Фандом: Гарри Поттер. Кинк — пьяный секс. Что творят с закомплексованными людьми крепкие алкогольные напитки«...»
Добавить в моё избранное
2 мин, 42 сек 15834
Северус проснулся, чувствуя ломоту во всём теле, а когда сообразил, что рядом кто-то сопит, насторожился. Не в его правилах было вести домой случайного партнёра, а уж тем более, оставлять его на ночь в своей постели. Северус был достаточно брезглив для такого, но вчера, похоже, перебрал. Выпив Антипохмельное, он с трудом оторвал голову от подушки и понял, что перебрал довольно сильно, потому что рыжие волосы его визави и лежащие рядом очки в характерной роговой оправе не оставляли сомнений — Уизли! Который Персиваль… Которого он всю ночь звал Перси и требовал «ещё!». Блядь! Стекла очков были в засохших мутных потёках, и чья это сперма, даже не приходилось гадать, потому что Северус отчётливо вспомнил, как отставил зад и, нацепив на него очки, заявил, что требует интервью. А когда этот — мать его! — Перси, спросил, как он себе это представляет, Северус честно ответил:
— Начать интервью следует пальцами, переходя по мере раскрытия темы к члену. Всё элементарно — приступайте!
Собственные очки на откляченной заднице Северуса неплохо завели юного содомита, и тот приступил… блядь! Как же он приступил! Во всём виноват виски… и ром… они точно пили ром, когда Северус предложил показать, как трахаются настоящие пираты. Продолжили они уже у него дома, куда Перси зачем-то захватил текилу. Память услужливо подсказала, что текилу они пили, как настоящие мачо, в одних сомбреро, целуясь и меряясь членами, определяя на глаз, кто будет сверху. Победил почему-то Северус, и он же, по непонятной логике, устроил это шоу, заявляя, что хороший член сделает любое интервью незабываемым… блядь! И член был хорошим, и интервью явно удалось, потому что забывать такое точно не хотелось.
А потом — потом они пили сакэ, смеялись, и Перси предложил чайную церемонию. Так и было! Он выбелил себе лицо, ярко накрасил губы и этими губами… Северус почувствовал, что его утомлённый ночными подвигами член заинтересованно дёрнулся. Ещё бы! Сосал Перси просто отменно — не то чтобы было особенно, с чем сравнивать… — а затем он забросил ноги Северуса себе на плечи и вставил…
Северус отлично помнил, как сначала покачивался, словно на волнах, наслаждаясь великолепным массажем простаты, а потом начало штормить, и он, кажется, чересчур увлёкся, потому что предложение поиграть в тематические игры исходило от него. Блядь! Тему Северус знал исключительно благодаря своей природной любознательности и любви к чтению — кто ж мог подумать, что Перси не только начитан, но и склонен к экспериментам, особенно после того амонтильядо, которое Северус притащил из стратегического запаса «для особого случая». Случай, действительно, был особым.
Северус зажмурился, не понимая, то ли он хочет развидеть воспоминание о том, как со связанными за спиной руками скакал на члене Перси, наслаждаясь его восхищённым взглядом, то ли, наоборот, хочет посмаковать его, как хорошее вино. А вот просьба наказать себя совершенно точно была лишней, хотя…
Наскоро ощупав задницу, Северус понял, что не осталось никаких следов наказания, от которого так сладко тянуло в паху и замирало сердце. Ощутив грусть потери, Северус спрятал покрасневшее лицо в ладонях… чтобы он ещё раз так напивался! Да никогда в жизни! Однако тело было с ним категорически не согласно, жадно требуя продолжения — всё-таки Антипохмельное снимало все неприятные ощущения и совсем не влияло на мозги, которые наверняка еще были насквозь проспиртованы. Чем иначе объяснить, что когда проснувшийся от его возни Перси обнял его со спины и, устраивая на плече острый подбородок, прошептал: «Повторим?», а Северус откинул голову назад и согласился:
— Непременно. И не раз!
— Начать интервью следует пальцами, переходя по мере раскрытия темы к члену. Всё элементарно — приступайте!
Собственные очки на откляченной заднице Северуса неплохо завели юного содомита, и тот приступил… блядь! Как же он приступил! Во всём виноват виски… и ром… они точно пили ром, когда Северус предложил показать, как трахаются настоящие пираты. Продолжили они уже у него дома, куда Перси зачем-то захватил текилу. Память услужливо подсказала, что текилу они пили, как настоящие мачо, в одних сомбреро, целуясь и меряясь членами, определяя на глаз, кто будет сверху. Победил почему-то Северус, и он же, по непонятной логике, устроил это шоу, заявляя, что хороший член сделает любое интервью незабываемым… блядь! И член был хорошим, и интервью явно удалось, потому что забывать такое точно не хотелось.
А потом — потом они пили сакэ, смеялись, и Перси предложил чайную церемонию. Так и было! Он выбелил себе лицо, ярко накрасил губы и этими губами… Северус почувствовал, что его утомлённый ночными подвигами член заинтересованно дёрнулся. Ещё бы! Сосал Перси просто отменно — не то чтобы было особенно, с чем сравнивать… — а затем он забросил ноги Северуса себе на плечи и вставил…
Северус отлично помнил, как сначала покачивался, словно на волнах, наслаждаясь великолепным массажем простаты, а потом начало штормить, и он, кажется, чересчур увлёкся, потому что предложение поиграть в тематические игры исходило от него. Блядь! Тему Северус знал исключительно благодаря своей природной любознательности и любви к чтению — кто ж мог подумать, что Перси не только начитан, но и склонен к экспериментам, особенно после того амонтильядо, которое Северус притащил из стратегического запаса «для особого случая». Случай, действительно, был особым.
Северус зажмурился, не понимая, то ли он хочет развидеть воспоминание о том, как со связанными за спиной руками скакал на члене Перси, наслаждаясь его восхищённым взглядом, то ли, наоборот, хочет посмаковать его, как хорошее вино. А вот просьба наказать себя совершенно точно была лишней, хотя…
Наскоро ощупав задницу, Северус понял, что не осталось никаких следов наказания, от которого так сладко тянуло в паху и замирало сердце. Ощутив грусть потери, Северус спрятал покрасневшее лицо в ладонях… чтобы он ещё раз так напивался! Да никогда в жизни! Однако тело было с ним категорически не согласно, жадно требуя продолжения — всё-таки Антипохмельное снимало все неприятные ощущения и совсем не влияло на мозги, которые наверняка еще были насквозь проспиртованы. Чем иначе объяснить, что когда проснувшийся от его возни Перси обнял его со спины и, устраивая на плече острый подбородок, прошептал: «Повторим?», а Северус откинул голову назад и согласился:
— Непременно. И не раз!
