Фандом: Гарри Поттер. Однострочники и бонус с феста «Мартовские котики» на Время-снарри, дневники.
Добавить в моё избранное
6 мин, 50 сек 3024
Зелье, которое ты никогда не сваришь. Ангст. 200 слов. Заказчик asanna
— Тебе нужно поесть.
— Отстань, Герм, у меня последний этап зелья.
Это повторялось каждый день в течение последних двух лет, прожитых Поттером в лаборатории и питающегося через раз, как в детстве. Мир зельеварения, который он так ненавидел раньше, теперь стал родным и необходимым, как вода в пустыне.
«Живите нормально, Поттер, вам никогда не сварить это зелье. Оставьте меня в покое».
Алые буквы появились в воздухе, повинуясь невербальному заклинанию пациента Мунго, и погасли. Последствия укуса Нагайны оказались куда мучительнее, чем смерть — полное отсутствие голоса и возможности встать на ноги.
— Я купил нам дом, — ответил Гарри на очередную попытку от него избавиться, с улыбкой убрав длинную прядь волос с бледного лица Северуса. — Там я научу тебя жить заново.
Когда он поставит Северуса на ноги, тогда и голос вернётся сам. И плевать, что ни один зельевар не хочет помочь выздороветь бывшему Пожирателю. Для своего Северуса Гарри сделает что угодно. Он учился разбираться в зельеварении, отказался жить, оправдывая чужие надежды, даже разругался с Роном. Всё для того, чтобы снова услышать глубокий, саркастичный голос, за руку отвести Северуса подышать свежим воздухом в плетёной беседке в их новом яблоневом саду.
— Я не уйду от тебя. Никогда, слышишь?
И не нужно лишних слов, кроме лёгкого пожатия переплетённых пальцев.
Это всего лишь время. 200 слов
Ты снова пытаешься закрыть передо мной дверь. Не хочешь видеть, мне здесь не место.
Я всё это слышал не один раз. Эти слова сродни нормальному, дружескому «Привет».
А еще недавно ты меня встречал заклинанием.
Не даю двери закрыться и вхожу в дом. Ворчишь, называешь нахальным мальчишкой, которому нечем заняться.
Куда сегодня ты уйдёшь, сделав вид, что меня нет? Ждёшь, что на этот-то раз я одумаюсь и уйду раньше, чем твоё терпение лопнет, а тишину помещения вновь нарушит треск рвущейся одежды и стук пуговиц по полу.
Не надейся, не уйду. По-хозяйски вешаю мантию на крючок в прихожей, провожая тебя взглядом. Правильно. Лучше кабинет, чем лаборатория. Там я не буду переживать, что мы случайно заденем какой-нибудь флакон с зельем в порыве страсти.
Мне даже интересно, что за отговорку ты придумаешь в этот раз? Твоё тёмное прошлое, возраст, характер, память о моих родителях. Мы уже проходили, всё это лишь время, прожитое по отдельности, его результаты. В слове «сейчас» время теряет свою силу, оставляя выбор только нам. И чтобы ты ни делал, у нас всегда будет только мгновение этого«сейчас».
— Подожду, пока тебе надоест, — холодно говоришь ты, пока я настойчиво пытаюсь поцеловать.
— Жди, вечности тебе хватит, — отвечаю, с удовольствием добираясь до чувствительных мест. Проверим?
Если бы ты на самом деле был моим сыном, ты бы не был избранным. 200 слов
— Я тебе в отцы гожусь, — мрачно сказал Северус, поднимая с пола одежду. Он старался не смотреть, как обнажённый Гарри вальяжно устроился на неудобном письменном столе, словно тот был мягкой кроватью.
— Что-то полчаса назад ты не вспоминал о своём возрасте, да и стол, скрип которого был громче моих стонов, с тобой явно не согласен, — нахально улыбнулся Поттер, томно потягиваясь. От его жадного взгляда железный самоконтроль Северуса вновь был готов капитулировать. — И будь любезен, не вспоминай о моих родителях после такого потрясающего секса. Не хотел бы стать импотентом, вдруг ещё на что-то тебе сгожусь?
— Прекрати паясничать, — поморщился он, ловко застёгивая многочисленные пуговицы на сюртуке. Удивительно, что все были на месте. — Тебе не идёт этот образ.
— Не прекратишь говорить о возрасте, не перестану отвечать тебе в таком тоне, — пожал плечами Гарри, только сейчас соизволив осмотреться вокруг в поисках одежды.
— Если бы ты на самом деле был моим сыном, ты бы не был избранным.
— Это был бы единственный плюс такого рождения, — немного подумав, ответил Поттер. Но глядя на то, как лицо Северуса вмиг стало бесстрастным, пояснил: — Инцест между отцом и сыном не приветствуется.
Быстро одевшись, Поттер снял заглушающие чары, поцеловал недовольного Северуса, и прежде чем выйти, громко произнёс:
— Спасибо, профессор, вы очень помогли Аврорату.
Гарри — трудный подросток с неискоренимыми криминальными наклонностями. Юмор. 200 слов. Заказчик Enigvea.
— Поттер, авроры! Минута! — едва патронус исчез, как Гарри, чертыхаясь, лихорадочно стал убирать со стола колбы, флаконы и жуткие на первый взгляд вещи.
— Не успел, — констатировал вошедший Снейп, заметив флакон с кровью единорога в руках Поттера прежде, чем тот его убрал.
