывом было отказаться, но Парвати не поддалась ему. В голове уже стихийно формировался план мести сестре. Если Дин глядя ей в глаза не замечает разницы, то…
— Да, конечно. Нальёшь?
Дин кивнул и покинул комнату, а Парвати метнулась к шкафу сестры — если она хочет обвести Томаса вокруг пальца, нужно кое-что сделать…
Раскрытые створки продемонстрировали унылые цвета повседневной одежды, а выдвинутый в отчаянии ящик и вовсе поразил Парвати.
— Какое убожество! — протянула она, с отвращением глядя на скромное бельё сестры. — Мы такое на первом курсе носили!
— Падма?
Голос Дина заставил её спешно завершить ревизию — нечего было и мечтать найти среди вещей серой мышки Падмы что-то приличное, что было бы не стыдно надеть. Расправив обычную тёмную мантию, Парвати убедилась, что её собственная одежда не видна, а значит, сразу усомниться в том, что перед ним жена, Дин не сможет, и с улыбкой смело шагнула навстречу чужому мужу.
Первый же глоток отвратительного пойла, что Падма именовала чаем, едва не заставил Парвати себя выдать, но она сумела проглотить горьковатую бурду и, прилагая все усилия к тому, чтобы не перейти на свой собственный привычный стиль общения, принялась кокетничать.
— У тебя сегодня игривое настроение? — Дин был откровенно удивлён несвойственному Падме поведению, но чувство было скорее приятным: бывшая равенкловка славилась серьёзным отношением к жизни и даже улыбалась достаточно редко, чего открытому Дину порой недоставало.
— Что-то вроде, — пригасила собственную личность Парвати. — Хочется чего-то необычного, — на пробу бросила она и стрельнула глазами из-под опущенных ресниц.
— Чего — нового? — не понял Дин.
— Чего-нибудь, — неопределённо развела руками Парвати и облизала губы, зная, как этот жест действует на мужчин.
Вот только Дин Томас никак не отреагировал.
«Импотент, — мысленно скривилась Парвати. — Хотя с такой женой и немудрено».
— Можем в кино сходить, — предложил Дин, допивая чай, а Парвати мысленно закатила глаза. — Пора на работу возвращаться, не то опоздаем.
— А давай прогуляем? — накрывая его ладонь своей, она проникновенно посмотрела в глаза мужу сестры и снова облизала губы — ну не мог же Дин Томас совсем никак не отреагировать на столь откровенное соблазнение?
— Прогу… Ты что, Падма? — изумился тот.
— Ну хотя бы опоздаем, — поняв, что правильная Падма ни за что бы не сказала ничего подобного, отыграла она назад. Поднявшись, она обошла стол и встала между коленей повернувшегося к ней Дина, обняв его за шею. Как сестра ласково называла супруга, Парвати, разумеется, не имела понятия, потому ограничилась банальностью: — Ну же, милый, давай повеселимся, не будь таким скучным!
В глазах Дина проступило удивление, которое вот-вот могло перерасти в подозрение, поэтому Парвати не стала больше медлить и, присев на левое колено Дина, вовлекла его в поцелуй.
Целовался Томас неплохо, но только с технической точки зрения, потому что никакой страсти и желания поцелуй у неё не вызвал — а с чем сравнивать у Парвати было. А вот Дину происходящее явно нравилось.
«Ну ещё бы, — мысленно усмехнулась она, наконец-то получив отклик, — это тебе не снулую рыбу Падму целовать!»
Дин явно увлёкся процессом; его рука, целомудренно обнимающая «жену» за талию, переместилась чуть ниже, сжав ягодицу и прижав Парвати, вторая рука уже вовсю тискала её грудь.
Страница 1 из 2
