Пари

Твой ход.

— Тоже шарф, — Гарри облизнулся.

— Смотри же, как я неторопливо, слой за слоем разматываю это красное убожество на своей шее. Ткань немного кололась, поэтому я с огромным удовольствием освобождаюсь от нее, — Северус выверенным движением отбросил шарф в сторону. — Блузка.

— Хорошо. Медленно я расстегиваю пуговицы, одну за одной. Не забываю о рукавах, потому что совершенно не хочу в них запутаться. Холодный воздух приятно холодит кожу и на руках даже появляются небольшие мурашки.

— Очаровательно. Засчитано. — Снейп подался вперед, пытаясь удобнее устроится в кресле.

— Пиджак!

— Пуговицы моего пиджака давно уже расстегнуты, поэтому я могу просто сбросить его с плеч, вот так. Я не чувствую холодного воздуха, потому что мне жарко. Я не чувствую себя обнаженным — корсет дает чувство защищенности.

Гарри шумно сглотнул и чуть не пропустил очередное:

— Пояс.

— Я расстегиваю широкий пояс, который сильно стягивал мне живот, подчеркивая талию. Я чувствую облегчение. Мне хорошо… — Гарри отбросил пояс в сторону и немного откинулся в кресле, расставляя ноги пошире. — Юбку!

Северус улыбнулся:

— Спешишь… — но тут же заговорил почти интимным шепотом: — Эта узкая юбка портила мне весь вечер, не оставляя никакого пространства для маневра. Ее подкладка наверняка из очень дешевой ткани, потому что прилипала к ногам и постоянно казалось, что она задирается. Я расстегиваю пуговицу, замок, и мне придется приподняться, чтобы окончательно от нее освободится, — Северус действительно приподнялся, но не кокетливо, как это сделала бы женщина, а тем самым движением словно избавлялся от тесных брюк. — Уф.

Хозяйским движением он поправил член, натягивая на него тонкую ткань шелковых трусиков. Мерлин! Гарри жадно смотрел на открывшуюся картину. Черные, почти прозрачные шелковые трусики практически ничего не скрывали. А еще он был в чулках! Причем не просто в чулках. Его чулки были на подвязках. Да! Профессора Снейпа нельзя уличить в нечестной игре. Гарри взлохматил волосы и постарался не присвистнуть. Северус смотрел на него голодным взглядом:

— Трусы!

Гарри медленно по дюйму поднимал юбку:

— Я с удовольствием избавлюсь от этих трусов! Они слишком тесные и очень неудобные. Сзади они постоянно мне натирали, а спереди мешали. Я с радостью их снимаю и отбрасываю в сторону. Меня теперь ничто не сдерживает, и хочется показать тебе, как сильно я тебя хочу. Я беру свой член, представляя, что это твоя рука, сжимаю его. Вот так… как я люблю и открываю головку. А теперь я оближу пальцы и вставлю их… Да-а-а! Как-будто это ты.

— Ну уж нет! Меня ты не спутаешь ни с кем!

Одним движением Северус выскользнул из своего кресла и очутился на полу между разведенных коленей Гарри.

— Я хочу тебя получше рассмотреть.

Он начал осторожно гладить ноги Гарри, а когда добрался пальцами до резинки чулок, то проник под нее, лаская стянутую кожу. Гарри выгибался навстречу:

— Возьми, ну возьми же!

Северус понял. Облизав губы, он накрыл ими изнывающий от желания член, и, глядя снизу вверх в глаза Гарри, начал медленно и ритмично сосать. Идеально! Гарри не смог продержаться долго — на взводе он был уже давно. Он попытался отстраниться, но не успел и кончил, забрызгивая спермой лицо, очки и волосы Северуса. Тот, казалось, не был ни удивлен, ни шокирован. Вместо этого он снял очки, аккуратно положил их на пол, собрал сперму со щеки и облизал палец. Член Гарри вновь дернулся.

— Молодость, — констатировал очевидное Снейп.

— Теперь моя очередь. У тебя есть кровать?

— Да. На втором этаже.

— Веди.

Северус легко поднялся с пола и, подав руку Гарри, рывком выдернул его из кресла. Гарри на мгновение замер, а потом не удержался и снял с Северуса трусики. Освобожденный член тяжело качнулся, вновь приподнимаясь.

— Ну, веди же!

Северус пошел к лестнице, показывая дорогу. Гарри шел на три ступеньки ниже и не сводил взгляда с самой привлекательной картины. Алебастрово-белая задница, перечеркнутая черными лентами подвязок призывно покачивалась почти перед глазами. Полоска белой кожи, сверху ограниченная кроваво-красным шелком корсета, а снизу черными чулками была средоточием всех его желаний. Чтобы отвлечься, он посмотрел выше. Корсет затягивал и без того тонкую фигуру, создавая иллюзию крутых бедер в сочетании с тонкой талией. Почему-то до дрожи захотелось вцепиться в черную ленту шнуровки зубами и развязать, освобождая. Позже. Он непременно сделает это позже, а пока…

— Туфли сними.

— Что?

— И юбку тоже.

Гарри послушно сбросил туфли и избавился от юбки, оставаясь в одних чулках, один из которых, тот самый с которым играл Северус, спустился почти полностью. А Северус сдернул с не очень большой кровати одеяло, и устроился на ней, полулежа, чуть раздвинув ноги.