Ночные голоса

Женское тело движется в ритм с моим, вперед и назад. Медленно, но неотвратимо кожа касается о кожу, отчего сознание как будто мерцает на мгновение — до следующего контакта. Я держу ее за волосы, в то время как она выгибает шею назад, призывно двигая бедрами, насаживаясь глубже и сильнее.

Она сжимает так сильно, что у меня не достает сил выдавить из себя и слова, только короткие стоны и вздохи.

Я понимаю, что она уже на грани, да и сам не слишком далеко. Она отдается полностью. Каштановые волосы разлетаются и ударяют по влажной коже с каждым тактом движения.

— Поттер! — орет мужской голос будто у самого уха, отчего я отшатываюсь и выхожу из нее. Настрой мгновенно пропадает, а на смену приходит опустошенность.

Она смотрит на меня в недоумении, но без укора. Как бы я хотел поделиться с ней, но не могу отважиться переложить свое бремя на ее хрупкие плечи. Она уже сделала достаточно.

— Неудачный день на работе? — она как всегда участлива.

— Да… я что-то не в себе, — отвечаю я, старательно отводя взгляд. Сложно лгать той, кто отдается тебе без остатка, но это ради ее же блага.

Эта мысль словно холодный душ окатывает меня с ног до головы. Когда я успел стать таким… замкнутым?

Она, меж тем, накинула легкую летнюю пижаму и присела на краю кровати возле меня.

— Тебя что-то волнует? — волнуется за меня, как и всегда. — Поделись, может, я смогу тебе помочь.

О да, если кто и сможет помочь, так это она. Но какой ценой? Бессонные ночи? Бесконечные вечера, проведенные в библиотеке Министерства? Слезы? Она не заслуживает этого.

— Из-за Подмора много головной боли, он подал на Аврорат в суд, — устало отвечаю я, прислонившись головой к ее плечу. — Хочет компенсацию за все шесть месяцев, проведенных в Азкабане.

— Его ведь прежнее правительство посадило?

— Так-то оно так, но адвокаты из «Винсдейл и Ко» взялись за дело со всей серьезностью. Глава ДМП отклоняет ходатайство за ходатайством, не знаю, сколько это еще продлится.

— Все будет хорошо, — произносит она, ласково поглаживая меня по руке, — рано или поздно, но все будет хорошо.

Мне хочется ей верить, но мысли упорно возвращаются к моей проблеме.

Она засыпает, я — нет.

Еще один рабочий день подходит к концу. Я приветливо киваю секретарше и покидаю свой аскетично обставленный кабинет, направляясь к лифтам. В холле множество людей, но где-то среди толпы раздается возглас:

— Где мой отчет, Уэзерби?

Мгновенный оборот, внимательные взгляды вокруг. Неужели это был Крауч? Но поток стремящихся к каминам людей слишком велик.

— Сходим с ума, Поттер? — ласковый шепот принимает излюбленную интонацию Снейпа. — Жалкий мальчишка.

Очередной фортель моего помутневшего разума. В последнее время это случается все чаще, а главное, приступы начали происходить днем.

Если это случилось один раз — неизвестно, когда это может повториться.

Зажмурившись, я ступаю в камин. Нужно что-то делать.

— Итак, вы утверждаете, что вас преследуют голоса погибших людей, верно? — скептически произносит доктор Райт. Как оказалось, в магическом мире профессии психолога просто не существует. Поэтому я сейчас и сижу в этом (должен сказать, довольно удобном) кресле и уже в который раз иносказаниями пытаясь обьяснить маггловскому психологу суть проблемы. Учитывая то, какой пласт информации приходится скрывать — не удивлюсь, если доктор посчитает, что я псих, и я выйду отсюда в смирительной рубашке.

Поэтому вздыхаю и как можно расслабленнее киваю.

— А какие у вас отношения с родителями? — внезапно спрашивает он, прищурившись.

— Родители погибли, когда мне был один год. Их убил… террорист, — только сказав это, понимаю, насколько странно звучит.

— Сочувствую, — сухо кидает он, делая пометку в блокноте, и продолжает:. —

У вас есть друзья?

— Ну, если можно так сказать, жена — мой единственный друг, — с намеком на шутку отвечаю я.

— Работаете? — невозмутимо продолжает доктор Райт.

— Да, в… охране.

— Отношения с коллегами?

— Рабочие.

— Хобби? — вопрос следует за вопросом, словно пулеметная лента.

— Ну, я раньше немного занимался спортом.

— Активным?

— Не слишком. Доктор, это так важно?

— Все важно, — хмурится он, — регулярная половая жизнь?

— Да… наверное, — уже совершенно теряюсь я.

— Я так понимаю, ваша работа как охранника связана с риском. Убивали раньше? — как будто между прочим спрашивает он, но взгляд въедливый, колючий.

— Я… да, мне пришлось… можно так сказать, — сбивчиво бормочу, уже совершенно запутавшись.

— Понимаю. Что ж, мистер Дурсль, когда вы начали слышать эти голоса? — с совершенно другой тональностью спрашивает Райт.