— Опять дурацкая проверка! — пробурчал он, облегчённо вздохнув, когда увидел любовника вместо авроров по его душу.
— Тебе нужно поесть.
— Отстань, Герм, у меня последний этап зелья.
Это повторялось каждый день в течение последних двух лет, прожитых Поттером в лаборатории и питающегося через раз, как в детстве. Мир зельеварения, который он так ненавидел раньше, теперь стал родным и необходимым, как вода в пустыне.
«Живите нормально, Поттер, вам никогда не сварить это зелье. Оставьте меня в покое».
Алые буквы появились в воздухе, повинуясь невербальному заклинанию пациента Мунго, и погасли. Последствия укуса Нагайны оказались куда мучительнее, чем смерть — полное отсутствие голоса и возможности встать на ноги.
— Я купил нам дом, — ответил Гарри на очередную попытку от него избавиться, с улыбкой убрав длинную прядь волос с бледного лица Северуса. — Там я научу тебя жить заново.
Когда он поставит Северуса на ноги, тогда и голос вернётся сам. И плевать, что ни один зельевар не хочет помочь выздороветь бывшему Пожирателю. Для своего Северуса Гарри сделает что угодно. Он учился разбираться в зельеварении, отказался жить, оправдывая чужие надежды, даже разругался с Роном. Всё для того, чтобы снова услышать глубокий, саркастичный голос, за руку отвести Северуса подышать свежим воздухом в плетёной беседке в их новом яблоневом саду.
— Я не уйду от тебя. Никогда, слышишь?
И не нужно лишних слов, кроме лёгкого пожатия переплетённых пальцев.
Это всего лишь время. 200 слов
Ты снова пытаешься закрыть передо мной дверь. Не хочешь видеть, мне здесь не место.
Я всё это слышал не один раз. Эти слова сродни нормальному, дружескому «Привет».
А еще недавно ты меня встречал заклинанием.
Не даю двери закрыться и вхожу в дом. Ворчишь, называешь нахальным мальчишкой, которому нечем заняться.
Куда сегодня ты уйдёшь, сделав вид, что меня нет? Ждёшь, что на этот-то раз я одумаюсь и уйду раньше, чем твоё терпение лопнет, а тишину помещения вновь нарушит треск рвущейся одежды и стук пуговиц по полу.
Не надейся, не уйду. По-хозяйски вешаю мантию на крючок в прихожей, провожая тебя взглядом. Правильно. Лучше кабинет, чем лаборатория. Там я не буду переживать, что мы случайно заденем какой-нибудь флакон с зельем в порыве страсти.
Мне даже интересно, что за отговорку ты придумаешь в этот раз? Твоё тёмное прошлое, возраст, характер, память о моих родителях. Мы уже проходили, всё это лишь время, прожитое по отдельности, его результаты. В слове «сейчас» время теряет свою силу, оставляя выбор только нам. И чтобы ты ни делал, у нас всегда будет только мгновение этого«сейчас».
— Подожду, пока тебе надоест, — холодно говоришь ты, пока я настойчиво пытаюсь поцеловать.
— Жди, вечности тебе хватит, — отвечаю, с удовольствием добираясь до чувствительных мест. Проверим?
Если бы ты на самом деле был моим сыном, ты бы не был избранным. 200 слов
— Я тебе в отцы гожусь, — мрачно сказал Северус, поднимая с пола одежду. Он старался не смотреть, как обнажённый Гарри вальяжно устроился на неудобном письменном столе, словно тот был мягкой кроватью.
— Что-то полчаса назад ты не вспоминал о своём возрасте, да и стол, скрип которого был громче моих стонов, с тобой явно не согласен, — нахально улыбнулся Поттер, томно потягиваясь. От его жадного взгляда железный самоконтроль Северуса вновь был готов капитулировать. — И будь любезен, не вспоминай о моих родителях после такого потрясающего секса. Не хотел бы стать импотентом, вдруг ещё на что-то тебе сгожусь?
— Прекрати паясничать, — поморщился он, ловко застёгивая многочисленные пуговицы на сюртуке. Удивительно, что все были на месте. — Тебе не идёт этот образ.
— Не прекратишь говорить о возрасте, не перестану отвечать тебе в таком тоне, — пожал плечами Гарри, только сейчас соизволив осмотреться вокруг в поисках одежды.
— Если бы ты на самом деле был моим сыном, ты бы не был избранным.
— Это был бы единственный плюс такого рождения, — немного подумав, ответил Поттер. Но глядя на то, как лицо Северуса вмиг стало бесстрастным, пояснил: — Инцест между отцом и сыном не приветствуется.
Быстро одевшись, Поттер снял заглушающие чары, поцеловал недовольного Северуса, и прежде чем выйти, громко произнёс:
— Спасибо, профессор, вы очень помогли Аврорату.
Гарри — трудный подросток с неискоренимыми криминальными наклонностями. Юмор. 200 слов. Заказчик Enigvea.
— Поттер, авроры! Минута! — едва патронус исчез, как Гарри, чертыхаясь, лихорадочно стал убирать со стола колбы, флаконы и жуткие на первый взгляд вещи.
— Не успел, — констатировал вошедший Снейп, заметив флакон с кровью единорога в руках Поттера прежде, чем тот его убрал.
— Опять дурацкая проверка! — пробурчал он, облегчённо вздохнув, когда увидел любовника вместо авроров по его душу.
Страница 1 из 2
